Vadim Fedorov

port

Я живу в городе Прага. Занимаюсь риэлтерскими услугами и финансовыми консультациями. Писать начал недавно, два года назад. Издал две книги – Секс, Трава Виагра и Шестой ангел.
Мои рассказы из реальной жизни. Большинство произошло со мной. Некоторые с моими знакомыми или друзьями. Чеще всего они весёлые, иногда грустные. Но главное, что они жизненные.


Рассказ “Томаш”

Отрывок

Томаш был типичным чехом. Рост 189 сантиметров, вес 120 килограммов. Широкое, вечно улыбающееся лицо. Рыжая бородка. И кружка пива в руке. Которое он мог пить постоянно. С перерывами на поход в туалет. Строго по графику. Вначале после пяти кружек пива, потом после каждой третьей.

Образование Томаш получил в Карловом университете. Где учился на одном курсе с маленькой бойкой китаянкой по имени Яньлинь. Или сокращённо Янь. Которую богатые родители послали учиться в Европу.

Было ли что-то у Томаша с этой самой китаянкой, или не было, неизвестно. Известно только, что они очень сдружились. Парочка была ещё та. Громадный улыбающийся Томаш и маленькая, вечно сосредоточенная Янь. Томаш таскал китаянку по пражским пивным, возил пить водичку в Карловы Вары, вместе они посетили подземную реку под Брно. И когда учёба закончилась, Янь в качестве ответного жеста пригласила Томаша в Китай.

Томаш согласился. С радостью. Но поехать в Китай у него получилось только спустя три года после приглашения. Списался с Янь по электронной почте, купил билеты до Пекина. Правда, его смутило то, что его подруга жила не в столице, а в каком-то районном центре. Население в этом самом райцентре было миллион двести тысяч человек. Но всё равно как-то далековато было до крупных городов Поднебесной.

Как бы то ни было, прилетел Томаш в Китай в начале мая. Янь встретила его в аэропорту, посадила в машину с водителем и долго везла к себе на родину, рассказывая Томашу о своей жизни и вообще о жизни в Китайской республике.

Выяснилось, что за эти три года Янь вошла в бизнес родителей, получила от них кредит и отгрохала в своём райцентре пивной завод. И что буквально через несколько дней предстоит открытие этого завода. А завод построен с привлечением чешских специалистов и по их технологиям. И на открытии пивного завода будет присутствовать сам Генеральный посол Чехии в Китае. Приедет ради такого случая из Пекина.

– А как ты посла-то умудрилась в такую даль заманить? – удивился Томаш, пятый час сидящий на заднем сиденье стремительно мчащегося автомобиля.

– Я ему позвонила, и он согласился, – беспечно ответила Янь.

– Хм, что-то я сомневаюсь, что кто-то приедет, – усмехнулся Томаш, – ты что, нас, чехов, не знаешь?

– Ну, он же обещал, по телефону лично, – протянула Янь, – что приедет и перережет ленточку. Об этом все наши районные газеты уже написали. Ажиотаж невиданный. Чтобы такое лицо и в нашу деревню приехало. У меня на открытие аккредитацию пришлось сделать. Настолько много людей.

– Ты всё-таки позвони ему за день до открытия, – посоветовал Томаш, – по телефону он мог тебе что угодно сказать. У тебя голос сексуальный по телефону.

– Нормальный у меня голос, – отмахнулась Янь, – обычный. Кстати, у меня жених есть. Мы в следующем году поженимся. Я вас познакомлю на открытии. Ты же придёшь?

– Ни за что, – категорически ответил Томаш, – ты знаешь, я не люблю официоз и большое скопление людей. Я лучше по вашим горам поползаю и с местными познакомлюсь.

– Ну и ладно, – согласилась Янь, знавшая об этой особенности приятеля, – я тебе проводника выделю, молодой парень, знает английский. Он тебя повозит по округе. У нас тут замечательные места.

На том и порешили. Спустя ещё несколько часов они всё-таки прибыли в районный центр Яньиной провинции. Томаша поселили в небольшом семейном отельчике на окраине города. Где он помылся с дороги и рухнул спать.

Наутро его разбудил молодой улыбающийся китаец. Который и принялся показывать Томашу окрестности. Говорил он по-английски довольно сносно. Был весел и услужлив. И очень любил свою родину и знал всех и всё в округе.

Катались они по окрестностям на двух старых мотороллерах два дня. Появление Томаша везде сопровождалось ажиотажем. Он был как Гулливер в стране лилипутов. Громадный, добрый и не похожий на остальных, он сразу же становился любимцем. Его звали в гости, угощали едой и напитками, показывали местные достопримечательности. Китайские люди оказались на редкость гостеприимными и приветливыми.

Прогулки по провинции продолжались почти два дня. Пока проводнику Томаша не позвонила Янь и не попросила немедленно приехать в гостиницу. Раз попросила, значит надо приехать. Сели на ставшие уже родными мотороллеры, помахали на прощанье новым знакомым и поехали в гостиницу. Добрались быстро.

Янь сидела в номере у Томаша и плакала. Тот в первый раз увидел подругу в таком состоянии.

– Что случилось? – спросил он её.

– Всё пропало, – всхлипывая, ответила она, – проклятые чехи. Я позвонила в посольство, как ты советовал, и мне сказали, что никто никуда не поедет. Далеко им. Я целый день звонила. Что только не предлагала. Сначала сказали, что посол болеет. А потом вообще перестали трубку поднимать. А у меня послезавтра открытие. Всё пропало.

– Открой без посла, – посоветовал Томаш.

– Как без посла?! – закричала Янь. – Как без посла, когда уже каждая собака в городе знает, что приедет посол. А если он не приедет, то я потеряю лицо. Со мной никто никаких дел иметь не будет. Потому что я трепло.

И она опять заплакала. А потом предложила Томашу побыть послом. На один день.

– Ты с ума сошла, – ответил на это предложение Томаш, – никогда в жизни. Это совершенно другой человек. Я не могу выдавать себя за посла. Это преступление. Да и не похожи мы совсем.

– Вы, европейцы, для нас все на одно лицо, – ответила на это Янь, – все похожи, никто и не догадается. И ты не говори, что ты посол. Просто кивай головой. И улыбайся. У тебя такая обаятельная улыбка.

– Нет, нет, нет, – выставив руки вперёд, запротестовал Томаш, – я на эту авантюру не пойду. Я тут два дня по окрестным сёлам рассекаю, меня уже все знают.

– Так ты в майке и шортах рассекаешь, – запротестовала Янь, – а мы тебя приоденем. Костюм, парфюм, причёску другую. Побреем, если надо будет.

И Янь начал приводить всё новые и новые аргументы в пользу того, что никто Томаша не заподозрит в том, что он не посол. Томаш отказывался, ругался и просил оставить его в покое. Но Янь была тверда и напориста. Три часа без перерыва она уговаривала приятеля, обещая мыслимое и немыслимое. И Томаш сдался.

Очень плохоПлохоУдовлетворительноХорошоОтлично (82 голосов, средний бал: 3,91 из 5)

Загрузка...