Theophania

ФеофаниСегодня мне тридцать пять. Я с трудом могу себе это представить.

Я не писатель. Не аналитик. Не философ. Череда моих дней насыщена решением множества профессиональных вопросов, не связанных с литературой. Люблю путешествовать в одиночестве, бродить среди незнакомых улиц. Люблю море и горы. Люблю наблюдать с высоты панораму ночного города медленно растворяющуюся в бирюзовом рассвете. Люблю жизнь и Солнце.

Today, I’m thirty-five. Frankly, I do not believe it

I am not a writer. Not an analyst. Not a philosopher. A series of my life is full of a variety of professional decision issues not related to literature. I like to travel alone to roam the streets of strangers. I love the sea and the mountains. Like to watch from the height the panorama of the city at night that is slowly dissolving in a turquoise dawn. I love life and the Sun


Рассказ “ГОЛОС”

отрывок

 Авария была ужасной.

Но смерть наступила почти мгновенно.

Последнее, что я помню перед смертью это визг тормозов.

Но почему-то жизнь не пробежала у меня перед глазами и яркого света я тоже не видел.

А может я не до конца умер?

Почему вокруг так темно? Может я просто ослеп? Или нахожусь в коме?

Слышу очень громкий звук, как раскаты грома. По-моему это сердце. Да, точно – сердце. Вот только не мое.

Ясная звездная ночь растворялась в мерцании жилых окон. Созвездия рассыпались огнями города и в совокупности с теплым весенним ветерком создавали волшебную атмосферу романтики.

Двое. Она спиной к нему – раскачиваются в стороны. Она в белом атласном платье.

Поворачивается губами, чтобы поцеловать его, но он словно ускользает и начинает танцевать размахивая руками, словно маршируя, с безупречной широкой улыбкой на лице. Она пытается его остановить и обнять. Не удается. Его довольное лицо не фоне ореола горящих ночных фонарей застилает туман.

– Звук идет откуда-то снаружи. Знакомый родной голос. Это Ольга. Она где-то рядом. Ольга! Ольга, ты меня слышишь?

Ольга спит на кровати. Сквозь сон отвечает: – Да слышу, слышу. Ты, что кричишь? Вернулся? Совесть замучила? – улыбается.

– Такой сон испортил. Ладно, ложись, завтра поговорим.

– Ольга подожди! Хотя.. А может это действительно сон.. Чувствую чудовищную усталость. Может быть это действительно сон.

Утро было душным. Ольге снился сон, словно она надевает кремово-голубые удобные кроссовки и убегает по ровной асвальтирванной дорожке, вдоль золотисто-багряного леса.

Она огляделась, Андрея небыло. На кровати лежала трубка от телефона.

– Приснилось, – с сожалением и досадой произнесла она. – Трус.. Опять не пришел. Неужели бросит?

Комок в горле болью стукнул по вискам и слезы словно брызнули из глаз.

– Нет уж, хватит.. Не дождешься! Подумай о ребенке, Ольга. Для малыша это вредно. И вообще, на улице весна, – одобряюще констатировала она и, вдхновенно, с легкостью, втала на ноги.

Включила радио – звучала французская старомодная музыка. Мужской голос мелодично выстукивал слова с приятным мотивом. Она собрала волосы на затылок в хвост и, пройдя на кухню, поставила чайник.

Зазвонил телефон. Из глубины пластмассы вырвалось несколько слов, которые мгновенно остановили светлые часы ее жизни.

– Как?! Как это случилось? Когда?

На лице застыла маска растерянности. Она медленно стекла по стене и из ее груди вырвался отчаянный крик беспомощности.

Слезы обжигали ее лицо, губы и стекали по шее на пол. В руках появилась дрожь, постепенно сковывающая лихорадкой все тело. Все ее тело содрагалось от озноба. Время становило свой счет…

Неожиданно раздался голос Андрея: – Ольга, ты где? Ольга!

Она растерянно огляделась по сторонам.

– Я здесь, Андрей! Андрей, зачем ты меня пугаешь? Знаешь, мне звонили и..

– Оль, ты меня слышишь?

Она огляделась и поняла, что происходит что-то не то.. Голос был где-то рядом. Не в коридоре, не в другой комнате, а здесь, рядом с ней. Там, где казалось бы его быть просто не могло.

– Андрей, ты где?

– Я не знаю, где я. Ольга, ты меня слышишь?

И тут она поняла, что звук из ее живота.

Первая мысль пришла, что она сходит с ума и на выдохе, опустошенно, выдавила из себя: – Да..

Продолжаются звуки лиричной старомодной музыки.

Её подташнивало. Часы отзвонили полдень. Поток её мыслей угнетал.

На полу лежал журнал, который Андрей купил в тот самый день…

Она потянулась, взяла его в руки и вдохнула. На бложке журнала было написанно ≪Миф о его существовании, страница 25≫.

Она перелистала до двадцать пятой страницы и начала читать.

«Мы ищем в мужчине свою судьбу. После каждой встречи мы думаем – это он! Мы бережем и лелеем свою мечту

и никак не хотим посмотреть на реальность. Мы рассматриваем каждого мужчину как кандидата в мужья,

кандидата на главную роль в нашей жизни. И когда он исчезает, жизнь становиться пустой и безнадежной.»

Слезы заполнили её глаза, она моргнула и слёзы скатились по щекам.

«И мы продолжаем ждать и мечтать – когда он позвонит, вернется, или когда появится другая мечта. Все

остальное становится неважным и незаметным. Мы не обращаем внимания на собственную жизнь, а ждем этого

доброго и прекрасного принца. И в таких мечтах могут пройти годы. А как быть счастливой в реальной жизни?

Мысль о том, что существует «тот самый» – иллюзия, которая отравляет жизнь!»

– Боже мой… Неужели это действительно происходит со мною? Как мне теперь жить?

Она зажгла сигарету и протянула длинные красивые пальцы к пепельнице.

– Ольга, ты что там делаешь? Ты, что там куришь?

– Нет.. Я просто смотрю на дым.. Он меня успокаивает.

– Так, сейчас же прекрати. Разве ты не знаешь, как мне вреден сигаретный дым. Я ж могу родиться больным.

Она с любовью прикоснулась к животу и погладила его. Затушила сигарету и ответила:

– Просто я не знаю, как мне быть? Как же мы с тобой дальше?

– Ты думаешь, мне легко? Я даже тела своего не чувствую. Я вообще ничего не чувствую.

– Если честно, тебе не привыкать.

– Что ты имеешь в виду?

– Да так, ничего.

Она смотрела в окно. За окном играли дети.

– Ну, давай, издевайся. Ты хоть понимаешь, что я умер.

Она печально закрыла лицо руками. Бред. Какой-то бред. Я схожу с ума.

– Ольга, ты что замолчала? Ну прекрати, не плачь! Тебе нельзя расстраиваться.

– Я просто не знаю, как мы теперь будем жить? Зачем ты это сделал? Ты же знаешь, что кроме тебя у нас.. у меня.. никого нет.

– Ну. Тебя не поймешь. То ты издеваешься, то ты плачешь.

– Я просто тебя очень сильно люблю.

– Я тоже тебя очень сильно люблю, Оль. Нас теперь ничто не разлучит. По крайней мере, месяца три точно.

Уголки губ ее слегка приподнялись.

– Ты не исправимый. Ты никогда не станешь серьезным.

Ее взгляд уставился в даль.

Раздался телефонный звонок. Ольга раскачивала головой словно соглашалась с чем-то. Телефонный звонок повторялся и невыносимо жалил уши. Она подняла обе руки и замкнула слух. Комок в горле стал настолько тяжелым, что на какое-то мгновение ей стало нечем дышать.

– Ну, что там?

– Да ничего.. Мать твоя звонила. Переживает очень, расстроена.

Вздохнув: – Говорит, похороны завтра утром.

– Мда..

Она встала, взяла с дивана его рубашку и прослонившись к ней щекой медленно прошла к гардеробному шкафу.

– Слушай, а я не знаю, что мне одеть на твои похороны.

– В смысле?

– Ну, у меня нет ничего подходящего.

– Слушай, а черное платье. Ну, в котором ты впервые пришла на свидание. Ты помнишь?

– Конечно помню, – с улыбкой на лице ответила она. – Ты меня пригласил в дорогой ресторан. Все было так чудесно.

Она сняла платье с вешалки..

– Если честно, ресторан был такой дорогой, что у меня не осталось денег на обратную дорогу, поэтому я предложил прогуляться тебе пешком. Ты помнишь, как мы гуляли по ночному городу? Вдоль трамвайных путей..

– А потом пошел дождь. Теплый весенний дождь. И мы счастливые шли под дождем.

– Ты была такая красивая!

– Я была счастливая! И потом ты думаешь я не догадалась, что у тебя закончились деньги? Ты никогда не умел врать.. У тебя счишком честные глаза. Они всегда тебя выдавали.

Она отбросила платье на диван.

– Это платье не пойдет. Оно слишком короткое. Твоим точно не понравится. А ты представляешь, если я могла бы рассказать им о тебе? Что ты сейчас со мною. Что мы разговариваем.

Голос усмехнулся, – Ты что, они же тебя в дурдом отправят.

– А они меня и без того в дурдом отправят. Без повода. Дай им только волю. Ой, смотри, что я нашла! – воскликнула она.

– Я пока еще не могу видеть. Я не научился смотреть, – с обидой ответил голос. – Ну, что там?

– Твой подарок! – С нежностью ответила Ольга. – На день Святого Валентина.

Она вспомнила.. Как он лежал на полу на уютном теплом одеяле. Как в углу, беспощадно щелкая древесину, трещал огонь.

– И как ты только угадал мой размер?

– Да если честно, мне Ира тогда помогла выбрать.

– Что? Ира? А что она делала с тобой в магазине нижнего белья?

– Как-то случайно встретились, она и предложила свою помощь.

– Да она никогда и ничего просто так не делала. На ней примерял?

– Ничего я на ней не примерял, она мне размер твой подсказала. Не заводись, Ольга.

– Я и не завожусь! Слушай, ты хоть раз в жизни можешь быть честным?

– Честным в чем? Если ты забыла, я еще и не начал свою жизнь.

– Жаль, что в прежней жизни ты не был честным.

Ольга села на диван и нервно теребя подол платья подумала, что разговаривает словно сама с собой.

– Андрюш.. Ну, ты чего, обиделся что ли? – она погладила с нежностью свой животик.

– Андре-е-ей, ну прости меня, пожалуйста! Андрюша! Андрей, ну прости меня!

Она слегка похлопала по животику.

– Ой, извини, я заснул, – отозвался голос. – Постоянно чувствую слабость и сонливость.

Ольга подобрала ноги и поудобнее устроилась на диване.

– Оль, ты что-то мне сказала?

Девушка улыбнулась и мечтательно произнесла: – Я люблю тебя..

Очень плохоПлохоУдовлетворительноХорошоОтлично (34 голосов, средний бал: 4,12 из 5)

Загрузка...