Ольга Грекова

Очень плохоПлохоУдовлетворительноХорошоОтлично (1 голосов, средний бал: 5,00 из 5)
Загрузка...

Ольга Грекова (США)

Родилась в г.Петропавловск-Камчатский в 1971 году. C1983 по 2000 гг. жила и работала в Фергане, Узбекистан. В1990-1994 училась в ТашГУ на филолокичкском факультете.
Являюсь участником Ферганской Поэтической Школы с 1990г.
Публиковалась в журнале “Звезда Востока”, в “Митином журнале”, в альманахах “Вавилон” и “Поэзия и критика”, сборниках “24 поэта и 2 комиссара” (СПб., 1994) и «Поэзия и Фергана» (Фергана, 2001), антологиях “Девять измерений”, “Освобожденный Улисс”.
В настоящий момент живу и работаю в Нью-Йорке,США.

_______________________________________________________________________________________________________

ВМЕСТЕ : знаки.

 

Северный штиль занесен в бархате августа.

Струится свет, затопляя окно,

неоконченный летний зной срезает округу.

Столько долгих недель

сопровождало меня это утро,

и кровь моей памяти ободряет

древнюю правду у широких подножий

твоей веры. Нет верности больше, кроме

великих открытий

лежащих в твоей полосе. Слюда от прибоя

обновляет долины на песчаной косе.

Прибрежные полосы блестят словно парус

под солнцем лагуны, и я ищу этот след,

утомленный под знаками времени

всюду, и нахожу, стоит тебе протянуть

руку к моему изголовью.

 

Нет связи сильнее, кроме связи

вне слов и обетов. Нет милости больше,

чем быть у подножия если небо Руки,

переносит мой шаг в твоём сердце

все ближе и ближе.

 

                                                                                                              03.13.02.

 

                                                                      ВМЕСТЕ : братство.

                        

                                                                                                                                    Ш.А.            

Теперь,

когда взяты все центры для притяжения,

не имеет значения, где начинать.

В золотистой земле

движется неземная работа,обнажая

новые главы, но навсегда остаётся

тонкий флёр струящийся

под твоею лодонью – до последнего вздоха

он довершает мой шаг в неразрывную цепь.

Как с неземной высоты

срастаются разделенные дроби течений

в новое русло, чтобы открыть наконец

для чего мы искали когда-то

биение воли так, что прекрасная жатва,

насыщавшая беспредельные дни, оставалась

всего лишь конечным законом.

Но ты знаешь,что призыв никогда не закончится.

Под каждою плотью прошедшей

от перепада давления по губке Земли,

неистощимо биение, и сейчас,

в моем палисаднике, склоняет новые листья

все таже роса, приближая

далекое солнце в земную оправу…

Вот, ты ломаешь несколько веток

к полуденной трапезе, и бесконечны лица,

нашедшие свой резонанс в этом жесте.

Нет более сильных соитий,

чем перекрестные токи. Заземляя дыхание,

они выносят волну мировых океанов

в часную полосу, и как в линзе

спрессованный свет, прожигают легкую почву

до благородных металлов.

 

Так дается единство, чтобы отныне

не беречь этот займ, заложенный с детства,

но легко отдаляться от материнских лодоней и метить

в самое сердце духовных событий.

За ними нам больше не спутать,

до боли не спутать родство

обоюдного братства.                                                                                    

май 2002 .                                                                                           

        

   ВМЕСТЕ : исцеление.

 

 

…и сново

исцеление посещает тебя среди

неисцелимых недугов,

чья ледяная кайма

играет над полосой горизонта,

или позже, подобно испарине,

проступает из фарфоровых сумерек

быстротечного лета.

Возможно,

нам  не удастся ответить

для чего столько крови

орошает поля небесного равенства,

призывая бесчисленных избранных

в лоно новых святых.

Но разве не сжимается сердце,

когда их неизвестное счастье

зажато в комок и расплющено

о лобовое стекло

документальных историй.

Смешанный зной

листает одномерные снимки,

пока ты стриметильно целишь

сквозь их непорочные дни,

достигая открытого моря

Спасения…

 

Теперь,

когда память издержана

в оплате таких непомерных долгов,

нам наконец открывают

чистейшую ноту

идеального  существования.

Его нерастраченный свет

бликует сквозь купы деревьев,

опаленные солнцем,

влагая мое исцеление

в твои недоступные дни.

 

                                                                                                 март 03.

 

                                                              ВМЕСТЕ :  полнота плоти.

 

                                                              

Пересекая

долгое море твоих откровений,

я вижу, как нетварный огонь

связующий наши пути,

укрепляет недоступные цели

для более точных ударов.

Его минимальная весть

наполняет дыханием

только в области максимального риска,

за каждою каплей победы

приближая новую боль.

Наша зрелость – как поле сражения.

Затемненная высотой горизонта,

эта битва несет утешение

только в лоне своих отречений.

Сколько можно отдать

взыскуя неземное тепло

из возлюбленных рук, разделенных

невидимой трапезой

недоступного братства?

Подобно мозаике, ее притяжение

совмещает в единой картине

разъятые небом дары,

насыщая телесную чашу

нетварной основой

спасения.

 

Вот он, нечаянный хлеб!..

Не уязвит твою близость

немеркнущий полдень отсутствия,

пока не устанут питать

эту духовную соль

в полноте плоти.

 

 

                                                                                              апр. 03.

 

ВМЕСТЕ : маяк. 

 

 

 

 

Поразительно,

как нас привлекают

к неугасимым источникам.

 

Твоя высота,

разбитая в новом ненастье

между паденьем и проблеском,

словно маяк над поверностью

неутихающих волн. Я знаю его,

это сладкое время участия,

когда твой расщепленный ковчег

восходит в нетронутом блеске

над моим побережьем и движет

небесную логику

к подножию обретенного рая.

Только представь:

темный ливень в полном безмолвии

среди обнаженных холмов… На другой стороне –

неостановимое бегство. Там наше поле,

пересеченное долгой рекой,

догорает между двух горизонтов –

целая жизнь, пронесенная в ярком наитии,

пока родовое наследство

преследует тебя по пятам…

 

Возможно,

это цена истинной веры,

чей отверженный Kамень

врачует духовные легкие

ради единственной цели –

пребывать на ее высоте.

 

                                                                                                        2004. 

………………….

                                                                  

                                                                          ВМЕСТЕ :  лето.

 

Лето, где сомненье не в счет. Белые яблоки

набухают в зойной тени.

Сладкое время покоса лежит            

на белесых ветвях. Озорные затылки мальчишек

мелькают в ароматной листве.

 

Часть незнакомого детства

унесенного в чью-то судьбу

по-прежнему  облекает тебя полнотой.

 

Как музыкальная фраза,

обретшая зримый покров – ты ей не мешаешь

и она открывает природу гармонии

прямо у нас на глазах.

 

Это вечное небо, раскрытое

в твое осязание – неизменно, как воля Отца

тебя наделившего плотью

гениального мальчика.

 

Выцветший холст облаков

среди виноградных подпорок

сжимается в солнечный шар и золотистая влага

покрывает твой оставленный дом –

вновь на чужбине.

 

Но лето, где время не в счет,

всегда возвращает прощение –

на каждый испытанный шаг ложится дорога неведения,

и счастье восторженных дней

сверкает под полуденным куполом

в полноте неподвижного лета,

и животворит твою кровь.

 

                                                                                                           2006

 

                                                                   ВМЕСТЕ : разлука. 

 

Твои руины словно тонкий молот.

Как маятник расплавленный в груди

не утихает эхо. Невыносима

тяжесть и чистота открытия –

где ангельский ответ, где свет в руке,

режет до боли глаза твой испещренный полдень.

Расслоенный в следах поспешности минует

неумолимый год. Где подвиг,

распятый над твердыней? Дымится

между теплом и светом

непроницаемое марево. Над горькой чашей

твой сладок каждый час, но опрокинут

и стиснут вновь над преклоненным лбом

замок запястия. Думается

не одолеть твердыни без гласа свыше…

И вновь я отворяю врата молитвы,

и жду, и бьют невидимые волны иных очей

в ее слова и затопляют мой берег,

и более мне не дано ответить

кто наполняет светом мой утлый плот –

ты тут, ты там, и чей просрочен плод?..

 

 

                                                                                                   окт.2006

 

                ВЕРМЕЕР.

 

 

Испытание эго, как идеальное средство

для передачи импрессии.

 

Обжигающий пар разделяет оконную раму,

свет городского ладшафта,

словно ножевое ранение

воспаленное в тесной груди – 

островерхие крыши

отражают прошедший сезон,

белый пылающий снег

испещряет меховую одежду.

За точеными стеклами

волнует земное тепло.

В низком пламени

движется девственный шов

ярко-карминного платья,

полудетские пальцы

растирают слоистый агат

перед его полотном.

Вечерами изысканный стол

для дорого заказчика.

Как ритуал этикета – 

лазурные плечи жены источают

незамутненный покой…

 

Затем неистовый ветер

тебя обдает неизведaнным – пройти

мимо долу опущенных глаз, темная ссадина

на заалевшем с мороза запястье,

спрятанный чуткий висок

знает секрет его грез.

Непревзойденный порог испытания

тебя отмечает перстом.

Этот поиск в попытке открыть

еще нерожденную форму длится

как сладкое пламя отчаяния

возле нетронутых век…

Он знал,

что его побеждает  безмолвие

среди нестерпимого дня,

чтобы вновь из картины в картину

плавить живую вселенную,

как идеальную  формулу

в пределах своего полотна.

 

Ее плат, обернутый

вокруг обнаженного лба, алая капля

сверкает на бархатной мочке…

Позже, карминные пятна

на стиснутой коже плеча,

и сияние жемчужных серег,

словно плата твоей несвершенности

в полноте совершенного дня.                                                     

 

                                                                                                                  Фев.2004

  

       Разлука.

 

 

 

На этот зов, расслоенный в груди,

не утихает эхо. Пересекая

тяжесть и чистоту открытия,

переживая подвиг,

распятый над твердыней,

пока не одолеешь

заслуженный венец. Где мой Творец,

завороженный своим творением,

где ангел меня приветивший –

исполосован до боли

над пригоршней чернец.

Все ярче пылает в моем затворе

из этой новой крови

напитанная весть.

Все нестерпимее ее присутствие,

все ближе духовная страда

к моим губам. О, ангел,

средь смут и ереси вынашивая путь,

во мне пребудь.

О Лето благоприятное,

мои исполни дни

над пажитью готовые взойти. 

 

 

 

                                                                                                                 Дек. 2006.

 

 

 

 

                       

Together : Eternity.

 

 

Something, that goes to Eternity –

you own it – and you give it away,

except precious beads,

that keeps layered toward your healing – freely,

with no reasons for doubt.

Born to be free – like essential feelings,

overcoming dearest source.

Born to be full.

 

Somewhere, on another dimension,

overshadowing sky keeps tracing

my precious desire – undeniably,

piercingly, dull, until I,

fully naked, will facing most intimate rays –

happy, lost, overjoyed?

Perhaps… Tired,

to the sells of my marrow.

Is it anything left into me

to give it away? Is it anything,

on that fragile desire, will be

benefit for itself? Perhaps.

I am choosing this way – free and fully,

with no expectations,

when unstoppable sunshine

beaming through our days –

bold, essential, total –

to the core of my blood,

to the rise of your soul,

here, forbidden reality,

that eventually –

come true!..

 

sep. 2011.