Назира Раимкулова

Очень плохоПлохоУдовлетворительноХорошоОтлично (10 голосов, средний бал: 4,00 из 5)
Загрузка...

Назира Раимкулова, Кыргызстан

Независимый консультант в сферах масс медиа, медиа-проектов, образовательных проектов, журналистики и PR. Специализируется на организации отделов продаж, управленческом консалтинге, коучинге, маркетинге и менеджменте организаций.

«Вся моя жизнь проходит параллельно творчеству. Начиная со школьных лет писала, рисовала в стенгазетах. В студенческие годы играла в КВН и являлась редактором молодежной газеты ВУЗа. В 2011 году сняла полнометражный художественный фильм «Клетка для колибри», по одноименной повести. Опубликовала небольшой сборник «Белый сентябрь».

 

___________________________________________________________________________________________________

«Знойный полдень, ставший берегом», Отрывок

– Мама, мам! Вставай, ну вставай, пожалуйста… – Бакыт, всхлипывая и глотая слёзы, тянул мать за рукав, стараясь её поднять. – Мама, там Бемка дома плачет, давай пойдём домой!

Женщина в состоянии невменяемости пыталась что-то сказать, но из её уст выходили только нечленораздельные звуки. Она была пьяна. Сейчас Бакыт готов был провалиться сквозь землю. Ему было стыдно перед соседями за свою маму. Мать лежала у обочины тротуара, возле дома. Платье после долгих попыток встать стало серым от дорожной пыли, ноги поцарапаны, из дырявых туфель торчал носок старых колготок. Лицо женщины заплыло от многодневной пьянки, отсутствовало два передних зуба, волосы на голове смешались в один запутанный клубок, который прикрывал хлопковый платок. На вид ей было около тридцати пяти.

Мальчик, стоящий возле неё, её сын. Ему десять лет. Последние три года его маленькой жизни он живёт достаточно взрослой жизнью. После смерти отца, который утонул на отдыхе, все тяготы легли на его маленькие плечи. Мать запила горькую, перестала следить за собой и за детьми. У Бакыта есть младшая сестрёнка Бермет, ей пять лет. Каждое утро Бакыт идёт на рынок сдавать собранные за день бутылки, покупает хлеб и сахар. Иногда соседи подбрасывают им немного продуктов. Когда мать трезвая, они с Бемкой иногда обедают сытно. В такие дни Нургуль, так зовут мать Бакыта, становится заботливой и ласковой, но таких дней всё меньше и меньше.

Пока муж работал, Нургуль занималась домашними делами, сидела с детьми. Сначала она держалась, до гибели мужа в доме у них было всё. Он работал в мебельном салоне, зарабатывал достаточно, чтобы прокормить семью и обеспечить её всем необходимым. За четыре года его работы мебельщиком у них появилась собственная квартира и старая иномарка. Муж Анвар был приветливым и весёлым человеком. Он любил по вечерам, сидя за столом, играть и подшучивать над Нургуль. Они весело смеялись с Бакытом. Анвар подхватывал тогда ещё маленькую Бермет и кружил в воздухе над головой. Нургуль смотрела на них и сама себе завидовала.

Летом Анвар засобирался к матери на Иссык-Куль. Нургуль не хотела его отпускать, ей казалось, что Анвар уезжает навсегда. Чувство тревоги не покидало её и в день отъезда мужа. Всё утро она металась, как раненная птица, не находя себе места. Ближе к вечеру небо затянуло серыми тучами, пошёл мелкий дождь. Нургуль всматривалась в ночную темноту,  пытаясь увидеть свет приближающихся фар.

На следующий день, ближе к обеду, позвонили в дверь. Сердце Нургуль бешено застучало. Она замерла. Звонок повторился, на этот раз он звенел так протяжно и мерзко, что Нургуль захотелось зажать уши. Она медленно подошла к двери и спросила: «Кто там?»

– Это я, Максат. – Нургуль открыла дверь. На пороге стоял друг мужа. Он не смотрел в глаза женщине. – Нужно ехать, Анвар в больнице…

– Что случилось? – Нургуль не понравилось появление Максата, сердце отвратительно заныло.

– Да ничего серьезного, но ты должна ехать. Машина уже ждёт. А где дети?

– Они спят. Я сейчас их разбужу, – женщина заметалась по комнате. – Бакыт, Бермет! Вставайте, дети!

Бермет спросонья заплакала, Нургуль подхватила её на руки, шестилетний Бакыт схватился за руку матери. Максат взял сумку с вещами и вышел. Проверив все электроприборы, за ним следом вышла Нургуль с детьми. Во дворе стояло такси.

Всю дорогу Нургуль выпытывала у Максата о муже. Но тот толком ничего не говорил. Разморённые жарой, дети уснули. Нургуль смотрела на мелькавшие вдоль дороги деревья и не видела их. Чувство тревоги не покидало её. Что с её Анваром? Почему Максат молчит? Что он скрывает? Она пыталась отогнать прочь дурные мысли, но они, как вечерний туман, обволакивали её существо холодным слякотным ночным дождем.

Через пять часов показались знакомые очертания поселка, где жила мать Анвара.  Бермет запросила грудь. Бакыт всё ещё спал. Вдруг Максат повернулся и сказал: «Нургуль, мужайся…».

Нургуль всё поняла. Сердце её оборвалось. В глазах застыл ужас. Так вот почему ей было неспокойно! Почему Анвар не послушал её, почему поехал?! Её Анвар! Теперь уже не её! Проклятая смерть, проклятая судьба забрала его у неё! Горячие слёзы потекли по щекам, обжигая горечью.

Машина остановилась. Засыпавшая было, Бермет снова проснулась и заплакала. Максат вышел и открыл дверь. Нургуль не могла встать. Тут же подбежали родственники, взяли из рук Нургуль дочь и сына. Дети, испугавшись, стали плакать сильнее. Маленький Бакыт вырвался и подбежал к рыдающей Нургуль.

– Мама! Мамочка, не плачь! – Он обнял её. Ему было страшно. Его маленькое сердечко забилось часто-часто. Почему мама плачет, почему все плачут?

– Кагылайын каралгым! Жаным, омурум!* – запричитала Нургуль. – Нет больше моего Анвара! Нет! Нет!!!

Женщины подхватили Нургуль под руки и повели во двор. Нургуль не видела дороги, она не чувствовала ног. Всё было как в тумане. Ей не верилось, что это происходит.

Ворота, распахнутые настежь, встретили её чёрной глазницей юрты*, возле которой стояли и плакали мужчины. Нургуль ввели внутрь. Все плакали. Стоял нестерпимый раздирающий грудь вой. Мать Анвара сидела среди плакальщиц*. Её седые волосы были распущены, она раскачивалась из стороны в сторону. Лицо её почернело от горя, губы иссохли и приобрели фиолетовый оттенок.

– Аааааай! Балам! Зачем ты меня оставил!? Крыло моё, мой орлёнок, мой соколёнок….

Плакальщицы подхватили слова старой женщины, все слова слились в один общий стон. Нургуль усадили рядом с матерью. Бакыта подвели к бабушке, та обняла его и заплакала ещё сильнее.

– Нет теперь моего соколика! Остался ты без отца… ааааааа….

Бакыт сжался. Его папы нет?! Как нет? Он только вчера уехал и обещал привезти подарки. Он что, умер? Нет! Он не мог умереть! Он же сильный, его папа!

– Папа не умер! – закричал Бакыт. – Он живой, он приедет! – Мальчик вырвался из объятий бабушки и выскочил из юрты. Оставшаяся позади юрта завыла ему вслед. Он бежал не останавливаясь, пока  не упал, споткнувшись о камень. Слёзы лились ручьём.

– Вы всё врёте! Папа жив, жив! – Бакыт забил маленькими кулачками о каменистую землю.

– Вставай, сынок! Пойдём домой! – Это Максат. Он увидел бегущего мальчика и направился за ним. – Будь мужчиной! Ты уже большой. – Максат поднял мальчика, отряхнул одежду, вгляделся в лицо мальчика, на него смотрели глаза, наполненные неизмеримой горечью. Не выдержав, мужчина прижал к себе ребёнка и заплакал сам. – Прости, прости меня, малыш…. Я не уберег твоего отца…

– Я тоже умру? – спросил Бакыт.

– Не сейчас, балам, не сейчас…. Не говори так, не надо.

– И меня будут есть червяки? – не унимался мальчик.

– Мы все когда-нибудь умрём, рано или поздно. – Максат удивился детской мудрости. – Пойдём домой, твоей матери теперь нужен помощник. Ты, как старший, должен помогать ей и сестрёнке.

– А как умер мой папа?

– Как герой! Он спасал маленькую девочку, которая тонула, а сам не смог выплыть.

Они возвращались назад, взявшись за руки. Двое мужчин. Один умудрённый прожитыми годами, другой только что повзрослевший.

***

 Анвара хоронили всем поселком. Когда мужчины увезли тело и женщины остались готовить, согласно обычаю, мать Анвара подошла к невестке.

– Садись, доченька, поговорим…

Нургуль за эти дни осунулась и похудела. Под глазами появились синие круги. Она присела на скамейку, рядом со свекровью.

– Что делать будем? Как жить? А жить надо. У тебя дети, их надо поднимать. Анвара не вернуть…. Никогда не думала, что мне придётся хоронить своего ребёнка… Храни тебя Бог от такого… – женщина горестно покачала головой. – Ты молодая, выдержишь, а вот я, наверное, не смогу.

– Что вы, апа? Не надо так. – Нургуль заплакала.

– Вот годовщину проведу, и мне уж пора будет. Незачем мне здесь оставаться…

– А как же мы? Как же ваши внуки?

– Ничего, ничего… не говори, я чувствую и знаю. – Мать поднялась и вошла в юрту.

У Нургуль пропало молоко. Бермет, непривыкшая к чужим людям и оторванная от материнской груди, беспрестанно капризничала и плакала. Вконец изможденная, она засыпала  на руках у матери, но и во сне её маленькое тельце содрогалось от всхлипываний. Бакыт повзрослел. В его глазах появилось недетское выражение, полное горечи и боли. У Нургуль сжималось сердце при виде своих осиротевших детей.

После сорока дней свекровь отправила невестку с детьми обратно в город.

***

 Пустая квартира встретила их скорбным молчанием. Она как бы говорила:  я уже не смогу вам дать прежнего тепла… моя душа покинула меня…

Потянулись серые дни. Соседи при виде Нургуль качали головой вслед, приносили свои сочувствия. Машину Анвара продали, нужно было поставить ему памятник на могиле. Нургуль решила устроиться на работу. Она отдала Бакыта и маленькую Бермет в детский сад. Но нигде и никто не хотел брать на работу мать одиночку. Её экономического образования и красного диплома было недостаточно для «полной отдачи в работе», как говорили работодатели. Им не нужен был сотрудник, который отвлекался на решение личных проблем, особенно в виде маленьких детей.

Потеряв надежду найти работу по специальности, Нургуль устроилась официанткой в ближайшее к дому кафе. Платили неплохо. Хозяйка кафе жалела Нургуль и разрешала брать ей домой еду для детей. Она сама укладывала в маленькие контейнеры непроданные порции. Нургуль жутко стеснялась, но Жылдыз эже, так звали хозяйку заведения, сказала ей:

– Лучше детям отнеси, чем просто испортится и придётся выкидывать. Тебе дома отдыхать надо, и так целый день на ногах, устаешь…

Нургуль была ей благодарна. В свои двадцать семь лет она успела познать многое. Её папа пропал без вести. Мама сначала грустила, потом однажды за ней приехала машина, и её увезли. Оказалось, что она сошла с ума. Нургуль воспитала бабушка.

После окончания школы они с бабушкой приехали в город сдавать экзамены в ВУЗ. Блестяще сдав экзамены, Нургуль поступила на экономический факультет Национального университета. Бабушка устроила внучку в общежитие и, дав благословение, уехала к себе в деревню.

Учёба девушке давалась легко. Нургуль училась с упоением. Скромная девушка отличалась стойким и упорным характером. Парни сокурсники нередко напрашивались к ней в провожатые, но Нургуль всегда находила отговорки и никого к себе не подпускала.

На третьем курсе она познакомилась с Анваром, парнем из общежития напротив. Случилось это совершенно случайно. Нургуль возвращалась вечером из магазина, и тут к ней начали приставать двое пьяных мужчин, предлагая разделить с ними их вечернюю трапезу. Девушка, испугавшись, прижалась к дереву, заслоняясь учебниками и тетрадками.

– Ну что, сладенькая, пойдём с нами?.. – на Нургуль смотрели противные маслянистые глаза.

– Ой, да она немая, смотри! А глазёнки-то… Да ты не бойся, всё будет хоккей, – один из выпивших потянул руку к Нургуль.

– Не трогайте меня! Я сейчас закричу! – девушка отдернула руку.

– Чудо! Она заговорила! Мы боги! Может, ты ещё споёшь и станцуешь? – мужчины начали окружать её.

– Эй! Мужики! Это моя девушка! Вот нельзя на минутку отойти, сразу куда-нибудь влипнешь… – к собравшимся приближался высокий мускулистый парень двадцати- двадцати пяти лет. Он улыбался, но в глазах не было и намёка на смех. Двое пристававших оторопели. Они пропустили парня и тупо смотрели ему в спину, пока он удалялся с недоставшейся никому добычей.

Когда они повернули за угол, парень спросил: «Вы не сильно испугались?»

– Если честно, то сильно. Я сегодня засиделась в библиотеке допоздна, завтра зачёт… не заметила, как время пролетело…

– А я вот тоже, как видите… – сказал молодой человек, доставая из-за спины заправленные за пояс тетради. – Меня зовут Анвар. А вас?

– Нургуль, я тут недалеко в общежитии живу.

– Да. Мы с вами соседи, наверное. Я тоже в общежитии живу.

Нургуль улыбнулась новому знакомому. Ей почему-то показалось, что она знакома с ним давно. От него веяло теплом и домом.

– А хотите, я буду вас каждый вечер провожать?

– Я даже не знаю… – впервые за время учёбы Нургуль было приятно ненавязчивое ухаживание.

– Ну, во-первых, я тоже каждый вечер сижу в библиотеке, а во-вторых, к вам опять могут пристать… – улыбнулся Анвар. Его открытая улыбка и добрые глаза обезоружили девушку.

– Если вам  это не тяжело, то можно, – покраснела она.

Так, болтая, они дошли до общежития. Еще с полчаса стояли и разговаривали об учёбе и своих студенческих приключениях. Попрощавшись, договорились о завтрашней встрече. С этого дня они каждый вечер возвращались вдвоём.

Однажды зимой Нургуль не появилась. Анвар прождал её час. Напрасно. Не появилась она и на следующий день. И через неделю. Анвар тревожился. В общежитии никто не знал, куда она могла уехать. Вахтёрша посоветовала Анвару сходить в деканат.

– Она уехала домой, у неё бабушка умерла, – сказала секретарь.

– А вы не дадите мне её адрес?

– Да, конечно, – женщина порылась среди бумаг и, найдя, продиктовала адрес…