Максим Корсаков

Очень плохоПлохоУдовлетворительноХорошоОтлично (8 голосов, средний бал: 3,38 из 5)
Загрузка...

В Кыргызстане я прожил большую часть своей жизни. В 1974 закончил Фрунзенский Политехнический институт году с дипломом инженера-строителя. Свою трудовую карьеру начал мастером ПМК в городе Джалал-Абаде, работал начальником ПМК, а потом меня перевели в город Фрунзе на должность Заместителя Председателя Кыргызского Совета по Управлению курортами Профсоюзов. На этой должности я отвечал за строительство и архитектуру наших курортов. И вот тогда я понял, что такое Кыргызстан во всем своем великолепии! На всю жизнь я влюбился в озеро Иссык-Куль. Замирая от восторга, слушал многочисленные легенды местных акынов, и навсегда мое сердце осталось там, в родном Кыргызстане. Где бы я ни бывал, я не встречал мест, краше моей страны. Я мечтаю когда-нибудь туда вернуться навсегда…

_______________________________________________________________________________________________________

Хранитель сокровищ (отрывок)

 

Кыргызстан – это страна гордых, красивых людей.

Говорят, что рожденный в седле кыргыз – непобедимый воин!

Но этот чудесный народ покоряет заезжих гостей не только

своей отвагой, но и несравненными талантами в музыке,

изобразительном искусстве, литературе, науке и, конечно же,

своим незабываемым гостепреимством.

 

Глава 5

 

НАСЛЕДНИК НЕСМЕТНЫХ БОГАТСТВ

 

Виктор очнулся от яркого света. Сколько прошло времени? Час? Сутки? Неделя? Месяц? Над ним склонилась голова Саида.

— Вставай! Выходи!

Виктор не мог пошевелиться. Саид взял его своими цепкими костлявыми руками за ноги и выволок из камеры, как мешок. Обжигающие лучи яркого солнца ослепили Виктора. Из глаз полились слезы. Солнечный свет, многократно отраженный полированными гранями высокогорного ледника, прожигал его, как лазер. О, какой он мощный, этот природный лазер — солнечный свет высокогорья!

Виктор попытался открыть глаза и увидел занесенную над ним камчу в руке Саида. Удар! Еще удар! Как больно! И почему они все время бьют камчой?

— Вставай! — сказал Саид. — Иначе будет хуже.

Собрав последние силы, Виктор не встал, а пополз. Встать он уже не мог.

— Молодец! — весело сказал Саид. — Ты двигаешься в правильном направлении. Тебя ждет наш повелитель. Он здесь недалеко. Он специально приехал, чтобы поговорить с тобой.

Повелитель ждал его с другой стороны склона. Виктор узнал это, когда прополз на коленях в туннель во дворце Эола, подгоняемый безжалостной камчой Саида.

— Ну как отдохнули? — спросил потомок кокандского хана.

Виктор не мог говорить. Он разрыдался.

— Отпустите меня домой, великий хан! Никакой карты кладов кокандского хана я в Америку не увозил.

— Нет?!!

Этот громкий резкий возглас пронесся по ущелью. Эхо стократно усилило его. «Нет! Нет! Нет!» — повторялось, как разрывы реактивных снарядов. Они били Виктора по перепонкам, как будто рвались рядом. «Кто это так кричит? — подумал он. — Хан ведь говорит тихим голосом». И вдруг, увидев сквозь слезы лицо человека, который называл себя кокандским ханом, он понял: это кричал он.

— У меня отняли все: власть, богатство. Сейчас меня просто называют Тургуном, а по-русски — Толей. Но никакой я не Толя и даже не Тургун! Я — Мухаммед-Али, правнук и наследник знаменитого кокандского хана Мухаммеда-Али, или, как его называли, — Мадали. Мой прадед был самым могущественным из всех ханов Коканда. Это он принес славу и мощь кокандскому ханству, захватив множество земель. Он вступил на престол в двенадцать лет и никогда ни перед кем не склонял головы.

Мухаммед-Али замолчал. Взгляд его затуманился. Но вскоре он заговорил снова. Теперь голос его звучал тихо, почти беспомощно, а речь была наполнена невыносимой тоской. О чем он тосковал. Об утраченном богатстве, о своем далеком детстве, о власти.

— Мне было года полтора-два, — начал он свой рассказ. — Я жил в Коканде с прабабушкой, последней женой великого хана Мадали. Звали ее Фарида. Отца и мать своих я не помню, всех моих родственников уничтожили большевики. Прабабушке было много лет, не знаю точно, но, наверное, за девяносто. Она очень меня любила и заботилась обо мне. «Ты, — говорила она, — великий хан, наследник когда-то могущественного кокандского ханства. Ты был им и останешься им, какая бы власть ни была: советская или какая-то другая. Кровь, которая течет в твоих жилах, — это кровь великого рода, она не может стать советской, большевистской. Она требует, чтобы ты выполнил свое предназначение во Вселенной: стоять во главе вверенного тебе Богом народа. Рано или поздно ты взойдешь на трон».

Так учила меня моя прабабушка. Но в школе, среди других мальчишек, я оставался просто обычным Тургуном-Толей. Я жил двойной жизнью: дома с прабабушкой я был ханом, а в школе и на улице — пионером и комсомольцем.

Пришло время прабабушке уходить в мир иной. Мне уже было семнадцать, и я вырос крепким, сильным юношей. Девушки теряли голову из-за меня. Сила переполняла мои мускулы. Сознание, что я потомок великого рода, делало меня бесстрашным.

Эти дни с прабабушкой я хорошо помню. Она уходила, медленно угасала, оставаясь в полном сознании. Я проводил с ней все дни и ночи напролет. Тогда-то она и рассказала мне о своей молодости, о жизни в ханском дворце, о победоносных войнах великого хана, об интригах и заговорах его советников.

Но из всех рассказов я лучше всего запомнил последний, примерно за час до того, как прабабушка навсегда закрыла глаза. Она подала знак слабеющей рукой, чтобы все, кроме меня, покинули комнату.

— Слушай меня, мой мальчик, — шептали ее губы, — я открою тебе великую тайну. Ничего не записывай, только запоминай. Твой прадед завещал тебе огромное, несметное богатство — сокровища, накопленные им за годы правления, захваченные у покоренных народов.

— Сокровища? Где они? — попытался я вставить вопрос.

— Молчи и запоминай! — последовал ответ. — Сокровища эти спрятаны недалеко. Они, правда, не в самом Коканде, а на территории, ранее подвластной кокандскому каганату. Твой прадед был великим правителем и очень сильным человеком, но у него была одна слабость — золото. Со всех завоеванных территорий он вывозил караваны с золотом. За долгие годы правления он скопил несметные сокровища, и об этом знали многие — и его собственные советники, и его вечный враг и завистник — эмир Бухары Наср-Улла. Много их было, врагов и завистников, у великого Мадали-хана. Но твой прадед был очень умным человеком. Он предвидел опасность и решил вывезти сокровища из столицы ханства. Он не доверял своим визирям, будучи уверен, что они всегда готовы предать его, завладеть его богатством, занять его трон. Однажды поздно ночью великий хан спросил моего совета: «Что делать? Где спрятать сокровища?»

Что могла ему посоветовать я, преданная ему всем сердцем, но ничего не смыслящая в дворцовых интригах девушка? Я сказала: «Великий повелитель! Обратись к своему звездочету, он самый мудрый после тебя человек в нашем ханстве, он даст тебе правильный совет».

Великий хан ничего мне не ответил и молча ушел на свою половину. Утром я видела, как дворцовая стража привела к нему звездочета, но мне он тогда ничего не сказал, а сама я не смела его спросить.

Прошло два года. И вот, словно предчувствуя свою скорую гибель от руки коварного Наср-Уллы, он снова заговорил со мной о золоте.

«Помнишь, Фарида, — сказал он, — ты дала мне однажды совет. Я последовал ему: я позвал звездочета. Он выслушал мою просьбу и пообещал дать ответ утром, сказав, что ночью сделает расчеты по звездам. С трудом я дождался утра.

— Ну и что тебе говорят звезды? — спросил я его, едва первые лучи солнца осветили небо.

— А звезды говорят, — ответил он, — что на территории твоего ханства, под твоей властью и покровительством живут потомки великого народа. Это красивые и сильные люди, прекрасные наездники и бесстрашные воины.

— Кто это? Множество народов живет под моим покровительством и властью. О каком народе ты говоришь?

— О кыргызах! — ответил звездочет. — Кыргызы — сильные и доблестные воины. Живут они высоко в горах. И горы эти — как крепости. Непросто покорить этот гордый народ. Вот там ты должен спрятать свое золото. Особое место показали звезды. Сегодня ночью Сириус, ярчайшая звезда из созвездия Большого Пса, указал на озеро Иссык-Куль. Там, и только там, оно будет в безопасности.

— Но как найдут его мои потомки в этих непроходимых ущельях?

— Я нарисую тебе магическую карту. По этой карте сокровища сможет найти только тот, кто расшифрует ее.

— Расшифровать карту не так уж сложно, — возразил я звездочету. — Не раз люди пытались зашифровать карты с кладами. Но находились отважные искатели приключений, которые расшифровывали секреты и добирались до кладов.

— Нет, мою карту они никогда не расшифруют.

— Почему? Что в ней особенного?

— Это будет не простая карта. Это будет карта, где правда будет притворяться ложью, а ложь — правдой, где нелепость покажется умным советом, а умный совет — абсурдом.

— Абсурд?! Ложь?! — вскипел я. — Какая ложь и абсурд в моем ханстве? Все здесь должно подчиняться логике и строгому приказу. В моем царстве господствует не ложь и нелепость, а сила приказа. Моего приказа.

— Выслушай меня, повелитель, — взмолился звездочет. — Ты — посланник Аллаха, и твой приказ на земле — воля Бога. Но все же моя карта обманет и не приведет к цели непосвященного. Потому что карту, построенную на логике, обязательно рано или поздно расшифруют искатели приключений, о которых ты говорил. А карту, построенную на нелепости и обмане, не расшифрует никто и никогда, кроме того, кому ты доверишь ключ к ее разгадке. Хотя секрет довольно простой. На карте будут четкие указания, что делать и куда идти, будут указаны маршрут и расстояния. И тот, у кого будет эта карта, броситься ей следовать. Но сокровищ он не найдет.

— Почему?! Почему он не найдет сокровищ? Он ведь выполнит твои предписания!

— А не найдет он сокровищ, великий хан, потому, что не поймет хитрости, которая есть в этой карте, ибо это будет, как я тебе уже говорил, карта обмана. Сокровища найдет тот, кто нарушит указания и сделает все наоборот. Он-то и станет владельцем сокровищ. Он должен будет увидеть за ложью намек на правду, догадаться, что скрывает обман моей карты. Но пока только ты один будешь это знать.

— Я был поражен мудростью звездочета, — закончил свой рассказ твой прадед», — сказала прабабушка и закрыла глаза. Она устала от долгого рассказа.

— Где? Где эта карта? — не выдержав, закричал я. — У кого она сейчас?

Бабушка ответила не сразу. Она сначала поведала мне историю гибели хана.

Короткая, но бурная жизнь Мадали проходила в непрерывных войнах. При нем Кокандское ханство значительно расширило свою территорию, что беспокоило его могущественного соседа — эмира Бухары Наср-Уллу. Сначала Наср-Улла пытался свергнуть Мадали, плетя интриги, для чего использовал его вражду с братом. Затем собрал войско и вероломно вторгся в Коканд. Как это часто бывало в истории, многие из окружения хана предали его, и Мадали был выдан врагу. Деспот и злодей, эмир Наср-Улла прославился своей жестокостью. Он казнил не только Мадали и его сыновей, но и его мать. Это случилось в 1842 году, когда Мадали было всего тридцать два года.

— А карту, — сказала прабабушка, — похитили большевики во время революции, и сейчас она хранится в секретном архиве в столице Киргизии.

— Но они, наверное, уже нашли сокровища?

— Нет, не нашли. Хотя пытались много лет, но Аллах не допустил этого. Они следовали указаниям, начертанным на карте, выполняли их четко, строго, как там написано, и уходили ни с чем. Устав от поисков, они сдали карту в архив и хотя засекретили ее, но всерьез уже к ней не относились. А сокровища были и есть. Большевики просто не знали, что это карта лжи и нелепости. Об этом знали только твой прадед Мадали, звездочет и я. Теперь об этом знаешь и ты, правнук великого правителя. Найди эти сокровища — и они вернут тебе богатство и власть.

Это были последние слова прабабушки»…