Jason A. Herman

2LGZGuex5SYМузыкант, путешественник, писатель, читатель, спортсмен.

Musician, traveler, writer, reader, athlete.


Детектив "Под солнцем Гаваны"

отрывок

Глава 1:

Новое знакомство

В 1761 году я окончил Мадридский морской университет, получив звание штурмана, я сразу же отправился в Севилью, где прошёл специальный курс для военных матросов. После окончаний занятий я был назначен старшим матросом на судно Сан-Хосе. В то время судно стояло в Вест-Индии, и не успел я до него добраться, как вспыхнула Англо-Испанская война. Высадившись в Сан-Фернандо, я узнал, что моё судно отправилось в Гавану, для отражения атак англичан. Вместе с другими военными матросами, попавшими в такое же положение, я пустился вдогонку своему кораблю; мне удалось благополучно добраться до Гаваны, где я, наконец, нашел его и тотчас же приступил к своим новым обязанностям.

Многим эта война принесла славу и богатство. Мне она принесла ничего, кроме страданий. Мой корабль был взят на абордаж английским фрегатом во время осады Гаваны в августе 1762 года. Мушкетная пуля угодила мне прямо в правое плечо, раздробила кость и задела артерию. Вероятней всего я бы умер там, на месте, от потери крови, если бы не доброта англичан, которые взяли меня в плен. Не прошло и месяца, как Гавана пала и английские войска заняли город.

Измученный раной и ослабевший от длительных лишений свободы, я вместе с множеством других раненых страдальцев был отправлен в гаванский госпиталь для военнопленных. Там я стал постепенно поправляться и уже настолько окреп, что мог передвигаться и даже выходить на веранду, чтобы немножко погреться на солнце, как вдруг меня свалила желтая лихорадка, бич наших испанских колоний. Несколько месяцев меня считали почти безнадежным, а вернувшись наконец к жизни, я еле держался на ногах от слабости и истощения. Мне повезло, что в это время закончилась война. Гавана была возвращена во владения Испании, а меня отправили вглубь острова, в город Санта-Клара. По словам врачей там были более благоприятные условия для выздоровления. Я поехал туда на обычной повозке и через месяц долгого пути, наконец-то прибыл в Санта-Клару. Моё здоровье к этому моменту было на самом низком уровне, зато правительство дало мне отпуск на лечение в течение девяти месяцев и медаль за честь и отвагу. Через месяц пребывания в Санта-Кларе меня выписали из госпиталя. Я прожил в городе где-то больше двух недель и решил, что надо вернуться в Гавану.

В Гаване у меня не было ни родных, ни друзей, поэтому я был свободен как ветер. Денег у меня было немного, но я мог позволить себе жить в одной из самой престижной гостинице города, так как государство оплачивала весь мой отпуск. Кажется, зря я слишком часто пользовался привилегиями. Спустя 3 месяца меня лишили прав на бесплатное проживание и дали малую сумму денег, на которую можно было прожить не больше шести недель. При таких обстоятельствах я вскоре понял: необходимо либо бежать из столицы колонии и прозябать где-нибудь в деревне, либо решительно изменить образ жизни. Выбрав последнее, я для начала решил покинуть гостиницу и найти себе какое-нибудь более непритязательное и менее дорогостоящее жилье.

В тот день, когда я пришел к этому решению, в таверне “Лагунго” кто-то хлопнул меня по плечу. Обернувшись, я увидел молодого Сантьяго Мунеза, который когда-то вместе со мной лежал с ножевым ранением в гаванской больнице. Как приятно увидеть вдруг знакомое лицо в необъятных дебрях Гаваны! Мы со Мунезом никогда особенно не общались, но сейчас я приветствовал его почти с восторгом, да и он тоже, по-видимому, был рад видеть меня. От избытка чувств я пригласил его выпить со мной.

— Что с тобой случилось? – с беспокойством спросил он, разглядывая меня с ног до головы. – Такое чувство как будто ты неделю из запоя не выходишь.

Я вкратце рассказал ему о своих злоключениях и бедах, которые со мной произошли за последние дни в Гаване.

— Эх, бедняга! — посочувствовал он, узнав о моих бедах. – И что ты собираешься делать?

— Для начала поищу жилье подешевле, – ответил я. – Интересно, есть ли на свете удобные и не дорогие квартиры?

—Кстати, у меня есть один знакомый, он нашел себе не плохую квартиру в центре Гаваны и никак не может найти себе соседа, а платить за неё целиком ему не по карману.

— Черт возьми! — воскликнул я. — Если он действительно хочет разделить квартиру и расходы, то я к его услугам! Мне тоже куда приятнее поселиться вдвоем, чем жить в одиночестве!

— Но есть одна проблема. Возможно, вам не захочется с ним жить.

— Почему же это? Что с ним не так?

— Во первых, он португалец…

— Это не проблема, хуже было бы, если он был бы англичанином, - перебил его я.

— А во вторых, он какой-то чудаковатый, занимается не прибыльным делом в наших местах, - продолжил он.

— И чем же он занимается? – заинтересованно спросил я.

— Говорят, что он охотник, но я ни разу не разговаривал с ним на эту тему.

— Охотник? И на кого он охотится в наших местах? На ящериц?

— Не знаю, из него очень трудно, что-нибудь вытянуть, иногда бывает очень замкнутым, но человек он порядочный, вроде бы не глупый. Он много молчит, но думаю это хорошо, я не люблю слишком разговорчивых людей.

— Ладно, я не прочь с ним познакомиться, — сказал я. — Если уж иметь соседа по квартире, то пусть лучше это будет человек тихий. Я недостаточно окреп, чтобы выносить шум и всякие сильные впечатления. У меня столько было того и другого во время войны, что с меня хватит до конца моего земного бытия. Как же мне встретиться с твоим приятелем?

— Сейчас он наверняка сидит в таверне недалеко от порта, — ответил мой спутник. — Он либо не заглядывает туда по неделям, либо напивается там с утра до вечера. Если хотите, то давайте пойдем к нему.

— Разумеется, хочу, — сказал я, и разговор перешел на другие темы.

Пока мы пошли пешком из Лагунго в другую таверну, Мунез успел рассказать мне еще о некоторых особенностях его приятеля, с которым я собирался поселиться вместе.

— Надеюсь, ты на меня не обидишься, если с ним не уживешься, – сказал он. – Я его толком не знаю, поэтому не могу точно сказать, что он за человек.

— Не волнуйся Сантьяго, если мы не уживемся, нам ничто не помешает расстаться, - ответил я.

— Ты прав, ну что ж, тогда пожелаю вам счастливого сожительства вместе.

— Рано еще говорить о сожительстве, для начала нам надо все обсудить.

— Насчет этого париться не придется. Мы уже почти дошли до таверны.

Мы свернули в узкий закоулок двора и через маленькую дверь вошли в большое помещение. В таверне находилось две комнаты, это главный зал, в котором вмещается несколько десятков обеденных столов, и кухня, на которой постоянно копошились, что-то готовя, что-то выкидывая, что-то наливая, впрочем, это не так уж и важно. Столы, а всего их двадцать, стояли кругом, почему именно так? Скорей всего хозяин таверны таким жестом хотел показать, что у него все посетители равны, не смотря на звание и социальное положение. У одной из стен стоял диван, довольно старый и потрепанный, хотя это не слишком заметно, ведь все его изъяны скрыты под шкурой гепарда. Напротив него - барная стойка, ее длина около четыре метра, чаще всего около нее толпились бедняги, которых выгнали из дома за чрезмерную любовь к горячительным напиткам. За барной стойкой пряталась небольшая дверь, которая вела прямиком на шумную кухню. Рядом с креслами перед камином, стояла старая кресло-качалка, что принадлежала одному из хозяев таверны. Так же в комнате было два пятиметровых стола, что накрывались только во время праздников. Таверна была полупустой и лишь в дальнем углу, пригнувшись к столу, с чем-то сосредоточенно возился какой-то молодой человек. Мы направились прямо к нему, он заметил нас, оглянулся и вскочил с места.

— Доброе утро Сантьяго, – поприветствовал его он. – Не болит голова после вчерашнего дня? – он сделал вид, как будто меня не заметил.

— Все нормально. Позвольте представить вам моего друга Пабло Ровере.

— Здравствуйте! — приветливо сказал незнакомец, пожимая мне руку с силой, которую я никак не мог в нем заподозрить. — Меня зовут Мигель Морено, рад с вами познакомиться.

— Рад с вами познакомиться тоже, - сказал я.

— Кстати, вы пришли вовремя, мне нужна ваша помощь, – неожиданно сказал он.

— Помощь в чем? – спросил Сантьяго.

— Видите вот тех двоих джентльменов, которые сидят за столом возле барной стойки?

— Допустим, - сразу сказал я, не посмотрев даже в ту сторону, в которую показывал Мигель.

— Мне нужно, что бы кто-нибудь из вас подошел к ним и передал вот это послание, - сказал он, доставая из своего военного камзола письмо.

— Зачем? – заинтересованно спросил я.

— Скоро обо всем узнаете.

— Мигель, вообще-то мы пришли к тебе по делу, а не играть в посыльных, – сказал Сантьяго. – Мне скоро надо будет уйти по делам, поэтому…

— Ладно, хорошо, я пойду, - перебил его я.

Мигель посмотрел на меня одобрительным взглядом. Мне было очень интересно, что затеял мой новый знакомый, поэтому я взял письмо и встал со стула.

— Погоди, постой, - сказал он. – Когда, ты передашь письмо, скажи им что это от Чарльза Брауна и сразу же уходи из таверны в сторону пристани. Мы с Сантьяго пойдем к тебе через пять минут.

— Хорошо.

Я пошел в другой конец таверны, к барной стойки, рядом с которой сидели двое мужчин. По их внешнему виду, можно было понять, что это было два ирландца. Я не знал по-английски и пяти слов, поэтому просто сказал Чарльз Браун и передал письмо. После чего, я сразу направился к выходу из таверны. Один из них мне что-то крикнул на английском, но я решил не останавливаться и пошел дальше.

Я ждал моих знакомых на пристани больше десяти минут и уже надумал вернуться в таверну, как вдруг из-за угла показалось лицо Мигеля. Он шел и задумчиво смотрел в мою сторону.

— И так Пабло, мне кажется, вы пришли сюда не ради того, чтобы побыть моим посыльным, - с улыбкой произнес он.

— Верно подмечено, - сказал я. - А куда подевался Сантьяго?

— Он ушел по делам.

— Ушел? И не попрощался?

— Да, он человек без принципов. Он сказал, что у вас есть ко мне важное предложение.

— Да, я пришел к вам по делу, Сантьяго говорил, что вы не можете найти себе сожителя в квартиру.

— Аааа, так вот зачем он привел вас ко мне! - восторженно воскликнул Мигель, - я присмотрел одну квартирку на улице Обрапио, - сказал он, - которая нам с вами подойдет во всех отношениях. Надеюсь, вы не против запаха крепкого табака и перегара?

— Не имею ничего против, я сам курю и часто выпиваю, - ответил я.

— Отлично, чувствую, мы найдем с друг другом общий язык, - радостно сказал он. – Погодите-ка, какие же еще у меня недостатки? Да, иногда на меня находит хандра, и я по целым дням не раскрываю рта и веду себя излишне агрессивно. Не надо думать, что я на вас дуюсь. Просто не обращайте на меня внимания, и это скоро пройдет. Ну, а вы в чем можете признаться? Пока мы еще не поселились вместе, хорошо бы узнать друг о друге самое худшее.

Меня рассмешил этот взаимный допрос.

— Ну… я могу проваляться в постели пол дня и вообще я невероятно ленив. Не люблю лишний шум и домашних животных, - сказал я.

— Вас не будет беспокоить, что я очень часто буду поздно возвращаться домой? — с беспокойством спросил он.

— Нисколько, если вы конечно не будете будить меня по ночам.

— Тогда все в порядке, — весело рассмеялся он. — По-моему, можно считать, что дело улажено.

— Когда мы посмотрим квартиру?

— Зайдите за мной завтра в полдень, мы пойдем отсюда вместе и обо всем договоримся.

— Хорошо, значит, ровно в полдень, — сказал я, пожимая ему руку.

Мы попрощались, я уже прошел пару метров, как вдруг вспомнил про письмо.

— Подождите, - крикнул я. – А что это было за письмо?

— Ах, да, не беспокойтесь, я вам все расскажу потом, - с улыбкой сказал он и пошел дальше.

По дороге к гостинице я думал о своем новом знакомстве. Мне показалось, что он неплохой человек и нам обязательно удаться вместе ужиться.

Очень плохоПлохоУдовлетворительноХорошоОтлично (2 голосов, средний бал: 5,00 из 5)
Загрузка...