Ivold Crow

Дженалаев БатырханЯ работал в разных сферах: и в педагогике, и в бизнесе, и в государственных структурах, иностранных компаниях и зарубежных посольствах. Нашел себя в социальной работе, а именно в работе с детьми и молодежью. Увлечения – футбол, рыбалка, искусство, конечно же, литература. Постоянно писать начал в 2002 году, будучи глубоко заинтересованным во взаимоотношениях между людьми, их причинах, в попытке понять философию и смысл происходящего в этих отношениях. Имею свою точку зрения на все происходящее вокруг через призму различных культур, традиций и, конечно, веры. Источниками вдохновения во время творческой работы и являются эти взаимоотношения людей, как между собой, так и во взаимосвязи с происходящими событиями. Особая притягательность в творчестве для меня - это женские судьбы. Поскольку я считаю, что и начало всех начал в ней, и все, что происходит в мире, находится под влиянием Женщины, поэтому для меня очень интересен ее мир, ее отношение к миру во всех его проявлениях, и, конечно же, сама роль Женщины в развитии и общества, и индивидуумов, и всего, что окружает нас. Считаю, что во многих случаях женщина недополучает того, что она заслуживает, и, может быть, в этом кроется большое количество возникающих проблем. Безусловная любовь к детям начинается со своего собственного детства, и это нежное чувство не покидает меня поскольку считаю, что нет на Земле никого более чище и непосредственнее, чем ребенок. Поэтому, наверное, посвящаю часть своей жизни именно детям, как своим, так и чужим. Ничто мужское мне не чуждо, и даже наоборот. Я считаю, что такие качества Мужчины как чувство долга, порядочность и мужская чувственность и есть настоящее проявление мужской сути. Умение добиваться и побеждать честно и добросовестно также относится к мужским категориям.

I worked in different spheres: in pedagogical organizations, business and state authorities, foreign companies and embassies. I finally have found myself in social work, namely in work with children and young people. My hobbies are football, fishing, art and, certainly, literature. I started to write permanently in 2002. I being deeply interested in relationships between people, reasons of these relations; trying to understand philosophy and sense of these relations. I have my own point of view on all what is happening around me through the light of different cultures, traditions and faith. Sources of inspiration for my writing are relations between people and their interrelations with running events. Particular attractiveness for me in creating is woman’s destiny. I’m convinced that everything begins in a Woman, and everything is happening in the world is under the influence of women. That's why I am so interested in women’s world, her attitude towards life in all its aspects and certainly the role of a Woman in development of society, development of individuals, and all that surround us. I think that in many cases women do not receive, what they deserve, and maybe this is the causes of multiple problems. Unconditional love to children begins from my own childhood and this tender feeling does not leave me because I think that there is nothing no more pure and ingenious in the World than a child. That‘s why I devote part of my life to children, not only own ones but also others. Nothing male is alien to me. I believe that such men’s qualities like sense of duty, honesty and men’s sensuality are the real manifestation of men’s essence. To be able to achieve goals and to win honestly are also men’s categories.


Роман-поэма "Пять снов и встреча Николаса".

отрывок

Невероятная история, имевшая и не имевшая место быть, о поисках истины, любви и философии мировоззрения.

Глава 7

НА КРАЮ

– Так он есть или нет – рай, попасть в который хотят все люди? И есть ли ад? Что это – воображение и бесконечное терзание или?.. И где начало великой битвы добра со злом? Николас умоляюще смотрел в лицо Ангела.

– Мы же понимаем, что при определенном стечении обстоятельств то же добро может оказаться злом, пусть даже не намеренным, и наоборот, что с точки зрения сложившихся обстоятельств кажущееся очевидным зло в результате оборачивается добром.

Николас напрягся. Многое, через что он прошел, требовало ответа на этот сложный вопрос. Сколько раз он, да и не только он, ведомый самыми лучшими побуждениями, совершал непредсказуемые поступки, которые, казалось бы, вызовут реакцию, влекущую добрые последствия, разбудит чувство справедливости, и не ждал этого же в ответ. Просто был убежден, что это правильно и только так нужно поступить.

И сколько раз с недоумением, разочарованием получал предательство и мелкую подлость, иногда скрытую маской сострадания и понимания, иногда с прямым торжеством злорадства и победоносной наглостью в ответ.

Он не хотел принимать расхожее выражение о наказуемости добра и настойчивые советы быть осторожным в выражении добрых чувств.

Может быть, он плохо разбирался в людях, чрезмерно доверял внутренним убеждениям. Может быть. Но, даже столкнувшись с откровенным злом, не принимал его, оправдывая его и себя за совершенное. Страдал и переживал, но не мог подвигнуть себя на поступок, противоречащий этим его убеждениям.

– Ты слаб и беспринципен, – говорили ему, – надо быть жестче и требовательнее и к себе, и к людям.

На какое-то время он пытался стать таким, но внутреннее его состояние противилось, хотя он понимал, что в определенных ситуациях только так и надо было поступить, и, наверное, он достиг бы большего в жизни, следуя этому.

Он видел, как беспощадное отношение некоторых к себе и окружающим приводило их на вершину успеха. Но задумывались ли они, сколько злых следов оставили на этом пути, сколько разбитых судеб, исковерканных восприятий добра, обид и разочарований? Может быть, да, а может быть, и нет.

Понимали ли они, да и все, что ничто не остается бесследным?

Сейчас, когда он понял вечность всего, трансформацию всего в тонкий мир другого измерения, он хотел знать ответы.

– Почему ты хочешь знать больше? Разве недостаточно той мудрости и знаний, уже существующих на земле?

Ангел, положив руки на плечи, заглянул в глаза и самую душу Николаса.

– Потому что до конца уверовать можно только тогда, когда увидишь и услышишь сам, когда сам соприкоснешься и примешь то, в чем сомневаешься, или то, что ждет подтверждения в твоем восприятии. Мы многое принимаем на веру, считая за истину, за единственно правильное понимание, и многое из этого впоследствии, как выясняется, не является истиной, а только предположением ее.

Ангел задумчиво смотрел на Николаса, проникая в его размышления.

Тот все так же умоляюще и напряженно вглядывался в его золотистые глаза. По их выражению он понял, что Ангел в чем-то принимает решение, пока не зная, стоит ли так поступить.

– Хорошо, – глубоким голосом произнес Ангел, видимо, приняв для себя непростое, но важное решение.

– Мы полетим сейчас на тот край, откуда ты увидишь то, что не имеет начала и конца, но ты увидишь и почувствуешь взаимопроникновение миров, поймешь энергию и могущество Вселенского разума в его главном проявлении.

Разведя руки и ауру, в которой находились они оба теперь, Ангел обозначил прозрачный шар вокруг.

– Ты не почувствуешь ни скорости, ни времени. Это другое измерение, и я не имею права раскрывать его, пока люди сами не откроют его, как не имею права доставить на край тебя – землянина. Но я – твой Ангел, и ради тебя я нарушу этот запрет, потому что хочу твоего совершенства.

Николас, возбужденный до крайности проникновением в величайшую тайну, сжал кисти рук так, что побелели косточки суставов. Он прикоснется к ней, поймет наконец всю силу Вселенского разума, его влияние на умы и настроения людей.

– Здесь, – прошептал Ангел, – только до этих пор позволено приблизиться к Вселенскому разуму. Дальше – неизвестность, неведомая даже нам. Отсюда приходит к нам, ангелам, а через нас – к людям все то, что им предопределено.

Ангел развел руки, невидимые шторы шара разошлись с одной стороны.

То, что увидел и почувствовал Николас, он не забудет никогда, да оно больше никогда и не повторится в его жизни.

Необъятное пространство не поддавалось реальному описанию. Все, что можно было сказать, осталось бы лишь малой толикой описания той невообразимой в пространственном и цветовом обрамлении божественной картины.

Николас даже не думал, что свет может иметь столько оттенков, переплетений всплесков, бесконечных океанов гигантских волн, кипящих без конца и края.

– Этого не может быть, но оно есть, – пела душа Николаса, напоенная этим величием и могуществом.

– Обернись, – приказал Ангел, раздвигая шторы с противоположной стороны.

Повернувшись, Николас взглядом и всеми своими чувствами окунулся в необозримое пространство черного света. Да, да, именно света, а не цвета. Это пространство также было наполнено переливами и всплесками. В нем также бушевали волны черного света, взрываясь гигантскими фонтанами без края и конца.

Могущество черного света было также величественно и также впечатляюще.

Завороженный, он ждал объяснений Ангела, его разум был не в состоянии принять увиденное и прочувствованное.

– Все это пространство, заполненное и ярким, светлым, и черным светом, и есть территория, если можно так назвать, Вселенского разума. Отсюда исходит все, что мы знаем и что только предстоит нам узнать, и ангелам, и людям.

– А где же мы? Где Земля, ваша и наша Луна? – жадно вопрошал Николас.

– Вот здесь.

Ангел развернул шар так, что Николас увидел неширокую полосу, смыкавшую величайшие пространства.

– В этом месте находятся все вселенные, которые знает человечество, и те, что только предстоит открыть.

Ангел указал на крохотную яркую точку:

– Это – Млечный путь, и здесь находится Земля.

– Если черный свет уже открыт человечеством в ничтожном объеме и назван темной материей, то свет светлый, принимаемый за Божественный, еще таит в себе много загадок. Тогда, когда измерение Бога, так тебе проще  будет понять, будет открыто и изучено, не понадобятся помощь и поддержка ангелов. Люди станут другими, им будет подвластно все.

– Вернемся, – попросил Николас, – мне это трудно пока понять, и тем более принять. Нужно пропитаться этим, а на это необходимо время.

– Конечно, – обнял его Ангел. Руками задернул невидимые шторы, широкими взмахами освободил их обоих из объятий шара.

Они стояли на прежнем месте, освещаемые лишь аурой Ангела и далеким светом далеких звезд ночного неба.

– Скажи мне, – обратился Николас к Ангелу, – если все, что я видел и чувствовал, и есть Бог, так я назову, прости, то как быть с утверждением, что человек создан по образу и подобию его?

– Зная, как он выглядит сам, человек и предположил Всевышнего в образе возвышенной сути в своем образе. Это прививалось многие столетия, и даже тысячелетия, впиталось в сознание и восприятие.

Ты видел энергию и мощь, силу взаимопроникновения двух разнообразий света, разум и созидание воплощенной мысли. В этом – подобие человека Всевышнему, в его божественной энергии разума и мысли, чего лишены другие существа на Земле. Изображения же созданные человеком лишь аллегории и необходимость понятного восприятия.

– Хорошо, а как же рай и ад? Добро и зло, борьба между ними? – продолжил Николас.

– Что касается первой части твоего вопроса, то я отвечу так. Рай и ад – особые измерения Вселенского разума, регулируемые его разнообразием света. Бессмертные души людей и ангелов попадают в эти измерения, обретая новое существование в новых измерениях.

Говоря о добре и зле с земной точки зрения, мы должны понимать, что есть добро абсолютное, не приносящее вреда ни самому себе, ни окружающему никогда, а только положительные вибрации, вызывающие эмоциональную возвышенность. Это – цель ангелов, оберегающих людей.

Также и абсолютное зло, порождающее негативные вибрации, приводящие к непоправимому горю и трагедиям.

Все остальное должно подвергаться сомнению до полной ясности и определенности, анализу последствий и результатов.

Вот почему не все, о чем люди молят своих ангелов, происходит и случается. Ангелы видят последствия как добра, так и зла, не желая вреда, иногда отклоняют кажущееся добро и допускают кажущееся зло, в конечном результате приводящее к добру.

Так в рассуждениях на разные темы прошли их день и ночь, полные осмысления, принятия и проникновения в смысл и значение того, что мучило Николаса последние годы.

Рассвело.

– Твое время в нашем мире истекло, – сказал Ангел.

– Теперь только ты решаешь, остаться ли здесь, но при этом умереть на земле или вернуться обратно, – продолжил внезапно появившийся рядом с ним Фронт, – оставшись здесь с Эвелитой, ты обрекаешь своих близких на страдания; но зато станешь ее долгожданной половиной и обретешь счастье быть любящим и любимым женщиной.

Ангел развел руками. В пространстве поля, где они стояли, образовалась большая арка, в глубине которой Николас увидел всю свою любимую семью; за ними дорогих и любимых друзей; дом и бескрайнее море, которое обожал; настоящее солнце и белые облака в голубом небе, таком родном и глубоком. Он так любил смотреть в него, любуясь цветом радости и покоя.

Фронт, обозначил в другом пространстве еще одну арку, в которой Николас увидел обожаемую Эвелиту и Лулию, за ними – океан, где уже был с ними, где испытал радость спасения и мгновения счастья.

– Эвелита! Эвелита! – закричал он, – я люблю тебя, и мы обязательно встретимся, но я люблю свою семью и свою Землю и не могу без них, прощай.

– Я знал, что ты сделаешь именно этот выбор, – улыбнулся Ангел. – Иди домой, Николас. Сейчас это твой путь.

Обняв Ангела, Николас повернулся к арке, восторженно и радостно крича:

– Я идуууу! Идуууу к вам!

Очень плохоПлохоУдовлетворительноХорошоОтлично (25 голосов, средний бал: 4,32 из 5)

Загрузка...