Лия Архипова

Лия АрхиповLiya Arkhipova (Казахстан)

11.05.1984 года рождения. Проживаю в г. Алматы. Публикуюсь, участвую в литературных конкурсах и занимаю призовые места с 13 лет. В 1998 году вышла подборка стихотворений с краткой биографией в московском  СМИ «Искусство НародовМира», в 2008 году вышел первый литературный сборник небольшим тиражем. Увлекаюсь живописью, музыкой, эзотерикой. Работаю на данный момент в сфере индустрии красоты нейл-стилистом.

 _______________________________________________________

Сборник стихотворений и верлибров «Яблочный сок»

Отрывок

*          *          *

Слова, слова… примяты знаки,
Как цифры, равные тебе.
Я стану преданней собаки,
Но потеряюсь в злой толпе.

И, словно падший, но не ангел,
А лист в оранжевом дыму,
Я поменяю эти знаки
И тем заклятие сниму.

Тогда отравленным ресницам
В прозрачный полдень спелых губ
Не будут сниться лица, лица…
И растворится мой суккуб.

Но есть еще густые ночи,
И в них, как в зеркалах души,
Родится множество пророчеств,
И ты, суккуб, кружи, кружи…

*          *          *

Сотни имен на зеркальных руках жизни,
Сотни одежд, но меня среди них больше.
Дома тепло. Что ты скажешь теперь, Изя?
Шекели, марки, рубли – тяжела ноша.

Вот и резиново-жженой опять стала
Родина-кукла. Имели тебя в наше
Верные дяди, в пиджак обернув “сало”.
Я бы разбила с дешевым вином чашу,

Если вино – это время, а мы – стрелки.
Если люблю – это как? А любить страшно…
Серое в черном звучит, но не так мелко,
Как наши души на стенах домов важных.

Изя, ноябрь тебе не весна, знаешь,
Первый шалом отнеси в колыбель к солнцу.
Смерть и свобода, дурак, это там, дальше,
Дальше религий, ума степеней, носа.

*          *          *

«Если и есть молитва, то только в смехе», –
Так мне твердил овал ледяных трамваев.-
«Если воткнуть в розетку (чтоб для потехи)
Пару вязальных спиц… то терпеть, взвывая.»

В горле как будто комом февраль замшелый.
В ноту попав случайно, он прячет лица.
Всем ледяная гладь на ресницах пела,
Всем отдавала погибельных слез водицу…

Сытым не нужен хлеб. Им и так вольготно.
Рвется не там, где тонко, а там где жалко.
Кофе, быть может, в постель, если так угодно;
Ну а пока обветшалое одеялко.

*          *          *

Сверлить палладий тишины
Лимонно-карими глазами
Устала ты. Но так важны
Седьмые блики, что меж нами.
И словно хочется туда,
Где ветер бьет о камни воду,
И где в любую непогоду
Мерцает алых звезд слюда.

Образовав единый круг,
Пространством поистерлись звуки.
Прикосновенья ржавых рук…
Энерго-волновые трюки…
Я слово – понимаю – вещь,
Но как не заблудиться, если
Твои фантомы вновь воскресли,
Твой запах сладкий тих и свеж…

*          *          *

Не хватает времени обуздать
Сны песочные – сумасшедшие…
Ты – моя метель. Города
Восстают бумажным нашествием

Без тебя. Ты пьешь мои линии
Влажным ртом «вне» высшего.
Я – не я. Искупайся в инее.
Ты поймешь, что я еле слышная.

Расплескай меня коньяком
По осеннему злу – по синему.
Видишь мёд. В лицо – молоко
Клеопатра нам брызжет инеем.

*          *          *

Ты по – прежнему белая. Белым рисуешь и пишешь.
Открывая все двери, заходишь с улыбкой, несмело.
Одинаково звонко грызут твою плоть мысли – мыши,
И набором согласных ты миру ответить хотела…

И осадком приватных мгновений ты вылечишь память.
Даже листья, опав, понимают, как это забавно,
В голых ритмах нон – стоп танцевать полонез между нами,
Делать вид, будто встречи не сыплются солью на раны.

Этим лезвием дней по – надрезаны блики улыбок,
И томятся внутри до любого циничного «если».
И завидуя тайно молчанью бесстрастному рыбы,
Ты развяжешь ботинки, упав в полудреме на кресло.

*          *          *

Я тебя ненавижу за то, что ты стала другой.
Не рисуешь снежинки стихов или просто устала.
От простуды спасает кошмарный на травах настой,
Но не этого ждешь, да и до смерти этого мало.

Нерадивый декабрь. Застрелиться, иль просто не спать.
Скука там, где мы есть. Шаг за шагом, на свет, осторожно…
Одеялом пушистым ты томно легла на кровать.-
Где скупое нельзя, ну а где безнадежное можно.

В инсталляциях сна эти ночи бесследно пройдут.
Понимаешь, что свет в паутине – лишь призраки счастья.
Шаг за шагом, и, может, часов эти стрелки соврут,
И прохлада небес отлучит от иронии страсти.

*          *          *

Не ходи, не броди просто так по зимним улицам.

Этот город немых смотрит на тебя боязненно.

Одиночество с гордостью спелись и целуются,

На остывших руках твоих оставляя ссадины.

 

Кем же быть, чтобы жить? Это завсегда успеется.

Не терпеть. Просто петь только образы комичные.

Улыбаясь полярной звездой в тарелке месяца,

Не забудь оставлять свой автограф безразличия.

 

От тебя до меня только белая невидимость.

Не бывает чудес. Слишком всё простое – сложное.

Где подъезды, лифты – лишь они пустые зрители…

Может быть, что она на меня была похожая.

*          *          *

На столе, средь раскрытых книг

Остывают мои стихи.

Если сердце свело на миг,

Значит бог отпустил грехи.

 

Повернув на унылый свет,

Там, где правда умы сожжет,

Забери  одинокость лет

И отправь из болота вброд.

 

Километры, разинув рты,

Обезличат былую стать.

Если хочешь смотреть цветы,

Научись их воспринимать.

*          *          *

Написанные игры не для нас.
Они летят сквозь уровни сознанья,
Сквозь память и забытых снов восстанья,
Обуглевших зеро нейтральных масс.

Что значат иероглифы судьбы?
Читая в них себя и чувства встречных
Понять, что тайна пребывает вечно,
И перейти с «Великой Тьмой» на «вы».

Бояться нечего. Мир – страж – стена.
А зеркала везде. И даже в смехе.
Придуманные куклы и помехи
Лишь правды тень, которая больна.

*          *          *

останемся у речки
ночевать и петь до обеда
скоро зима
что там за неповоротом судеб
стоит ли говорить о правде
и оттуда ждать чуда
если уйти навсегда
и откинуть непотребное
так хочется

*          *          *

И почему я
съев кислого стала слаще
поджарив на сковороде бутылку с джином
и не обнаружив мясного
запуталась
и уже перестала желать
жалеть жалить
И почему я
бессребреница нескромная
вот так купаясь
и не испытывая жажды
все же тычу пальцем в небо
перебирая слова без смысла
жертвуя амплитудой понимания
и утро уходит
оставив чай на столе
в моей комнате

 

*          *          *

пустельга душа
как хорошо
жить в нише нищеты
думаешь о шрамах
просто так
лучше бы были
легче быдлу
поймать мишуру шарика
садись научу шуршать
шуметь
заметь
дышать
этот шаг
если простишь

 

 

 

 

 

 

 

*          *          *

молчи цветком не перевоплощайся
не перевоплощайся
все равно станешь собакой
Будда стал собакой
молчи цветком все равно поешь
не верь Яхве
самая обидная ложь это слово
любое слово значит выход и смерть
молчи цветком и твоя тишина
тебя не подведет
молчи цветком или я проснусь
и погибну

 

*          *          *

я совсем забыла
треугольники в окне
ночь всего лишь
спасовала перед легкостью
позволь мне быть
твоим медвежонком Тедди
я буду стараться не описаться
подожду горшочек
спрячь меня под свое
синее одеяльце
позволь мне быть примерно рядом

*          *         *

Не более чем попарно стремятся
облететь собранные мною
минутные ландыши
или вообще привередливо повисают
любо смотреть
в моцион вечерний
иду меж них по-свойски
и как всегда шучу
наряжаясь в улыбки

а может быть кто-то
напряженно вдохнет
их бессердечие