Ярослава Симак

Ярослава СимакСлово "писатель" стало знакомым мне еще с детства в связи с тем, что я часто наблюдала, как пишет свои рассказы, повести и романы мой дедушка. Возможно, именно благодаря этому во мне постепенно также проснулась тяга к писательству. Первые попытки были сделаны еще в школьные годы и с тех пор вдыхать жизнь в придуманных персонажей и миры неотъемлемая часть моей биографии. Я имею высшее педагогическое образование, преподаю английский и немецкий языки, а в свободное от работы время тружусь над своими произведениями.

The word 'writer' became familiar to me since my childhood as I often used to watch how my grandfather was writing his short stories and novels. Perhaps due to this I also soon felt the inclination for writing. My first attempts were made at school and since then bringing to life my characters and worlds became an essential part of me. I have higher pedagogical education, I teach English and German languages and my free time I spend writing.


Повесть "Immortale"

отрывок

- Сколько тебе было лет, когда ты умер первый раз? – Поинтересовалась Лиза.

Рассматривая его, она все никак не могла ответить себе на этот вопрос. Лишь сейчас Лиза заметила, что, как и Агата, Бруно будто не имел возраста. Моложавое лицо со следами щетины кое-где было покрыто мелкими морщинками, но они скорее придавали Бруно особенного обаяния, проявляясь, когда он улыбался. В больших черных глазах горел дикий огонь и искрилась энергия, но было в них что-то еще, блеск острого ума и богатого жизненного опыта, так сильно контрастировавший с молодой внешностью. Иногда Лизе становилось страшно смотреть в эти глаза, которые могли излучать такую злость и мощь, что, казалось, способны убить одним только взглядом. Но сейчас они затуманились воспоминаниями и опустились книзу, спрятавшись под длинными черными ресницами. Полные губы зашевелились, что-то тихо нашептывая.

Наконец, темные веки медленно поднялись, и Бруно проговорил:

- Мне было двадцать семь.

Лиза горько вздохнула.

- Почему же вы заставили меня умереть в семнадцать? Я ведь могла спокойно жить еще десять лет.

Горячая ладонь Бруно нежно коснулась ее прохладной щеки, и Лиза непроизвольно содрогнулась, чувствуя, как заливается краской.

- Женская красота подобна цветку, Лисита, и увядает очень быстро. Агата выбрала правильное время для твоей первой смерти. Ты чиста и невинна, еще не испорченная жизнью, не знающая всех ее искушений. Твоя внешность свежа, а красота в самом расцвете. Тебе не нужен макияж, чтобы скрывать какие-то недостатки, твое юное тело еще не знает жировых отложений, растяжек и болезней. Ты безупречна и останешься такой навсегда. Об этом мечтает каждая женщина, Лисита. Ни один мужчина не сможет от тебя уйти, ни один не сможет тебе отказать.

Тебе не придется отворачиваться от собственного отражения в зеркале и плакать над старыми фотографиями твоей юности, где ты была красива и счастлива, ведь ты будешь такой всегда.

Понимаешь? Тебе даровано великое благо, которое ты пока еще не сумела оценить. Брать от жизни все и получать неиссякаемое удовольствие – вот, что означает быть бессмертным.

Картина, нарисованная Бруно, получилась очень красочной и привлекательной. Слушая его, Лиза ощутила, как на нее опускается безмятежность, и начала мечтать о своем блистательном будущем, в котором она будет заниматься только тем, чем хочется, и окружать ее будут только те люди, которые нравятся. Хотя подсознательно она и понимала, что все это слишком хорошо, чтобы быть правдой, но отказаться от такой искусительной перспективы было очень непросто.

Однако стоило Бруно убрать руку от ее щеки, как иллюзия развеялась, и Лиза вернулась к реальности.

- Где же ложка дегтя в твоих словах? – Спросила она, немного отодвинувшись. Хоть ей и было приятно его прикосновение, открытость и бесцеремонность Бруно все же смущали девушку.

– Рассказы о том, что вся моя жизнь будет под пристальным надзором, что придется пережить всех своих мужей, детей, внуков, правнуков и все остальное потомство? Почему ты не упоминаешь о страшном чувстве одиночества? Когда опостылеют все любовники и все наслаждения? Что мне делать потом, Бруно? Лучше расскажи мне об этом…

Она взглянула на него испытывающее, требуя успокоить ее вновь. Бруно смотрел вдаль. На его губах промелькнула едва уловимая улыбка, но тут же исчезла, сменившись холодной безжизненной личиной, которую Лизе уже не раз доводилось видеть на лицах бессмертных. Он вдруг показался ей незнакомцем, так резко изменились черты его лица, бесконечно чужим и отстраненным, недосягаемым в своем совершенстве существом. Если бы она могла, то сбежала бы прямо сейчас, но Лизу охватил страх, сковав все ее движения и мысли.

- Очень рано ты начала задаваться подобными вопросами, - проговорил Бруно ровным, лишенным каких-либо эмоций, голосом. – Слишком рано. Но я расскажу тебе, если это то, что ты жаждешь узнать.

Он медленно повернулся к ней. Его глаза смотрели так, словно ее и не было, смотрели сквозь.

- После того, как ты испытаешь все наслаждения, осуществишь все свои мечты, пройдешь через все свои страхи и узнаешь все, что дозволено знать человеку, ты поймешь, что все это не имеет смысла и, на самом деле, тебе никогда не было это нужно. И тогда ты обретешь свободу.

- Свободу от чего? – Прошептала Лиза.

- Свободу над собственным разумом, не обремененным более прихотями плоти и душевными переживаниями. Кристальную ясность мысли и осознание жизни. Власть над жизнью и смертью. Возможность постигнуть то, что не дано постигнуть смертным.

Лиза нахмурилась, в выражении ее лица проскочило непонимание, граничащее с неприязнью.

- Кем ты себя считаешь?..

Бруно, очнувшись от оцепенения, моментально стал прежним. Глаза его снова увидели Лизу, взгляд смягчился, лицо приобрело человеческое выражение, и он широко улыбнулся, обнажив ровные белые зубы.

- Immortalis, - сказал он. – Это древнее латинское слово имеет два значения: «бессмертный» и «блаженный». Для меня это одно и то же. Этот разговор в саду надолго запомнился Лизе, и она очень часто впоследствии мысленно возвращалась к нему, размышляя над словами Бруно, пытаясь разгадать этого человека. Больше всего на свете он любил жить и наслаждался каждой минутой своей жизни, никогда ни о чем не жалея. Он был самым счастливым среди них всех и не пытался этого скрыть.

Очень плохоПлохоУдовлетворительноХорошоОтлично (Без рейтинга)
Загрузка...