Юрий Меркеев

DSCN4237Опубликовано в бумаге 3 сборника прозы. Литературным творчеством занимаюсь 20 лет. Призер и дипломант Всероссийского Царицынского Фестиваля СМИ за сценарий к фильму "Александр Невский полнота Православия". Публиковался в литературных журнала "Нижний Новгород", "Новая Литература", "Лабиринт". Высланная повесть первая в России о проблемах ВИЧ-СПИДа. основанная на документальных событиях.


Повесть "Дерево Иуды"

отрывок

Андрей учился держать в узде свои нервы. Во всяком случае, люди, с которыми он общался, и не подозревали о том, какие ужасные мысли его, порой, посещали, какие монстры плавали в его подсознании, сдавленном вынужденной самодисциплиной. Однажды на квартиру, которую он снимал, забрела молоденькая подвыпившая соседка, которая попросилась переночевать у него под надуманным предлогом, что ее, будто бы не пускают домой родители. Ее желание близости было очевидным, но сколько бешеной энергии собственного желания пришлось укротить в ту ночь самому Андрею, чтобы не прогнать девушку, уложить ее на диван, а самому, несмотря на ее смешные пьяненькие протесты, лечь на полу не раздеваясь, полночи не спать, а утром выпроводить симпатичную девчушку восвояси и, наконец, выдохнуть---уууххх, совладать с собой получилось, но какой ценой!?

Днем ему себя контролировать удавалось по всем статьям, но вот ночью, во время сна....не зря говорят, что бес проникает в сознание через сон...да, это верно! Кошмары его в те недели, месяцы напоминали жуткие разряды молнии—грозу после долгих жарких удушающих дней. Сны были очень яркие, запоминающиеся, выпуклые, цветные...невротические, по силе воздействия на психику сравнимые разве что с кошмарами студента Раскольникова, так опытно и досконально описанными Федором Михайловичем Достоевским в «Преступлении и наказании».

Повторялся у Волкова несколько раз кряду один и тот же сон про людей с камнями...

Будто находится он в каком-то незнакомом городе, чем-то похожим на тот из кошмара про бамбуковую казнь, когда Волков не выдержал ломки в Калининграде и выскочил, как ужаленный, на пятачок...И тот, и этот город смутно похож на старый Кенигсберг в Калининграде: такие же ровные мощенные улочки, пересекающие друг друга под прямыми углами; высокие заборы из мрачного красного кирпича, кованные решетки на окнах, железо, чугун, все жестко и прочно пригнано друг к другу; заостренные крыши домов с рыжеволосой черепицей, шпили старинных построек, не то кирх, не то костелов. Низкое темно-серое небо, всегда готовое сбросить на город густой и холодный дождь...Андрей идет по одной из темных улочек в сторону больницы, похожей на старую городскую инфекционную, на фасаде которой еще не до конца выцвела черная немецкая готика...какая-то надпись. Больница обнесена глухим темно-коричневым забором. Молодой человек подходит к воротам и вдруг спиной ощущает, что движение людей по этой улице внезапно прекращается. Он это чувствует кожей, всеми клеточками обнаженной души. Андрей медленно поворачивает голову и видит, что люди остановились и смотрят прямо на него. Правые руки свои держат за спинами, но Андрей почти ясно понимает, что в руках у них камни. С застывшими злыми лицами они ожидают какого-то приказа для того, чтобы в один миг расправиться с Волковым, закидать его камнями, совершить публичную казнь. Пробуждался Волков уже не от страха, а от непонимания—за что? Ему хотелось кричать всему миру: «За что?»

Похожий бред из той же серии ему снился недавно, где он был уже в образе пойманного и готовящегося к казне преступника, который ожидал, когда за ним в средневековую камеру в каком-то старинном замке, придет палач и поведет на виселицу. И было в этом сне другое—однажды конвоир забыл закрыть дверь его мрачной палаты, и ночью, пробравшись через длинный коридор наверх, на стену замка, плененный уже готов был прыгнуть вниз и обрести свободу, но в тот момент чей-то вкрадчивый монашеский голос ласково останавливал его, говоря: « Ну куда же ты, раб, собрался? Бежать от своего спасения?»

Каких-то особых психологических объяснений эти сны не требовали, все было понятно Андрею, кроме одного —за что? Однажды в газете «Труд» Андрей прочитал выдержку из письма одного разгневанного пенсионера, который требовал сослать всех вич-инфицированных в отдельную зону, сделать что-то типа лепрозория. И таким образом, преодолевая естественную жалость к больным, но ради блага здоровых и спасения государства от вымирания, заставить таким образом болезнь съесть саму себя. Логика была чугунной. Чтобы дракон под библейским названием аспид ( аСПИД) начал есть сам себя со своего же хвоста. « В конце концов,--рассуждал пенсионер,--на подводных лодках существует приказ задраивать поврежденный отсек вместе с матросами ради спасения всего личного состава. Далее умудренный жизненным опытом и книжной премудростью пенсионер развивал тему лишних людей, ни больше ни меньше! Еще, дескать, древнегреческий мыслитель Платон писал в «Государстве» о том, что во все времена при любом государственном устройстве какую-то часть общества будут составлять так называемые «лишние люди», проще говоря—отбросы общества. Так устроен мир: лишние люди—это люди, склонные к самоубийству, и добиваются они своего самоуничтожения разными способами, кто алкоголем, кто наркотиками, кто войной или бандитизмом, кто бунтами и революциями. Иными словами, лишний человек—это тот, кто бунтует против некоего установленного в государстве порядка. По такому критерию и сам Сын Божий мог сойти за Лишнего Человека, впрочем, Он и так сошел и был распят самой тяжелой казнью.

Весна для Волкова пролетела быстро, даже запахи распускающихся цветов промчались мимо углубленного в себя получеловека, только ночь проведенная рядом с женщиной в вынужденной броне целомудрия осталась сидеть в полуволке ноющей занозой. Весна была быстрой, трезвой и нервной, в такую весну хотелось всадить скарпель и треснуть молотком, чтобы высечь на ней буковки: «Не люблю. Не хочу помнить. Не скорблю.» Да...Весна провалилась в лето—в провальное лето, которое тряхнуло страну дефолтом. Цены в очередной раз резко подскочили вверх, как температура у хронически больного пациента, а зарплаты ушли в подполье как партизаны или отшельники. Непривычно тяжелая, а главное—однообразная работа, плохое питание,--теперь почти все заработанные деньги уходили на оплату жилья,--выматывало Андрея, рождало в его душе волчий протест. Даже граверы по изготовлению надписей на памятниках, всегда считавшиеся высокооплачиваемыми работниками, вынуждены были затянуть пояса. Теперь мужики стали выпивать заметно больше, а закусывать меньше...вот такой случился парадокс! Клиентов, которые приходили заказывать памятники стало значительно больше, народ, увы, находил утешение в...смерти. По количеству заказчиков можно было судить о качестве жизни в стране. Мало было только тех, кто решался увековечить память о родственниках в граните, то есть в дорогом материале. На солидный гранит отваживались единицы, в основном из цыган или бандитов. И те, и другие не скупились на памятники. Кто-то из граверов шутил, что чем богаче памятник, тем больше грехов наворотил при жизни покойник—удивительный парадокс! Вообще в те годы жизнь в России была большим парадоксом...

Волков тянул работу по мере своих сил, но однажды чуть не сорвался. В конце июня ему приснился очередной наркоманский сон, из той категории, после которого просыпаешься в холодном поту и мчишься искать наркотики. Такие сны словно паразитировали на выздоравливающей психике...Он был в Москве, когда бежал, купил там пайку героина, примерно так, как это случилось в реальности, и у него совсем закончились деньги, совсем...Последнюю мелочь он потратил на метро и вышел на станции у площади трех вокзалов. До поезда оставалось чуть больше часа. Денег на туалет, где можно было уколоться , или на питьевую воду, которую продавали в коммерческих ларьках, у него не было, а просить мелочь у прохожих на привокзальной площади, просить наряду с бомжами и профессиональными нищими ему не хотелось...да и не моглось. Противно было. Тогда Волков вытащил из кармана свой старый шприц, нагнулся к ближайшей луже на асфальте, набрал воды—она была мутная, грязно-серая,--затем шмыгнул в ближайшую подворотню, спрятался за контейнеры с мусором. Вылил воду из шприца в пластмассовую пробку, высыпал туда героин, зубами выдернул из сигареты ватный фильтр, насадил его на иглу и начал медленно вытягивать поршень, выбирая раствор...принялся лихорадочно искать вену, чтобы уколоться, и в этот момент проснулся. Ооооосподи! Такие сны Андрей, шутя, называл «тыловой контузией». Эта контузия держалась почти все утро. Перетаскивая на работе тяжелые заготовки для памятников, шлифуя мраморные плиты и вырезая на них цифры, буквы и розочки, Андрей думал только об одном—как побороть искушение? Как избавиться от угнетенного состояния духа?

Помог приятель Гришка, работавший по соседству. Сам по себе он был очень спокойный и уравновешенный парень, которого, кажется, не могло бы вывести из себя даже сообщение о начале всемирной ядерной войны. Гришка отвлек Андрея какой-то незначительной болтовней, пошутил насчет недавней магической практики, обозвав ее полнейшим бредом и чепухой, затем предложил купить холодного пива и пойти загорать на крышу цеха. Так они иногда делали в жару, когда очень уставали. Надев на головы мокрые самодельные банданы, раздевшись до трусов и прихватив с собой пятилитровую бутыль разливного пива, друзья прикрыли глаза темными очками, легли лицом к солнцу на горячий настил плоской крыши и, не торопясь, за пивом, повели вроде бы ничем не примечательный разговор о женщинах, о работе, о жизни в России, и это отвлекло Андрея о мыслях из сна.

---Вот ты чего в граверы подался?--спросил Григорий приятеля, удваивая блаженство от пива сигаретой.

---Так, немного денег заработать,--ответил Андрей.

--Ну и...дальше-то что?--спросил Григорий.--Ну, вот ты немного заработал, половину пропил здесь же, отдал за квартиру, и все? Какие накопления капитала? Ты ведь не женат? Семьи нет небось?

--Холост,--соврал Андрей.

--Я тоже пока холост, но у меня есть невеста. Маринка,--с нежностью протянул он.--Она учится в университете на архитектора. Думаем пожениться, а для этого, сам понимаешь, деньги нужны. Вот и вкалываю здесь и днями, и ночами. Благо, шеф разрешает по ночам приходить. Советую. Не жарко, в цеху один, никто с водкой не лезет. Да и водка уже не лезет. Только работай. Я все вырезанные знаки у себя в записной книжечке отмечаю, чтобы бухгалтерия не надула.

--А что надували?

Он поморщился.

--Раньше надували, когда заказов меньше было. Сейчас только паши, никто тебе и слова не скажет. Люди мрут как мухи, сам же видишь, наверное. Сейчас мы можем бабла нагрести на собственное маленькое дело. Я присматривался к тебе. Парень ты работящий и, судя по всему, грамотный. Вроде говорил, что на юриста учился. Я, дружище, вот что хочу. Деньги на свадьбу я уже накопил. Осенью поженимся, как водится молодоженам деньжат подкинут. Мы с Маринкой решили не на курорт какой—нибудь заграничный потратить , а на дело. Хотим организовать частное предприятие по производству памятников. Работу мы знаем. Юридические заморочки ты бы смог уладить, помещение без арендной платы есть, гараж отца, он не против. Маринка заканчивает архитектурный, и специально для нас разработала бизнес-проект с использованием более компактных по западному типу памятников. О материале умолчу, это мое ноу-хау. Шеф узнает, повесится от зависти...А ты чего не женишься?--простодушно спросил Григорий.--Я знаю, ты не местный, из Прибалтики. Хочешь подыщем с Маринкой какую-нибудь симпатичную студенточку? Слушай, Андрюха, есть у Маринки подруга...красавица хоть куда! И умная, представляешь, какой замес? Умная и красивая. Давай познакомлю.

Андрей улыбался, полупьяно кивал головой, соглашаясь на то, что никогда в его положении не будет, смотрел сквозь черные очки на солнце и был рад этой минуте, несмотря на то, что вся она держалась на мечтательной лжи, на том, что добрый парень Григорий ничего о нем совершенно не знает и не должен узнать, иначе...Нет, Андрей был счастлив именно этой минутой пустого полупьяного мечтательного блаженства. А еще он был очень благодарен приятелю за то, что тот так ненавязчиво и, собственно сам не понимая, отвлек Андрея от ночной «тыловой контузии».

Очень плохоПлохоУдовлетворительноХорошоОтлично (79 голосов, средний бал: 4,54 из 5)
Загрузка...