Эльмира Карыбаева

IMG_1878Преподаватель философии в университете. Исследую специфику культуры и общества Центральной Азии, по данной проблеме работаю над несколькими проектами, автор ряда научных монографий. Лет пять назад возникла потребность писать  не только научные книги, но и художественные. Посылаемое произведение – первая художественная книга.

I am teacher in the University. I research  a specific of Central Asian culture and society. For this problem I work in several projects. I am author of  five monographs. Five years ago I have had interest to write of  artistic book, not only scientific. This  work is the first artistic book.


 Роман "Наваждение"

отрывок

... Бар  в высотке, к которому довозит  невидимый и бесшумный лифт, внутри – самые успешные люди города, узнаваемые и испытывающие упоение от своей популярности. Каким образом я сюда попал непонятно, но я очень четко ощущал, что мне был предоставлен единственный шанс, для чего – тоже оставалось непонятным. Слишком  много непонятного, - подумалось мне, но дальше развивать эту мысль я не стал, иначе я бы не успел понять что это, кто эти люди и зачем я здесь. Я начал свое путешествие по замкнутому кругу. Все бродили реально и нереально одновременно, как будто сознание научилось смещаться, впуская блоки из пирамид  различных времени и пространства. Я гулял, стараясь вглядываться в лица, чтобы уловить смысл всего этого действа, но везде царил полумрак и было очень трудно замечать выражения лиц, которые помогли бы  приблизиться к осознанию значимости всего происходящего. Единственное, что я подспудно ощутил, а не понял – это то, что такое действо периодически повторяется именно в этом самом месте, в этом полумраке и с этими же людьми, как часто это происходит я не знал, но опять-таки почувствовал, что есть какая-то взаимосвязанность людей и вещей, находящихся в этой комнате, которая периодически рождала  рукава, позволяющие пройти в другие ответвления этой же комнаты. Получалось, что измерить объем и вместимость комнаты было невозможно, т.к. эти рукава то появлялись, то исчезали, и я никак не мог уловить отчего это зависит и как это происходит. Я не был здесь даже гостем и сновал как невидимка, которую никто не знал, не ждал и  в которой никто не нуждался. А мне все это зачем? – этот вопрос периодически всплывал в моем сознании. Должен же быть какой-то внятный ответ, иначе полная бессмыслица всего приведет к Ничто. Мне страшно захотелось уйти, отчего-то силы покидали меня и если бы я сейчас не вышел из этой таинственной комнаты, то скорее всего навсегда бы в ней потерялся. Единственное, что меня волновало – это по возможности запомнить выход, чтобы в следующий раз суметь прийти самому. Но это же единственный шанс, - мелькнуло в голове. Если был один, то возможен и второй, - ответил мне из пустоты собственный разум.

            Прошло какое-то время и вот опять тот же лифт, створки которого плотно закрыты. Вокруг стояла кромешная темнота и плюс ко всему я был невидим, я словно слился с этой темнотой и ничто не выдавало моего существования. Я тихо ждал, меня обуял дикий страх, неподвластный моему разуму и диктующий свою логику поведения. И вот открывается дверь лифта, я вошел в него, тихо стою в углу, створки почему-то не закрываются ... и входит  человек возраста пост (т.е. которому где-то  пятьдесят-шестьдесят). Он вошел и отчего-то начал всматриваться в темноту, хотя знал, что никого нет. Страх сковал меня с кончиков ногтей на ногах  до верхней точки  волос. Мне показалось, что человек слегка повернулся в мою сторону и долго всматривался. Я весь съежился,  чувствуя приближение катастрофы. Он  шагнул вперед, в небольшое пространство лифта и  я  шестым или седьмым чувством ощутил, что он и сам боится. Однако, очевидно, мой страх оказался сильнее и я невольным движением выдал себя, легкий шорох встрепенул застоявшийся воздух в лифте, человек-пост замешкался, не понимая что произошло, но по звукам я уловил, что он начал отчаянно нажимать на все имеющиеся кнопки. Теперь наступила моя очередь волноваться, но я понимал, что могу спасти себя, если здесь и сейчас  натворю что-нибудь неординарное, а значит невероятное.

            ... И заиграла музыка – из ниоткуда, из плотного черного  пространства, я  начал ее напевать и одновременно начал движения телом, какой-то внутренний инстинкт мне подсказал, что если я не сумею завоевать это пространство, меня просто выкинут – из лифта, из этого непонятного мира, который меня манил своей таинственностью. Я был Им, но в один момент стал Ею. Как это, что это было не знаю, но я в один и тот же миг ощущал себя  и  мужчиной, и женщиной, и танцевал я – женщина. Вдруг лифт неожиданно заполнился людьми, двигающимися в такт музыке, и мягкий приглушенный свет заполнил собою небольшое пространство лифта. Выражаясь современным сленгом, я поймала фишку и чувствовала, что мои движения особенны, не знаю благодаря чему – наверное особой интуции, понимающей  гармонию тела и музыки, когда они сливаются воедино, рождая незабываемое зрелище-наслаждение. Мои движения привлекали внимание этих людей, приковывали к себе их ненасытные взоры, стремящиеся пропустить через себя природную логику тела,  они их возбуждали, каждого доводя до  мысленного индивидуального экстаза.  Я знала, что все хотят вечного продолжения музыки и грации тела и я вознеслась на танцевальный олимп, в один момент став символом блеска и шарма. Я почувствовала себя «вершителем» - человеком, сумевшем повести людей за собой, людей неординарных и оттого капризных, привыкших к ощущению собственного превосходства. А тут этим превосходством была я – никому не известная, но мгновенно принятая в коалицию таинства. Это был неизвестный доселе танец, рожденный в страхе и доведенный до совершенства внутренней силой и стремлением к  победе над собой и этим неизвестным миром, я была лучшей в этот момент и в этом слиянии времени и пространства.  Мои гибкие движения, моя  прическа – длинные прямые волосы с густой челкой, время от времени откидывающейся вверх и назад, все  приводило людей в волнение, мгновенно я стала иконой стиля, верхом непонятного, а оттого и столь привлекательного изящества, я знала, что я не просто лучшая, а признана таковой этими небожителями.

            Мгновение вечности замедлило свой темп и дверь расступилась, дав мне возможность свободно войти в зал. Я оказалась в сопровождении молодого высокого парня с такой же челкой. Надо же, - подумала я, - я и не подозревала, что такая челка может идти парню и он может быть столь же грациозен и где-то совершенен в своей изысканности. Взгляд его черных глаз, мягкий и одновременно какой-то мужественный, таивший в себе некое благородство, не мог не проникнуть в меня, но он был со мной и в то же время он был один, одинок, обуреваем внутренними сильными импульсами, не дающими ему покоя. Посмотрев на него я поняла, что стану свидетелем еще одного необычного зрелища, не знала только – хорошего или плохого. Мы прошли через несколько рукавов, но еще в прихожей он пробормотал:

 – Все здесь...

Когда я вошла в очередной рукав, то подумала, что я здесь была в другом мире, чей же это был мир я не помнила и наконец меня осенило – это был мир глубин  сознания. Мы  пришли в рукав, напоминающий огромную залу-кухню, с одной стороны стены в ряд выстроились  кухонные шкафы со столешницей в форме дракона. Полусвет, полумрак, кое-где недопитые бокалы вина, такое ощущение, что мы попали на конец вечеринки, когда респектабельность уже потеряла всякий смысл и в воздухе витал дым сигарет, выкуривших из комнаты  струю свежести и наполнивших ее горьковато-сладким ароматом какой-то травы. Все еще находились здесь, но как будто уже и не здесь, каждый занимался чем-то своим, кто-то бродил с сигаретой во рту, кто-то неспешно решал свои проблемы, лишая кого-то права на свободу, кто-то просто сидел на огромном и как бы проваливающимся в неизвестность диване, глядя в никуда, в пространство бытия. Я почувствовала, что мой спутник  напрягается... его интеллигентность, особенность, тонкость и нежность, решительность и мужественность образовали  единый образ воителя и он начал говорить, вернее я лишь шестым или седьмым чувством понимала, что он говорит, т.к. говорило мое сознание.

            - Вы все-таки пришли все, вы здесь и продолжаете эту игру, которая превратит вас всех, нас всех в непроницаемых монстров, теряющих  смысл существования в этом прекрасном и очень ранимом мире людей. Что случилось?!

В это время кто-то еще разговаривал, кто-то занимался бог знает  чем, но я знала, что все слушают, и хотят услышать призывы и доводы современного Дон Кихота, и это знали все, но что-то мешало им услышать, а ему быть услышанным, и он тоже это прекрасно понимал. Приближался момент, за которым последовала бы бесконечная пустота, которая все свела бы к ничто и я  неожиданно для себя подняла тост – за свободу каждого из нас, за глас этого юноши, за что-то еще, но что -  помнится смутно. Я подняла бокал-кружку и из ниоткуда появилась осязаемая человеческая рука с такой же кружкой-бокалом, только горчично-коричневого цвета и чокнулась со мной. И эта же рука начала чокаться со всеми – с десятками бесцветных бокалов-кружек. Это была вторая победа за один таинственый вечер, что-то благоволило ко мне сегодня. Но что это? Куда подевались сами люди, владельцы этих бесчисленных бокалов, все прибывающих из ниоткуда и туда же исчезающих. Мне стало страшно. Я понимала, что поддержала начинания этого удивительного в своей красоте юноши, но не знала в чем, а его самого уже не было. Я здесь и не здесь, я везде и нигде – у кого это было?

          Очень плохоПлохоУдовлетворительноХорошоОтлично (10 голосов, средний бал: 1,50 из 5)

Загрузка...