София Старосельская

lXfSpsI_vCQС 12 лет пишу истории на разную тематику, стихи. Выигрывала конкурсы по сочинениям и стихотворениям. В Караганде работала журналистом криминальных новостей. Чтобы написать книгу ездила на съезд Афганских ветеранов и пробыла в другом городе два месяца, чтобы написать книгу “Душа Афганистана”. Я не представляю свою жизнь без творчества. В этом году я начала писать вторую книгу. Ощущать на себе истории открывать глубокие чувства и донести до читателя это удивительный мир.

With 12 years of writing stories on different subjects, poems. He wins the competition for the works and poems. In Karaganda, he worked as a journalist of criminal news. To write the book went to the Afghan veterans convention and stayed in another city two months to write the book “The Soul of Afghanistan.” I can not imagine my life without creativity. This year, I began to write a second book. Feel the history of the open deep feelings and convey to the reader is a wonderful world.


Произведение “Душа Афганистана”

Верное ли решение я приняла? В голове постоянно слышу вопрос. Ведь глазами ребенка вы узнайте тот же Афганистан, но сколько он еще боли и страданий откроет. Я вспоминаю эту историю второй раз в жизни и так же в подробностях я описываю эти моменты которые насильно въелись в мою память и до конца своих дней я буду помнить их, как проклятие и как нечто прекрасное что могла подарить вселенная. Первый раз эту историю услышал мой друг. На тот момент начинающий журналист, когда мне было 22 года. Он снимал меня на старенькую камеру в сырой подсобке, с тусклым искусственным светом. Новосибирск 2006 год весна, конец марта. Но погода напоминала мне дождливую осень. Холодно и сыро, мы договорились встретиться в 9 00 утра в его любимой мастерской, где пахло краской и известкой. Скинув пальто на плечики стула согревшись с улицы горячим чаем я села на против, под слабоватый свет старенькой лампочки. Настроив камеру я рассказывала просто без волнений будто мне было не больно, хотелось просто и быстро закончить историю. Но слово за словом, я закрывала глаза и опять видела себя там. Мои воспоминания возвращали меня в детство. Я остановилась, хотелось передохнуть и просто открыть окно и сделать глубокий вдох. Странно, но он даже не задавал вопросы, просто слушал и представлял. Одно дело представить, другое быть там. Мой чай давно остыл, а с ним моя история. Мне больше не хотелось рассказывать, мне хотелось бежать и ни о чем не думать. Мой друг пообещал, что ту часть интервью которую он записал никому не покажет. Действительно, маленькая запись стала нашим секретом. И прошло еще время, около 3 лет. Я решилась подробно рассказать о том, что само хочет вырваться на волю, о том, что так давно хранилось в моей душе. Храброй я себя не считала, ели бы мне пришлось пережить свою жизнь так же, то наверно я бы не смогла. Но я была не одна. Судьба свела меня с военнопленным Михаилом моим спасением, моим учителем. Без него не было бы меня уже тогда, тем более сейчас. Не большая колонна солдат один военнопленный и я, с двумя журналистами, не теряя надежду шли чтобы выжить. Каждый шаг стоил нам жизни храбрых солдатов. Честь и память им. Мне очень не хватает их. Скольких пришлось потерять, за что. Что война в Афганистане закончилась, что вывезли последние войска?! Чушь! Но тогда мне было все равно. Главное было дойти и не лишиться рассудка. Не терять больше никого. Истина одна, а путей множество. Никого не интересует истина, а лишь собственные желания и потребности. Вы будете сидеть начитанный умный и рассказывать про страх, смерть, по всем теориям вероятности. А я просто вас не услышу. Услышьте мою реальность, голос моей истекшей кровью и слезами души.  Война не выбирает кто сегодня умрет. Война сменяется войной. Сегодня есть ты, а завтра тебя нет. Ты останешься там среди тысячи других, чьи тела так и не вернули. Сколько не проходило лет и времени я помню, я буду помнить лица которые мне улыбались и улыбка моей мамочки. Я не училась жить, мне пришлось выживать. Всем кто был и остался там… В моих венах течет кровь Афганистана. Закрывая глаза я вижу стариков, детей, женщин и мужчин, русских военнопленных солдат. За какую свободу они боролись, за что умирали, за что убивали их! … Сны такие бессмысленные, душа опять там, блуждает по пескам спотыкаясь о гильзы и патроны. Я помню все от Кабула до Кандагара. Я всегда буду помнить кто я. Спросите хочу ли я забыть все? Нет не хочу даже больше, не смогу… Я не смогу выплюнуть свою память, как песок в ущелье, который попадал мне в глаза, в рот, в нос из-за дня в день. Так же как я не смогу вынуть острый нож из своего сердца. Я это и есть маленькая душа Афганистана.

Хотела я вернуться туда? Нет ни за что на свете. Думаю ли я о своих братьях которые стали войнами Аллаха? Да думаю, если они живы или хотя бы один из них, то скорее всего они думают что я умерла. Что я уже там на небе вместе с мамой. Я верю что мы обязательно встретимся. Как я представляю свою смерть? И боюсь ли я умереть? Когда я навсегда закрою глаза, когда мое сердце перестанет биться. Если быть точнее, когда пульс больше не про чувствуется, Я стану холодной как горный ручей. Наверно будет приятная легкость. И яркий свет заполнит темноту. Там не будет печали, пройдет вся боль. Мы встретимся с мамой с отцом и братьями в нашем Афганистане, где нет войны, где только свет и рай. Больше всего на свете я хочу верить именно в это. Но сейчас мое время еще не пришло. Боюсь ли я ее? Скорее всего нет.
Но одного я очень боялась на самом деле. Умирать в стране, где даже в смерти тебя могут унизить. Надо пройти сто кругов бесправия, на каждом из которых ты оставишь кусок истерзанной души…

 Каждый день ты просыпаешься и благодаришь Бога за то, что он дает тебе возможность прожить в этом аду еще один день. Cухой воздух Кабула, никогда не будет пахнуть морским бризом, или нежным ароматом цветов. Только сухостью и порохом, который навсегда мне запомнился с раннего детства.

В 1994 мне было 10 лет. Наши узко- стоявшие без дверные дома и коридоры улиц если можно это так назвать, всегда вели нас, детей на свалку. Там были сломанные оружия и много того что мы использовали для игр, почти каждый день. Мальчишки подражали своим братьям и отцам играли в войну. Также бескорыстно убивали и также правдоподобно умирали. Это было привычно, как и с малых лет держать в руках автомат. Не Верников, изменщиков, убивали, стреляя автоматами в спины, их жен и детей ждала та же участь. В нашей семье была только мать и два брата, которые были сторонниками талибов. Поэтому иногда у нас была еда. Женщинам не разрешалось работать, хотя и работы никакой толком не было. Они могли сидеть в углу на улице в , просить милостыню или кусок хлеба. Обычно не большое количество женщин сидели не далеко от афганских мужчин. Которые ели по вечерам кебаб с лепешкой. Они называли себя войнами Аллаха. Из еды иногда, что то оставалось для женщин. Из музыки я слышала намаз пять раз в день. Когда у кого то из соседей был пленный, то среди его вещей можно было услышать радио, на не понятных мне языках. В основном были русские солдаты. Которые, как мне казалось были смелыми, в их глазах был сильный дух.

Меня всегда пугали взрывы я, просыпаясь, закрывала уши и ждала, когда все утихнет. Множество людей не боялись умереть ради Аллаха. Мы жили в своем мире не зная того что есть другие прекрасные места. Нам внушали старики, что везде война. Все враги кто против нас должны умереть.

C 10 лет, я начала учить русский язык. Нашей маме пообещали давать хлеб, если мы будем помогать одному старику, соседу. Он уезжал надолго, на край города смотрел оружия, пленных со своими сыновьями. Там же у старика я познакомилась с русским военнопленным, капитаном Михаилом Александровичем Романовским. Мама велела мне относить ему воду, утром и вечером.  Я его не боялась, он всегда улыбался и что- то говорил, только я не понимала. Однажды взяв палку, он на писке рисовал буквы, так постепенно я узнала весь алфавит. Через пол года нас отправили с многими другими беженцами, пленными в Кандагар. На месте наших домов строились базы, хранились оружия. Что я могу сказать об отце, то я его совсем не помню. Он погиб в 1989 году в него попал осколок гранаты. Он пережил всю Афганскую войну, но у нас всегда была война. Братья, совершающие намаз, просили за упокой и пребывания в раю нашего отца. И мстили за него и конечно ради Аллаха. У меня всегда было чувство голода, как сейчас помню, на мой день рождения Братья подарили мне жвачку и пару конфет. Я была очень рада, а потом мы жевали эту жвачку с друзьями, пока Амин самый младший из детей, не проглотил ее. Там же в Кандагаре был военнопленный Михаил, как он просил себя называть дядя Миша. А он меня звал Аленой по русский. Меня звали Ашрафи – что означает цветок. Мою маму Шарифа “уважаемая”, брат Али и Карим. Дядя Миша нужен был в плену. Он разбирался в технике, в самолетах, в машинах. Он рассказывал, что есть другая жизнь добрая, красивая, интересная. Я ему верила и мне, хотелось, хоть бы во сне чуточку, увидеть эти прекрасные места. Но если в Кабуле я еще могла прогуляться с друзьями, почувствовать детство. То здесь в Кандагаре я боялась выйти на улицу. Да мы практически жили под открытым небом. Часть дома отсутствовала, местами не было крыши. 

Очень плохоПлохоУдовлетворительноХорошоОтлично (1 голосов, средний бал: 5,00 из 5)

Загрузка...