Романов Андрей

IMG_1856Очень плохоПлохоУдовлетворительноХорошоОтлично (7 голосов, средний бал: 2,71 из 5)
Загрузка... Романов Андрей Вениаминович. Родился в прошлом веке. После увольнения из армии занялся писательской деятельностью и журналистикой. Является автором романов: «Азы познания», «Серый кардинал», «Два брата», «Шахматы дьявола». _________________________________________________________

Отрывок из романа «Шахматы дьявола»

мистика

 – Вы правы. Мне глубоко плевать на проблемы людей, – сказал Калаун, после того, как отослал своих охранников. Он взял себе стул и сел. – Когда-то я мечтал завоевать весь мир. Для этого мне нужна была непобедимая армия. Представьте себе сотни тысяч опытных воинов, обладающих бессмертием. С таким воинством можно было вершить завоевания, которых не знала история человечества. К сожалению, вы отказались вступить в мою армию. Тогда я решил сделать из вас молчаливых, выполняющих любое желание своего господина рабов. Пираты, напавшие на мой остров, действительно помешали моим планам. Но самая большая трагедия была в том, что я лишился своих хрустальных черепов. Долгие годы я не мог попасть на остров. Мне пришлось кочевать по всему миру, то в качестве пленника, то ученого, то советника различных правителей. Я продолжал собирать знания различных народов, нашел еще несколько хрустальных черепов. С каждым годом росла моя сила. Уже никто не мог удержать меня вопреки моей воли. В конце концов, я вырвался на свободу, но время было упущено. Создание бессмертных воинов требует длительного времени. К тому же пример великих завоевателей натолкнул меня на мысль, что это бесперспективное дело. Удерживать в покорности народ можно долгое время, но не вечно. Марионеточный правитель однажды захочет стать полновластным хозяином в своей стране. Начнутся бесконечные бунты и восстания, которые надо будет подавлять. Все это очень утомительно. Решать человеческие ссоры в качестве верховного правителя, кажется мне очень скучным занятием. Передо мной лежала вечность, и я мог позволить себе все, что угодно. Мне пришло на ум, что миром можно управлять совсем по-другому. Не надо захватывать отдельные страны и становиться правителем, который вечно дрожит от страха, что когда-нибудь придет более сильный завоеватель и все у тебя заберет. Я отказался от амбиций владыки мира, в обычном понимании этого слова. Мне приятнее созерцать сам процесс взлета и падений великих империй и кровавых диктаторов, где я являюсь сценаристом и режиссером всех этих событий. Словно шахматист передвигаю по доске жизни людские судьбы, заставляя участвовать в игре всех, кого посчитаю нужным.

Первый ход всегда принадлежал моим противникам. Они его делали, даже не зная об этом. Противником становился тот, кто смог заинтересовать меня. Это всегда были могущественные и сильные правители. Я играл черными фигурами, часто выбирая неизвестных и слабых людей. В первой партии «черным королем» стал Старец Горы. Достойный ученик моих идей. Он заставил трепетать многих королей и султанов.

– Что же вы не подарили ему бессмертие? – полюбопытствовал Григорий.

– Он был слишком умен, тщеславен и фанатичен. Однажды, мы бы не сошлись в каком-нибудь вопросе, и он без сожаления перерезал бы мне горло. Этот человек обладал железной волей и не терпел никакой власти над собой. Я для него был только другом, которым он легко мог пожертвовать ради своих идей.

– Эту партию вы проиграли, – напомнил Григорий. – Могущественный орден ассасинов был уничтожен.

– Я ее не проиграл, – возразил Калаун. – Она мне наскучила. Забрав с собой несколько талантливых убийц, я отправился в другое место. Мир так велик, а мне хотелось везде успеть. Вскоре нашелся новый «черный король», который мог потрясти вселенную.

– Неужели ни разу не хотелось посидеть на троне? – усомнился Григорий.

– Мне часто оказывали королевские почести. Я смеялся над теми, кто считал меня своим слугой. В любой момент мог совершить дворцовый переворот и поменять правителя. Ведь тайные нити власти всегда были у меня в руках.

– Уверен, что следом за вами всегда ходил палач, – усмехнулся Григорий.

– Такие уж на Востоке нравы, – не стал спорить Калаун. – Любимец правителя в любой момент мог лишиться своей головы. Это приятно щекотало нервы. Мне нравится балансировать между жизнью и смертью. На всякий случай, как и вы, я приготовил себе несколько тайных убежишь, где в случае необходимости, мог спрятаться от своих врагов.

– Волчий замок был предназначен именно для этого?

– Совершенно верно, – поморщился Калаун. – К несчастью, именно там прошел ваш обоз. Узнав о необычных волках, вы, конечно же, решили вмешаться. Я не в обиде за это. Глупость совершил барон Эмихо де Монфор. Не надо было ему ввязываться в драку с вами. Из-за его глупости я потерял драгоценных животных вместе с замком.

– Что у вас за любовь к созданию монстров? – с любопытством спросил Григорий.

– Во-первых, люблю животных. Особенно хищников. Я с ними имею много общего. Во-вторых, для средневековой безграмотной Европы, лучших охранников своей территории придумать было трудно. Люди легко верили во всякие суеверия, божье наказание и другие глупости. Мои зверюшки легко могли справиться с небольшим отрядом разбойников или рыцарей. Согласитесь, что это была хорошая идея, – с гордостью сказал Калаун.

– Они загрызли много ни в чем неповинных людей, – напомнил Григорий.

– Я сейчас расплачусь от жалости, – цинично рассмеялся Калаун. – В отличие от вас я не страдаю приступами человеколюбия. Есть мои интересы, которые превыше всего. Этим крестьянам предложили продать свои земли и убраться оттуда. Они отказались. Дальше случилось то, что бывает на любой войне.

– Эти убийства вы называете войной? – возмутился Григорий.

– А чем отличается одно убийство от другого? – пожал плечами Калаун. – Правители во все времена посылали свои войска уничтожать другие народы. Наплевав на заповеди вашего любимого Бога, они убивали ни в чем не повинных людей тысячами и даже миллионами. Победителей, как известно не судят. Поэтому сейчас в школах изучают биографии великих завоевателей. Александр Македонский, Чингиз-хан, Тамерлан – все они прошли сквозь многие народы кровавым смерчем. Тем не менее, ими восхищаются, им завидуют и подражают. Вы со своей любовью ко всему человечеству тоже постоянно ввергали народы в кровавые мясорубки.