Наталья Духина

duhina-natalia_foto-1Писать начала недавно, и данное занятие стало моим хобби в противовес суровой работе инженера. Опубликованы две повести и несколько рассказов. А вот романы, выстраданные и вылизанные, напечатать пока не получается.            

Роман "Отпуск на халяву"

Отрывок

Главное – правильно распределить по дистанции силы... силёнки. Как подсказывает мой богатый опыт лыжницы, а что лыжи, что марафон - оба лошадиные виды спорта, до вершины доберётся не более половины от стартового состава, остальных увезёт скорая. Меня в том числе, ха! Смеяться и остаётся, не плакать же. Участники сосредоточенно хмурятся – настраиваются на жёсткую работу. Одна я беспричинно лыбюсь... не к добру. И в лучшие свои годы с трудом бы влезла в проклятую гору, а теперь... эх! В стартовом коридоре нас выстроили по ранжиру - в соответствии с показанным накануне результатом на пятисотке. И солдафонки, и Майя ожидаемо попали в первый ряд, я же застенчиво переминалась в середине толпы. Заквакал громкоговоритель. О чём? - навострила уши. Воду, сказали, на пунктах питания будут возобновлять не сразу. Ограничений на пользование нет, но просят соблюдать фери плэй. Это как?! первые, что ли, могут обпиться, а последним - шиш? Вот сюрприз так сюрприз, знала бы - прихватила б с собой бутылку. Не состязание, а издевательство. Шоу. – Attention! Ready! – рявкнуло пространство. И выстрел. Народ ломанулся. Будто на сто метров. Боже, они что - тупые, не отличают спринт от марафона? Прижалась к обочине, пропуская ненормальных. И, не спеша, потрусила вслед. Даже пышнотелая француженка пропыхтела мимо, обгоняя... ну-ну. На повороте, где петля позволяет увидеть первых, разглядела: бег возглавила англичанка, профессиональная бегунья. Эта-то как раз держит свой темп. А остальные – с дуба рухнули гнать? За лидером плотной группой бежало человек сто пятьдесят! Не обедали, так водичкой решили заправиться, которой на всех не хватит? Я отставала уже метров на сто. Борзаковский тоже последним начинал! - успокаивала себя. С моей физической формой следует вообще пешком ходить, а не бегать. И не в гору, а по равнине. Срезать в первый раз не стала лишь потому, что в проход ринулось слишком много народу, не хватало в завал угодить, на узкой-то тропе под углом в шестьдесят градусов. И правильно сделала: когда топала мимо выхода с той срезки, на дорогу вываливались красные взмыленные тигрицы, рычащие друг на друга. Подрались, что ли? Была позади, стала впереди и даже не запыхалась! Ох, Наталья, ещё язык покажи... рано веселишься, всего километр пройден. И всё равно, удачное начало – хорошо. Поднимает настроение. Свернула лишь на третью по счёту тропу: дорога уходила в затяжную пологую петлю, неразумно её держаться. Потом ещё и ещё сокращала по крутым склонам. Мешали корни деревьев, так и норовили подставить подножку; передвигалась, хватаясь за ветви, а кое-где и ползком. На дороге же чередовала трусцу и ходьбу. Вот и отметка "5 км"! Пришло моё время: начала обгонять участниц одну за другой - они "сдохли", выражаясь языком спортсменов. Не надолго же их хватило... а нечего рвать со старта! Умные, вон, до сих пор бодрячком... есть силёнки, есть... пока. На очередном пункте питания опять не увидела на столах ни единого целого стаканчика, зато на асфальте красовалась лужа. Они что там, специально воду льют, чтобы преследователям не досталось? Да нет, не может быть, просто поливают голову, жара ведь. Народу впереди много, вот мне и не хватает. А хорошо бы плеснуть водичкой в лицо, лоснится и пышет, словно блин на сковородке, да внутрь бы глоточек! Продолжаю следовать плану, чётко отслеживаю себя на карте. Ура! - плакат извещает о половине пути! Хвалю себя: иду отлично, что значит грамотное планирование. Многих обогнала, впереди всего человек тридцать и осталось - опытных, объективно более сильных. Моя задача - удержаться на достигнутом. И тут я встала, таки сглазила, тьфу. Силы кончились. Ноги сделались ватными. Хотя дыхалка, вроде, работала... Вот когда сказалось отсутствие тренированности. Годы привольной жизни с лежанием на диване догнали и вдарили. Корова недовольна? – а вкушай теперь, расплачивайся! Сжав зубы, просто пошла по дороге. И опять повезло, не было бы счастья, как говорится, да несчастье помогло - ниспослало стычку с соперницами. Из последних сил дошлёпала до пункта питания, без воды больше не могла, жгло изнутри и снаружи – а там две солдафонки, нагло в меня ухмыляясь, выливали себе на бошки дефицитную воду! Потянулась к последнему стаканчику, а ведьма, которой я очки намедни сломала (случайно!), этак невзначай подтолкнула его... и моя вода разлилась по столу! – Русиш швайн! – тихонько прошипело это убожество в мою сторону. И они дёрнули дальше. А я прильнула сухими губами к луже на столе, наплевав на приличия и бесстыже взиравшую камеру. Всосала, ещё и щекой потёрлась о мокрую поверхность - хоть что-то. В душе поднималась ярость. Волна ярости. Цунами. Сдохну, но эту мерзавку сделаю, иначе как жить? Пусть я толстая некрасивая тётка, а она холёная спортсменка, но ведь возраст у нас одинаков. Я не пила никогда, не курила, спортом в детстве и юности занималась, неужто всё зря, псу под хвост!? и меня можно вот так унижать? А главное – отомстим фашистам за русских! – гены пробудились, видать. Вместо того, чтобы сломаться - наоборот, воспряла. И бешено ломанулась вверх по тропинке. На дорогу вползла на карачках. Боже, ещё целая треть пути! Карта подсказывала – следующий километр лучше брать по дороге. Мерной трусцой чеканила: мер-зав-ки-мер-зав-ки. Пот заливал глаза. Это жир твой уходит, Наталья, радуйся! И опять на тропу, какая же она крутая и дикая, заросшая колючими кустами! Но на такие мелочи, как порванный новый костюм , поцарапанные ноги и руки, не обращала внимания. Ползла на четвереньках, вполне нормальный способ передвижения. Снова питательный пункт, и снова уродки вылили мою воду. В этот раз прямо на землю, лужи на столе не оставили. Зрение вдруг резко ухудшилось, окружающий пейзаж скрылся в тумане, в висках задёргало. В бессильной ярости молочу по столу. И вдруг слышу: – Натасса, возьми, это тебе. Майя, собственной персоной, протягивает мне стакан с водой! Возникнув привидением из колышущейся хмари! – А ты? – хриплю. – Пей! Вожделенная влага вливается в мою иссохшую глотку. – А это на голову, – подплывает второй стакан. – Давай! Уговаривать меня не надо, с наслаждением выполняю приказ. И резко легчает, туман отступает! Мы вместе помчали в погоню. Уже потом Майя рассказала, что услышала, как те потешались надо мной, специально разливая воду, и решила помочь... До финиша – четверть пути. Именно сейчас начинается самая борьба. Тут-то у меня и припасён хитрый финт: выйти на тропу, отмеченную на карте тонкой рваной нитью, не выходящей на дорогу. Поди отыщи её в диких зарослях... кто хорошо ориентируется - плёвое дело. Я хорошо ориентируюсь, я очень хорошо ориенти... Смело схожу с дороги в просвет между деревьями. По крапиве и траве до пояса с уверенным видом веду Майю вперёд. И - вот она, желанная тропочка, едва заметная и заброшенная! Говорю, я хорошо ориентируюсь! Срежем сразу и много, дальше по дороге до финиша останется метров четыреста – сущая ерунда. Прорвёмся. Именно здесь и сейчас – наш последний шанс уделать тех ведьм. Тащимся вверх, сменяя друг друга. В опасных местах подталкиваю Майю снизу, она сверху подтаскивает меня, потом наоборот. Мы явно здесь первые – и не только сегодня, а вообще в этом году. По одиночке пришлось бы тяжко. Но нас двое! Вперёд меня гонит лишь злость, тело давным-давно устало и уже не просто умоляет – вопит о покое. Но голова сильнее тела. Пота нет, весь вышел, губы иссохли. Лицо горит, язык свешивается наружу, дыхание частое - один в один загнанная собака. Майка моложе лет на десять, к тому же легкоатлетка, но и она обессилела. "Зачем мне это?" – читаю в её глазах. Похоже, сдаёт. Подсадить меня на отвесном участке - подсадила, а самой влезть - никак, хоть и тащу её изо всех сил... слабые у нас обеих ручонки! Безвольным кулем она оседает на землю, так и не преодолев препятствие. – Вссё, дальссе сама. Ну уж нет, одну её здесь не оставлю. Заблудится. Человеческая жизнь важнее конкурсов. – Не ной! – рявкаю. - Зацепись во-он там! Она лишь мотает головой. Ах, так?! Таращу глаза, уставясь ей за спину, и ору: – Змея! Её тело стрелой взмывает вверх, мне и напрягаться особо не пришлось. Счастливые, валимся на землю. – А говорила – всё! – фыркаю. Сворачиваем с тропы, вминаемся в местную колючую фауну. На дорогу выползаем на бровях. Да, на бровях. И на пузе. Майя не ориентируется, в какую сторону двигать. Смотрю – побрела обратно. Хватаю, разворачиваю – она покорно семенит куда толкнули. И тут вижу – ба-а, из-за поворота возникают наши солдафонки! Метрах в ста позади нас! – Бежим! – кричу Майке. Она не реагирует. А те побежали. Сил у них много, ведь были уверены, что обгоняют нас, шли не спеша, первых всё равно не догнать. И тогда я побежала. Не трусцой, нет, а быстро, включив максимальный форсаж. Точнее, это мне казалось, что быстро, а на самом деле, в записи потом видела – перескакивая с ноги на ногу, шатаясь из стороны в сторону. Будто на ходулях. Исполосованное тело не слушалось, двигалось по инерции. Перед глазами кувыркались звёздочки, похожие на чёртиков, так и норовили с дороги столкнуть. Сорвала дыхалку: булькала хрипом и сипом, воздух едва пробивался к лёгким. Натуральная зомби. И всё равно я финишировала впереди, им не хватило всего ничего – нескольких метров. Майя, раскачиваясь, пришла минут через пять, но сама, ногами; рядом с ней увивался судья. Что потом – не помню. Очень плохоПлохоУдовлетворительноХорошоОтлично (Без рейтинга)
Загрузка...