Михаил Лифшиц

Lifshits_photoЯ родился в 1949 году в Москве. Мой отец, военный журналист, фронтовик, до войны работал в «Комсомольской правде». Мать под псевдонимом Белла Леонидова писала и издавала пьесы, рассказы, статьи. Сам я выбрал профессию инженера – в 1972 году окончил Московский электротехнический институт связи. Затем попал на закрытое оборонное предприятие, «почтовый ящик», как их тогда называли, где проработал четверть века. В 90-х уволился (в те времена зарплата инженера не позволяла содержать семью) и стал работать в частной компании. С 1999 по 2009 преподавал в родном институте на кафедре технической электродинамики и антенн. Сейчас занимаюсь литературным трудом.

Писать мне всегда было интересно. Стихи сочинял с детства, потом «пошла» проза. Моя первая книга, повесть «Любовь к родителям», вышла в 1999 году. За ней в 2002 последовал роман «Почтовый ящик». Спустя четыре года они были переизданы в составе сборника «Толга», в который также вошли одноименная поэма и рассказы. За сборник, который в числе других книг был направлен в 40 стран мира в рамках Федеральной целевой программы «Русский язык (2006-2010 годы)», получил орден «В.В. Маяковский» - «за верное служение художественному слову, за подвижническую деятельность на ниве отечественной литературы».

Роман «Обналичка и другие операции» впервые вышел в 2012 году на Украине. В нем я представил правдивую картину российской жизни в 90-х годах и показал реальную российскую экономику на примере одной из ее «отраслей», в которой работал специалист по «черному налу» Артур Калмыков и окружавшие его люди. Позже роман был издан в России – сначала отдельной электронной книгой, а в 2015 году в «Собрании сочинений в двух томах». Роман был отмечен дипломом конкурса Московской организации Союза писателей России «Лучшая книга 2011—2013».

С 2010 года состою в Союзе писателей России. Имею награду Московского СПР – памятную медаль «М.Ю. Лермонтов. 1814-1841». Сотрудничаю с популярными интернет-изданиями как публицист, немного занимаюсь критикой.

I was born in 1949 in Moscow. My father was a military journalist, front-line soldier, before the Second World War he worked in famous Russian newspaper "Komsomolskaya Pravda". Mother under the pen name Bella Leonidova wrote and published plays, stories and articles. Nevertheless I chose the profession of engineer. In 1972 graduated from the Moscow Institute of Telecommunication Engineers and then became employed to the defense industry enterprise, "mailbox", as they were called. I worked there for a quarter of a century and in the 1990-s retired to a private company (at that time the engineer salary couldn’t allow to support family). In 1999 returned to the native university as a professor where worked till 2009. Now I am engaged in literary work.

I’ve always been interested in writing. I’ve started composing poems as a child, and later switched to prose. My first story "Love for Parents" was published in 1999. In 2002 the novel “The Mailbox” followed it. Four years later, both of them were re-published in "Tolga", a book of selected works, which also included a poem of the same name and several short stories. The book was sent to the 40 countries as a part of the federal program "Russian Language (2006-2010)", and I was awarded for it the medal of V. Mayakovsky - "for faithful service to the artistic word and selfless work in the field of Russian literature".

My second novel "Cashing and other operations" was first published in 2012 in Ukraine. It describes the peculiarities of Russian economy in the 1990s through the story of a specialist in "black money" Arthur Kalmykov and his close circle. Later, the novel went out in Russia - at first as a e-book, and in 2015 in the "Collected Works in Two Volumes". The novel was awarded a diploma of the contest of the Moscow organization of the Union of Writers of Russia "Best Book of 2011-2013".

I am a member of the Union of Writers of Russia since 2010 and was awarded a commemorative medal of its Moscow organization "M.Y. Lermontov. 1814-1841". My columns and critical articles regularly appear in popular digital Russian media.


Роман "Обналичка и другие операции"

Синопсис

Действие романа начинается в России ранних 1990-х. Молодой выпускник факультета управления Артур Калмыков попадает в один из московских НИИ. Как и сотни других учреждений по всей стране, институт еле сводит концы с концами. Единственный способ спасти тонущее советское наследие – деятельность по «обналичке», которую при тихом одобрении государственного начальства и поручают Артуру. На фоне бурных личных и известных исторических потрясений хваткий Артур шаг за шагом оттачивает работу с «черным налом». Тем временем система «доверительных финансовых операций», словно глобальная торговая сеть, захватывает всю Россию. Спустя годы герою суждено дойти до верхушки этой цепи, которая теперь стала цивилизованной и работает под вывесками солидных банков. Однако даже черное может иметь оттенки. Уплывая с официальных счетов, миллиарды неучтенных рублей питают коррупцию и не попадают в бюджет страны. Но они же позволяют обходить бюрократические препоны и высокие налоги, чтобы строить школы и стадионы, финансировать новые научные разработки. Миллионы российских граждан, таких как Артур, и по сей день продолжают крутить этот маховик реальной экономики. Многие из них юридически являются преступниками, а по-человечески – приличными людьми. Эта история – о них.

Отрывок

СТРАХ

Зазвонил телефон. В ответ на Артурово «Але!» в  трубке зазвучал незнакомый молодой голос.

– Артур Артурович! Вас беспокоит Бородин Денис Витальевич. Мне бы хотелось встретиться с вами и поговорить, чтобы нам никто не мешал.

– А кто вы, о чем мы будем говорить?

– Я… – хозяин молодого голоса замялся, а может специально сделал паузу. –  Скажем, из контролирующих органов. При встрече я вам представлюсь по всей форме. Когда и куда можно прийти?

Договорились встретиться на углу, недалеко от предприятия. К Артуру подошел молодой человек, лет тридцати, одетый в куртку, вязаную шапочку, джинсы и кроссовки. Поздоровались за руку. Молодой человек назвался Денисом Витальевичем Бородиным, полез в куртку, достал и показал Артуру удостоверение, в котором было написано, что он – капитан. Денис Витальевич  предложил прогуляться, и они двинулись по улице по направлению к скверу на Большой Грузинской улице, рядом с зелененьким особняком, бывшим посольством ФРГ, собираясь там посидеть на скамеечке и поговорить.

Но в сквере не только скамейки, каждый клочок земли был занят людьми. Целые деревенские семьи сидели на чемоданах и узлах, брошенных на землю. Женщины в платках и в темно-красных плюшевых жакетах, мужчины в шляпах и двубортных пиджаках, дети.  Рослые и маленькие люди  с европейскими и  азиатскими лицами.

– Ух, ты! – воскликнул Артур.

– Это – немцы, – объяснил Денис Витальевич, а так как Артур не сразу понял, объяснил. – Потомки немцев, переселенных в Казахстан. Поэтому – много азиатских лиц. Они захотели в фатерлянд вернуться, на родину предков по немецкой линии. Да, тут не поговоришь… Пошли в зоопарк!

Молодые люди двинулись  по Большой Грузинской вдоль забора зоопарка. На углу с Пресней Артур стал,  было,  заворачивать к кассам, но Денис Витальевич прошел мимо кассы и, взяв Артура под руку, показал свое удостоверение контролеру, и их пропустили в зоопарк без билетов.    

Прошли мимо пруда, мимо грустного пони, с которой фотографировались дети, вышли на площадь зоопарка. Народу в этот осенний день было немного, но и скамеечек не было. Наконец, нашли, где пристроиться.

– В связи с тем, что предприятия, подобные вашему, стали работать с инозаказчиком, возникла опасность утечки закрытых данных по каналам, которых раньше не было, – начал заученную речь Денис Витальевич. – То, что передается иностранцам по контрактам, нами контролируется.

Артур напряженно слушал вступление, ждал, когда капитан перейдет к сути. О том, что первый контракт с Китаем подписан и на очереди еще два, Артур слышал, как и все другие работники института. Как скажется это событие на «Импульсе» и на нем самом, Артур пока не представлял.

– Но есть еще один канал возможной утечки информации, который вызывает беспокойство у органов госбезопасности, – Денис Витальевич  стал говорить медленнее, не так заучено, последние слова произнес   солидно, как будто он и есть  этот самый орган, поэтому беспокоится. – Предприятия стали заключать договора с коммерческими структурами. Например, ваш институт работает с предприятием СКТБ «Импульс». Вы в курсе дела?

– В курсе…  – вяло ответил Артур.

– Это предприятие включено в перечень фирм, с которыми вашему институту разрешено работать. Но не ясно, на каком основании. Никаких лицензий у «Импульса» нет, Первого отдела там тоже нет. Как они работают с секретной документацией?

– А они не работают.

– А, значит в договоре все написано открытым текстом? Даже если там нет ничего секретного, характер договора, названия деталей, узлов, блоков, сроки исполнения – все это типичная утечка.

– Но это предприятие выполняет только вспомогательные работы, по этим работам нельзя ничего понять…

– Кому нужно, тот поймет, – твердо сказал Денис Витальевич. – Вы видите, что повод для беспокойства есть.  Вместе с тем, мы не хотим вмешиваться в распределение работ, в исполнение заказов. Работайте, выполняйте контракты наших восточных друзей. Но контролировать процесс мы должны.

– Конечно, должны, – поддакнул Артур.

– Вот и хорошо, что  вы понимаете, – забил колышек Денис Витальевич. – А контролировать мы можем, только имея информацию. Мы, конечно, могли бы в институте запросить сведения. Но это надо делать официально. Ненужный шум, беспокойство для вашего руководства. А что если вы нам будете сообщать необходимые сведения по договорам между институтом и «Импульсом»?

– Как сообщать?

– Например, передавать копии договоров. Ведь на малом предприятии это несложно сделать?

– Как… Нужно подумать, как это оформить. Наверное, нужен запрос? – мямлил Артур.

– Я же вам говорю, – Денис Витальевич выразил голосом некоторое нетерпение, даже раздражение. – Запросы и прочее – это официальный путь, с привлечением нашего руководства. Подпишут запрос, потом будут спрашивать, как дела. А мы никакого «дела» не хотим заводить.

– Да ведь  мне тоже не хотелось бы становиться «крысой» на предприятии. Ну, что это? Потихоньку договора передавать… – первый страх у Артура прошел, и он начал выяснять обстановку.

– Но вы же понимаете, нам необходимо изучить этот канал возможной утечки информации, – настаивал Денис Витальевич.

– Есть способ… – предложил Артур. – Давайте, я согласую с кем нужно, и мы вас примем в «Импульс» на работу делопроизводителем. Будете знакомиться с бумагами… Еще и зарплату  будете получать.

– Это не подойдет, – тут же ответил Денис Витальевич. Он явно не желал «светиться». И его явно не интересовали деньги в масштабе зарплаты делопроизводителя.

– Тогда, давайте так. Мы оба подумаем, а в следующий раз примем решение, – воспользовался отступлением капитана Артур. Он понял, что главное для него сейчас смотаться, выиграть время и подтянуть «главные калибры». К тому же было холодно, и оба парня замерзли.

– Ну, что ж, – согласился Денис Витальевич. – Я вам позвоню.

– До свидания! – протянул руку Артур. – Я зайду на Новую территорию,   давно не был на Новой территории…

Артур отступал задом, потом повернулся и быстро пошел к лестнице на мостик через улицу, по которой они полчаса назад прошли с Денисом Витальевичем. Бегом взбежал на лестницу,  перешел, спустился с другой стороны и тут же вышел из зоопарка вон и побежал к предприятию. Взглянул набегу налево, и ему показалось , что сквозь забор зоопарка на него смотрит Денис Витальевич, нехорошо смотрит, подозрительно.

«Ах, ты! Зачем я здесь вышел! Он же видел. Надо было пройти Новую территорию насквозь и выйти за обезьянником. Если там сейчас выхода нет, хоть через забор перелезть…»

Страх, ужасный страх овладел Артуром. Спина, как обычно, мгновенно  вспотела, мысли  лихорадочно заметались.  Решив тут же рассказать директору о встрече с капитаном, Артур уже не думал, что делать, а просто бежал к предприятию. Потом, сообразив вдруг, что бежать неприлично, это – подозрительно, быстро пошел, обгоняя попутных прохожих и увертываясь от встречных. Но бег, панический  хаос мыслей в голове  продолжались. Что же теперь будет?! Раскроют все эти схемы с «Импульсом», обвинят в уходе от налогов, в раскрытии государственной тайны, в шпионаже? Китайский шпион – смешно звучит! Ничего, для приговора ОСО это не будет смешно – высшая мера социальной защиты, расстрел. И отец не спасет, наоборот, и отца коснется. Отца отовсюду уволят, да еще, наверное, посадят за такого сына. И никакие заслуги, никакие знакомства не спасут. Заслуги аннулируют одним приказом, напишут «лишить правительственных наград» – и все. А  друзья разбегутся, не посмеют даже поздороваться или позвонить.

Господи, как страшно! Посмотрит на тебя опричник – и все. Или укажет пальцем «язык» и молвит зловещее «Слово и дело». Или придет ночью  лейтенант госбезопасности со шпалами в петлицах вместо армейских лейтенантских кубарей и предъявит ордер на арест и обыск. Что Артур! Герои гражданской войны немели, рыдали, разоружались перед партией. А, впрочем… Герой гражданской войны  ждал ночного визита, в прихожей был уже приготовлен чемоданчик с парой белья (чистыми кальсонами и нижней рубашкой), шерстяными носками и куском мыла. Герой ожидал, что за ним придут, потому что   друга его уже взяли и заместителя взяли. А у Артура-то откуда такой страх перед капитаном?  Генетический, говорят. Не смешите, лысенковщина какая-то.  Не врожденный, а воспитанный с младых ногтей семьей, детским садом, школой, университетом, улицей страх перед властью, бессовестной и беспощадной. Любого можно посадить за что угодно, даже если он и не был там никогда.   А уж, если есть что-нибудь, если страхи не совсем пустые, спасенья нет!  Ах, ты, «Импульс», СКТБ гребаное…

Артур прибежал в приемную и, ни слова не говоря, плюхнулся на стул. Эмма ничего не сказала, значит,  директор на месте. Артур уже имел определенные права в приемной.

Директор внимательно выслушал рассказ Артура про беседу с капитаном и никак не отреагировал.  Артур пошел домой, думая только о новой опасности. Решил отцу пока ничего не рассказывать. Спал плохо, несколько раз просыпался в страхе, но к утру несколько успокоился.

На следующий день Артура вызвал заместитель по режиму.  Он тоже прослушал рассказ и спросил, что Артур про это думает.

Так как Артур за ночь уже кое-что придумал, то ответил сходу.

– Наверное, они хотят «Импульс» под себя взять, «крышевать», как говорят.

– Что? – переспросил режимник.

– Ну, обеспечивать нашу охрану, отгонять бандитов, а за это деньги с нас брать, – объяснил Артур.

– Это ты телевизора  насмотрелся, – улыбнулся режимник. – Не такой случай, глупости. Ты парень хороший, я тебе объясню. Это кто-то добирается до Юрия Иннокентьевича. Понимаешь, наша территория – лакомый кусочек, так и хочется кое-кому соорудить на этом месте торгово-развлекательный комплекс. А наше предприятие мешает. Вот они и рыщут, ищут способы нас отсюда выселить. Один из таких способов скомпрометировать Юрия Иннокентьевича, устроить скандал. Ну, это мы выясним, как они  офицера сумели привлечь к столь недостойному занятию. Разберемся. Все, молодец, что нам рассказал.

– А дальше, что?

– В каком смысле – «дальше»?

– Мне что отвечать, когда капитан позвонит?

– Отвечай, что по этому вопросу следует звонить Игорю Петровичу Аверину, то есть мне.

– А телефон давать служебный?

– Никакого телефона давать не надо… Не будет он спрашивать номер телефона. Все, свободен.

Артур вышел от режимника в некотором недоумении. Денис Витальевич больше не звонил.

Очень плохоПлохоУдовлетворительноХорошоОтлично (84 голосов, средний бал: 4,21 из 5)

Загрузка...