Маркина Анна

IMG_5307 (1)Маркина Анна Игоревна. Родилась в 1989г., живет в Москве. Окончила Литературный институт им. Горького, семинар детской литературы А.П. Торопцева. Лонг-лист премии «Дебют» (2007г.), гран-при фестиваля авторской песни «Журавлиная родина» в номинации «поэзия» (2007г.), победитель конкурса «Под одним небом», финалист «Илья-премии» (2008г), победитель конкурса «Вдохновение» (2009г.), лауреат премии «Серебряный стрелец» (2011г), специальный приз конкурса «Поэтическая аптека» (2013г.), победитель премии «Северная земля» (2014г.) победитель в номинации «дебют» «Российского писателя» (2014г.), призер Чемпионата Балтии по русской поэзии (2014г), шорт-лист «Провинции у моря» (2014г.), шорт-лист конкурса «Мыслящий Тростник» (2014г), лонг-лист Волошинского конкурса (2014г.), лауреат конкурса им. Бродского «Критерии свободы» (2014г). Публикации стихов - в «Зинзивере», «Новой Юности», «Дружбе Народов», «Авроре», «Российском писателе», «Слове» (№82, 2014), «Кольце А» (№75, 2014), журнале «Плавучий мост» (2014г.). В сборниках, выходившим по итогам литературных конкурсов: «Лепестки ромашки» (2007г.), «Под одним небом» (2008г.), альманахе «Илья» (2008г., 2014г.), «Серебряный стрелец» (2009г., 2011г.), «Вдохновение» (2009г.), а также в некоторых региональных изданиях (кавказская газета «Горцы» 2014, «Кимровский вестник» 2012, «Утро вечера мудренее» 2007 г. Климовск) В свободное время путешествует. Объехала половину Европы автостопом. Любит верховую езду и конные походы. Пишет стихи, поэмы, пьесы и рассказы. Любит людей, оперу, кино, шахматы, поэтические слэмы и фестивали.


Рассказ "Аида"

Летом 2014го мы получили корочки о высшем образовании, возглашавшие: «литературный работник», и отправились в свободное плаванье. Свободное плаванье предполагало необходимость зарабатывать деньги на алые паруса. Я устроилась в салон красоты, потому что эта работа казалась мне непыльной – ходи себе во влекущих одеждах и улыбайся. Асю после некоторых мытарств приятель отправил в колледж преподавать. Наташа ходила по собеседованиям, но для литературной работы она была слишком хороша собой. В редакциях злобные, запылившиеся тетки ревниво поглядывали на нее из-за очков и не перезванивали. Тогда Наташа решила стать стюардессой. Она пришла в Аэрофлот, где в очереди томилось несколько сотен трепещущих девиц и поразила всех длиной едва различимой юбки, разговорным английским и наплевательским отношением к своей будущей судьбе в компании. Два месяца она ходила по больницам собирать справки о профпригодности, но была забракована стоматологом и психиатром.

В моем салоне красоты дела шли вяло. Клиенты не прибывали, а те, что добирались, услышав цены на наши услуги, улетали, обещав вернуться, и не возвращались. Я зубрила прайсы по ламинированию, колорированию, обертываниям, стоунтерапиям и прочей чепухе, что для меня было страшнее монофтонгизаций дифтоногов и выравнивания основ на задненебный. Меня постригли, покрасили, проконсультировали с имиджмейкером, подарили тональник, поставили на каблуки и облачили в одежды корпоративных цветов: черный, белый, красный. Работы было много, целыми днями я висела на телефоне, заказывала оборудование и косметику, возилась с бумагами, пила кофе и постила фотки пустого салона в соцсети.  Когда клиенты все-таки доходили, я расплескивалась перед ними в комплиментах, особо услужливо приносила чай и, чтобы поддержать легкомысленную беседу, цитировала Горация: «Exegi monument…», но Горация моего никто не слушал, все требовали жизненно важных сведений о том, колют ли у нас ботекс и когда заработает прессотерапия.

 Ася рассказывала, что ей тоже сильно не хватает достойного окружения, потому что, кажется, в колледже работают и учатся инопланетяне, оторванные от земного разума. Ученики, по ее словам, были тупы, как пробки, и темны, как духовки. Чтобы не талдычить одно и то же о памятниках мировой культуры, Ася иногда ставила своему классу фильмы. На первом же просмотре фильма о Леонардо да Винчи, юная учительница выделила для себя любимицу, девочку по имени Аида, которой было девятнадцать годиков и которая была беспросветна, как разлом земной коры под океанской толщей.

- Аида, повернись и смотри фильм, - требовала Ася.

- Я смотрю, как все, че Вы до меня всегда докапываетесь? – молвила ученица.

- И о чем фильм?

Аида молчала, потупив взор.

- Это фильм о великом человеке, между прочим, о Леонардо да Винчи. – Объясняла учительница таким тоном, будто разговаривает с первоклассницей.

Тут глаза девушки заблестели:

- Че, серьезно?

Асе захотелось взять шашку и снести пустую девятнадцатилетнюю голову с плеч, но она только вздохнула и ответила:

- Серьезно.

- Так… - запинаясь от волнения, с предыханием произнесла Аида, - он же клевый актер, я эту сцену на корабле раз пятьдесят пересматривала.

Ася вышла из класса и прислонилась лбом к холодной стенке в коридоре.

Наташу по-прежнему не брали на работу. На наши встречи она являлась, с порога возгласив, что она нищеброд, и еле-еле наскребала на чай в чебуречной за двадцать пять рублей.

Подработку она нашла в БДСМ-клубе. Помогала устраивать мероприятия и писала рекламные статейки. Одну из статей мы как-то вечером набросали вместе.

- Надо, понимаешь, что-то глубокомысленное, - объясняла мне подруга, - вдохновение, падла, не идет.

- Ну, приплети какого-нибудь философа. Зря, что ли, на твое филологическое образование государство деньги тратило?  - посоветовала я.

- Какого?

- Если философа, тогда кого-нибудь из немцев… - придумала я.

- Да, немцы и по части БДСМ не промах, - согласилась горе-копирайтер.

- Хайдегера возьми.

- Хайдегера я не читала, - покачала головой Наташа.

- Тогда Ницше!

- Ооооо, - обрадовалась она, - точно. Будем плясать от дионисийского начала. – Тут Наташа задумалась. – А ты, кстати, не хочешь поработать моделью для бондажа? Мы тебя свяжем красиво и ты немного повисишь во время представления над сценой. – Предложила она.

Я отказалась. За ночь мы подготовили обширную и глубокомысленную статью о господстве динонисийского начала в БДСМ-утехах.

Но карьера в клубе не сложилась в связи с непредвиденными обстоятельствами. На праздновании Хэллоуина Наташа выпила лишнего, обматерила некоторых надоедливых гостей, а в кого-то даже запустила бутылкой виски, перевернула столик, за которым сидели другие надоеливые гости, а также, по слухам, чуть не подожгла корабль, на котором происходило празднование.

От работы в салоне я начинала уставать. Все было хорошо кроме того, что я работала пять дней в неделю с десяти утра до поздней ночи, приезжала домой на последней электричке, а в холодильнике кроме повесившейся мыши и сгнившей китайской капусты ничего не находилось, потому что не было времени зайти в магазин. При этом у меня обнаруживалась постоянная недостача часов, а платили безбожно мало, так как клиентов не было. За каждую копейку происходило сражение, равное по масштабам битве под Аустерлицем. Даже мечта о влекущих одеждах накрылась медным тазом, мне велено было ходить в костюмах и забирать волосы в пучок для придания статусности.

Ася тем временем принимала первый зачет. Студентам было велено подготовить один вопрос из списка и, пользуясь конспектами, держать ответ на экзамене. Половина группы отправилась на пересдачу. Потом еще на одну. И еще на одну.

- Ну, Аида, - интересовалась учительница, - какой у тебя вопрос?

- Религия древнего Египта, - ответствовала девушка.

- И что ты знаешь про религию Египта?

- Там было язычество, верховный бог Аллах.

- Готовься лучше и приходи завтра.

Завтра.

- До принятия христианства у них были богИ, - сказала испытуемая, сделав ударение в слове «боги» на последний слог.

- Вот если ты не понимаешь слова, ты лучше не произноси его. Давай забудем про христианство. Какие в Египте были боги? – тиранствовала Ася.

- Анубис.

- А еще?

Аида молчала, как партизан.

- А кто у них был верховным правителем? – продолжала пытку учительница.

- Верховным правителем?

- Ну, вроде царя, - пояснила Ася, собрав волю в кулак.

- Ааааа, - обрадовалась Аида, - еще у них был бог фараон, который носил статус земного царя.

Ася вздохнула.

- Скажи, пожалуйста, а древний Египет – это вообще какое время?

Студентка молчала.

- Хотя бы примерно.

- Ну… примерно лет двести назад.

Ася возвела очи к небу, то есть посмотрела на потрескавшийся потолок.

- А какая у них главная достопримечательность?

- Пирамиды, - обрадовалась Аида.

- А зачем строились пирамиды?

- В каком смысле? - на квадратном упитанном лице вызрели лобовые морщины.

- Ну что там было: школа, больница, храм, библиотека… или еще что-то?

- Там рисовали на стенах, - блеснула Аида.

- А зачем строились пирамиды?

- Ну, я так думаю, чтобы после того, как все умрут, было на что любоваться.

Ася вздрогнула и подытожила:

- Отлично. То есть египтяне двести лет назад настроили пирамид, чтобы у следующих поколений был хороший вид из окна, да? Приходи на пересдачу.

Аида выбежала из класса в слезах, хлопнув дверью и крикнув: «Вы меня специально заваливаете!».

Наташа съездила на Новый Год к родственникам в Братск, потратив последние деньги на билеты и на кусок жевательной смолы, который привезла мне в дар.

В колледже освободилась вакансия тьютора у самой отсталой группы, в которой половина студентов имела напряженные отношения с правоохранительными органами. От безысходности Наташа пришла на собеседование и получила работу. После того, как в первый же день ее познакомили с подопечными, Наташа позвонила мне и сообщила, что это собрание уродов, которых ей хочется растоптать стадом слонов.

На занятиях нового тьютора слушать не хотели, ржали, играли в карты, сбегали и всячески препятствовали проникновению внутрь себя любых знаний. Тогда Наташа развернула компанию по борьбе с тупостью и непослушанием. До ночи она задерживалась на работе, в выходные обзванивала семьи и внушала, что они воспитали остолопов, а также устраивала родительские собрания, где сыпала угрозами об отчислении.

Спасение, как водится, пришло с негаданной стороны. Местный полукриминальный авторитет Домкратов, третий год числившийся на втором курсе и отмотавший несколько лет в колонии, влюбился. Он украл из учительской номер телефона предмета его симпатии и как-то в ночи, закинувшись горячительным, звонил и долго вещал о своей неутихающей страсти. Наташа выслушала пылкий монолог, изрядно разбавленный матюгами, и ответила:

- Пока, Домкратов.

 Студента это еще больше раззадорило. Он всячески старался облегчить жизнь  своей любви, провел несколько основательных бесед с однокашниками в туалете и за стенами колледжа, после чего в классе воцарился покой и порядок. Учить никто ничего не учил, но отказ от показательных протестов был  закреплен кровью тех, кто выражал несогласие с установленным Наташей режимом диктатуры.

В салоне красоты все окончательно расстроилось. У владелицы давно кончились деньги, а у совладельца они кончились недавно. Мы сидели по уши в долгах и сосали лапу. В мои обязанности входило решение насущных проблем, а значит, выклянчивание последних денег у совладельца на зарплаты, аренду и оборудование. Совладелец скрежетал зубами, приезжал каждый день контролировать работу, требовал выручку, а денег не давал.  Мы прозвали его «главный по тарелочкам» после того, как он официально занес в расходы вложение в двести рублей на общий обед и прислал бланк на согласование бухгалтеру. Второго администратора не нанимали, я не высыпалась, требовала повышения зарплаты, поэтому в конце концов, помучившись угрызениями совести и назвав себя крысой, бегущей с тонущего корабля, собрала вещи и ушла в снегопад.

Асе и Наташе в колледже тоже платили немного.  Поэтому они решили немного денег распилить, организовав литературный кружок. Средств на организацию кружков выделялось немерено, поэтому девушки  со свойственным творческим людям задором состряпали смету в сто двадцать тысяч на необходимые  канцтовары и  книжки.

- Вы еще в расходы запишите приглашения литераторов на встречи. Десять тысяч на гостя. Гости и так придут, а деньги себе.

- Идея! – согласились Ася и Наташа.

Через неделю Ася разбудила меня ранним звонком.

- Мы тут смету дорабатываем. Кого в гости записывать? – Сразу заговорила она о деле.

- Меня как поэта запишите, - посоветовала я.

- Тебя уже написали. А еще кого?

Я спросонья стала выуживать из памяти имена непередовых литераторов. Ася поблагодарила меня, и сказала, что мне зачтется, а также сообщила, что в кружок уже просится Домкратов.

Сижу теперь без работы и жду, когда пригласят выступать на литературную встречу в колледж.

 Очень плохоПлохоУдовлетворительноХорошоОтлично (10 голосов, средний бал: 3,40 из 5)

Загрузка...