Мамед Айдын оглу

chemmМне 36 лет. Окончил юридический факультет университета «Азербайджан» и факультет международных отношений и международного права Бакинского государственного университета. Живу и работаю в Баку. Творчеством занялся относительно недавно. В 2009 году написал свою первую книгу ("Под одной крышей, или с любовью из Утрехта"), а в 2012 - вторую ("Ферма Макфаддена"). Помимо этого, являюсь автором более 40 статей об искусстве. Член Союза писателей Азербайджана с января 2015 года.

I`m 36. I gratuated Azerbaijan University (Law faculty) and Baku State University (International Law and International Relations faculty). I live and work in Baku. I`ve been started writing recently. In 2009 I wrote my first book "Under the same roof, or from Utrecht with love", and in 2012 the second one "McFadden`s farm". Besides, I`m author of more than 40 articles about art. I`m Azerbaijan Writer`s Union member since January 2015.


Рассказ "Под одной крышей, или с любовью из Утрехта"

синопсис

Эмиль Новрузов вернулся в родной город лишь на сутки, чтобы завершить начатое почти три года назад дело. Он забирает свою долю у Тогрула и уже строит планы на будущее. Утром Новрузов отнесёт деньги в банк, вечером сядет в самолёт на обратный рейс до Сургута и начнёт жить совершенно иначе. Жизнь его будет полна увлечений. Отныне он богач. Однако в результате несчастного случая, который нарушил его планы Эмиль становится гостем в доме, где находит новых друзей и свою  истинную любовь. Но всё не так просто, как казалось на первый взгляд и за всё в жизни надо отвечать.

отрывок

Убрав палец с кнопки вызова, Тамерлан Балакишиев чертыхнулся и стал подниматься по лестнице. Лифт опять не работал. За последний месяц это уже пятая поломка. Живя на четвёртом этаже, это не так уж страшно, особенно, когда вы молоды и энергичны, каким и был Балакишиев; однако это шло в полный противовес с неостывшими ещё впечатлениями, полученными им от поездки в Прагу, где он проживал в симпатичном отеле со всеми удобствами. Представьте себе: Карлов Мост, крепость Пражский Град, собор святого Вита с великолепной мозаикой Страшного Суда, Малостранская площадь, любвеобильная Клара Бржихачекова с пунцовыми губами и её подруга Мартина, уроженка Ческе Будейовиц…и тут же рядом сломанный лифт, с разбросанными рядом бычками и шелухой от семечек.

- Ну, вот я и дома, - недовольно бурчал себе под нос Балакишиев. - Как деньги на лифт собирать в начале месяца, так они в дверь мне барабанят, а как чинить - все в кусты. Козлы!!!

Утомлённый перелётом, а до этого долгим бурным прощанием с Кларой Бржихачековой и её подругой Мартиной, Тамерлан мужественно преодолевал ступеньку за ступенькой, волоча за собой чемодан. Ему не удалось отоспаться в самолёте и он хотел поскорее лечь в постель. Добравшись до двери своей квартиры, он вынул ключи и стал её отпирать. Замок не хотел поддаваться.

- Ах ты, тварь! Открывайся! - злился Тамерлан.

По лестнице кто-то спускался, но, завидя Балакишиева, резко остановился. Тамерлан обернулся. Человек быстро опустил козырёк бейсбольной кепки себе на лоб и пробежал дальше.

Сердце Балакишиева ёкнуло от обиды, клокочащая лава негодования обжигала его.

- Ах, Дима, Дима. Сукин сын. Как низко ты пал! Я ведь так старался, выбирая для тебя этот подарок…

                                                                          * Самолёт Сургут – Баку совершил посадку точно по расписанию в 22 : 42. Пассажир, занимавший место под номером 29, кивнул на прощание миловидной стюардессе с огромными голубыми глазами и, пропустив вперёд пожилого низкорослого толстячка, который за весь четырёхчасовой перелёт только и бубнил о том, как он не дождётся встречи с женой, стал спускаться по ступенькам трапа.

Это был молодой человек лет тридцати – тридцати пяти, высокий, стройный, с приятной внешностью. Сойдя с трапа, наш герой, которого звали Эмиль Новрузов, впервые за два года и семь месяцев ощутил под ногами родную землю. Казалось, такое событие должно радовать человека, проведшего на чужбине достаточно длительный промежуток времени. Угрюмый вид Новрузова говорил об обратном: слово «родина» на данный момент не вызывало у него никаких положительных эмоций. Приехать заставили обстоятельства. Дело, которое они с Тогрулом затеяли почти три года назад, подошло к финальной развязке и требовалось поставить в нём жирную точку, а автором этой точки должен быть сам Новрузов.

Багаж Новрузова, состоящий из целлофанового свёртка с хранящимися в нём двумя пачками сигарет, зубной пастой, зубной щёткой и гребешком, за всё время полёта покоился в кармане его куртки. Большего ему не требовалось, завтра вечером обратный рейс. Пройдя паспортный контроль, Новрузов сразу направился в зал ожидания и, миновав толпу встречающих, зашагал к выходу. Столица встретила блудного сына не слишком гостеприимно. Погода не предвещала ничего хорошего. Мокрый снег, постепенно обретавший густую форму, для Новрузова был обычным явлением, в Сургуте этого «добра» навалом. Однако пронизывающий до костей шквальный ветер далеко не желанный попутчик в запланированном визите.

Застегнув куртку на все пуговицы, Новрузов натянул на голову чёрную вязаную шапку и закурил. Снег медленно покрывал крыши машин, припаркованных на стоянке; шум турбин, набирающего высоту «Боинга», разрезал воздух; повсюду шныряли грузчики; смеясь и оживлённо беседуя, рядом проходили люди, встретившиеся после разлуки; колёсики чемоданов, волочимых по асфальту резали слух…Атмосфера аэропортовской суеты на секунду отвлекла от тревоги, заполонившей его мысли с того самого момента как самолёт выпустил шасси.

- Нечего волноваться, - успокаивал себя Новрузов, - всё давно забыто и поросло мхом.

Он бросил окурок на мокрый асфальт и, раздавив подошвой, двинулся к тротуару, вдоль которого выстроилось несколько машин с пластмасской «ТАКСИ» на крыше. Выбор пал на тёмно-синий «Тофаш» с литыми дисками.

- Свободен, шеф?  - спросил Новрузов у шофёра, открыв дверцу со стороны пассажира.

- Свободен.

Договорившись о цене, Эмиль сел на переднее сиденье и назвал адрес.

- Ба! Эти места я знаю как свои пять пальцев, - радостно воскликнул таксист и повернул ключ в зажигании. - Я там вырос.

- Вот и хорошо. Значит, доедешь без лишних вопросов, - сухо заметил Новрузов.

Таксист уловил намёк клиента рулить молча как рыба. Парень он был неглупый и занимался частным извозом не первый год. Но просить его быть тихим было бесполезно, особенно после того, как он узнал, что клиент едет в места его детства. Дотерпев, пока они пересекут шлагбаум, он всё же не вытерпел.

 - Вы давно там живетё, уважаемый?

 - Я там не живу. Еду в гости, - недовольно ответил Новрузов.

 - Жаль. Думал, может вы знаете кого-нибудь из моих старых приятелей.

 - Нет. Я впервые туда еду, - соврал Эмиль.

Таксиста прорвало.

 - Сто лет там не был. Тысячу раз давал себе слово, что заеду ребят повидать, да никак не соберусь. Только по телефону и общаемся. А что делать? Утром отсыпаешься, днём маленького ребёнка с женой на процедуры к врачу, машину к мастеру, за продуктами на базар или ещё какие дела по дому появятся, а вечером баранку крути…

- Позвони им, когда доедем и скажи, чтобы вышли тебя встречать. Что может быть проще.

- Э-э! Да разве их в такой мороз вытащишь. И народ они рабочий, в это время уже седьмой сон видят. Мне ли не знать…А вы, если не секрет, к кому едете? Возможно, я его знаю.

Эмиль смерил таксиста тем взглядом, недвусмысленно говорящим сам за себя, что вопрос не совсем корректен. Однако тот за всё время диалога ни разу не повернул головы в его сторону, внимательно следя за дорогой. Новрузову пришлось ответить. Он опять соврал.

- Я еду к даме. Вы вряд ли знакомы. А если и знакомы, то я не могу назвать её имени…Сам понимаешь.

- Конечно, конечно! - энергично закивал таксист и, подмигнув, добавил. - Дело житейское.

Сделав вывод, что у Новрузова интрижка с замужней женщиной, он пустился тараторить про то, как иногда ночует у своей старой знакомой, муж которой служит на торговом судне и часто отсутствует. Закончив с амурной темой, таксист переключился на рост цен. Тщательно промыв косточки сильных мира сего, он сразу же выдвинул теорию идеального государственного устройства, где все сыты и довольны.

Слушая весь этот трёп краем уха и изредка кидая утвердительное «ага» на вопрос болтуна «вы согласны?», Эмиль откинулся на спинку сиденья и стал глядеть в окно. Многое изменилось с тех пор как он уехал. Город стал другим.

Дворники с трудом поспевали убирать с лобового стекла прилипшие снежинки. Исходящее от печки тепло разморило, клонило ко сну, и Новрузов, несмотря на  присутствие рядом неугомонного оратора, уже начинал клевать. Завидя знакомый поворот, он выпрямился, протёр глаза, похлопал себя по щекам и, испросив разрешения, закурил. Блуждая по узким улочкам, свет фар, наконец, вырвал из мрака силуэт крошечного дома, где жил Тогрул. Эмиль попросил остановить машину чуть дальше, у забора соседнего дома, сделав вид будто это и есть пункт назначения.                                       «Кто знает этих таксистов? - подумал Новрузов. - Некоторые из них не прочь почесать языком с теми, с кем этого делать не следует. Этот, похоже, из их числа».

Он отсчитал пару банкнот и вручил болтливому водителю.

-  Счастливого вам вечера, уважаемый, - кинул таксист и дал газу.

Развернувшись, машина скрылась в обратном направлении. Эмиль поспешил назад и, поровнявшись со знакомой ему дверью с облупленной кое-где серой краской, нажал на дверной звонок.

Очень плохоПлохоУдовлетворительноХорошоОтлично (10 голосов, средний бал: 3,40 из 5)
Загрузка...