Мамедли Эльшан

1779298_688663891155070_1476591167_nМамедли Эльшан родился 24 августа 1992-го года в городе Баку. В 2009 году окончил среднюю школу №42. 2009-2013 гг. учился на юридическом факультете Бакинского Государственного Университета. Творческая деятельность началась с рассказа "Серебряный корабль" который был написан в десятилетнем возрасте. В 2013 году вышла в свет первая книга "Человек стоящий в 24-м ряду" (рабочее название "Пациент №24") отражающие проблемы современного общества. В 2015 году вышла вторая книга "В конце было Слово" (рабочее название "Ветряные мельницы"). Одновременно является автором многочисленных рассказов, таких как "Ангел предавший человека", "Голубоглазая Залха", "Желтые стикеры" и "Богомол".


Рассказ "Богомол"

Лишенный покоя все эти годы, я смог обрести его здесь - у моря. Ведь и вправду, когда оно рядом, никогда и не задумываешься о том, что есть люди, которые ни разу в жизни не видели голубую бездну, носителя сверхъестественного покоя. Эта синяя вечность, бесконечная гладь, напоминание мне о том, кем я был и кем я стал. Когда я стою здесь и смотрю в даль, где море сливается с небесами, они отделяются друг от друга, и я снова вижу тот кадр, навсегда оставшийся в моей памяти. Сколько лет я пытался выкинуть его оттуда, забыть, бросился в бега, но сейчас мне осталось лишь смирение, ибо тайна, которую как бы мы не скрывали от самих себя, всегда раскрыта Отцу нашему.

            В той долине, в том краю земли, видному мне, ангелы смеются надо мною, но Сатана, воплощение моего злорадства, улыбается в лицо. Но Он ближе к нам чем наша сонная артерия, и яд, проходящий в наших сосудах виден Отцу нашему, и только ему. И чист тот, кто чист совестью а не кожей, ибо за той тонкой кожей под которой мы прячем свое происхождение есть большее. И покой, смешанный с виной и кровью, я обретаю с каждым словом Божьим.

            Есть легенда о том, что природа, обиженная на людей отняла у них море. И люди поняли, что вся их жизнь зависела от того, что было вместо песчаной бесконечности. И тогда люди отправились в путь, чтобы вернуть утерянное. Но с каждым шагом испытание превращалось в муку, и люди сдавались, кроме одного самого стойкого. Тот пройдя долгий путь, заметил умирающую рыбу. Задумавшись, он поднял ее, и опустил в бутылку, где оставались его последние запасы питьевой воды. Он научился жертвовать собой ради природы, и природа наградила его. Он вновь услышал шум морской.

            И стоя здесь, на обрыве, я впитываю это зрелище, пока внутренний покой и бой моря со скалами не нарушает …

            …Крик!

            - Не особо понимаю вообще, что они хотят сказать этим? – возразил Барыш, эмоционально, резким движением руки указав на старый телевизор, который лежал у стены уже не первый год. Он сам особо не помнил, был ли он вообще когда-то новым.

            Бывают моменты, когда после борьбы с бесконечным грузом дневных забот, ночь охватывает людей тяжелой грустью, и страстью к рассуждениям, изгоняя сон из тела. Вот такой и была та роковая ночь, когда Барыш и Кевин расслабленно развалившись на диване, смотрели «Вий». Смотрели они без особых эмоций, пока терпение Барыша иссякло, видя противоречивость в сюжете, оскорбившая веру Христа.

            - Ты о чем? –тихим, выражающим полное равнодушие голосом спросил Кевин. Он даже не шевельнул бровью, заранее предугадывая причину резкости друга.

            - Все это фарс. Человек, впустивший в свое сердце Господа нашего Христа, никогда не будет трястись от страха при виде каких-то ведьм – ответил Барыш, и видя вопросительно поднятые брови Кевина, продолжил – Никакая нечисть, будь то ведьма, демон, даже сам Вий, не в силе победить веру. Именно вера делает нас неуязвимымы.

            - Неуязвимость, по твоему мнению – отсутствие страха?

            - В какой-то мере – да. Любовь к Богу преграда для всех врагов веры. Бог есть любовь, и пребывающий в любви, пребывает в Боге, и Бог в нем.

            - Ты хочешь сказать, что ты ничего не боишься?

            - Не боюсь, - резко прервал его Барыш.

            - Темноты? Смерти? Абсолютно ничего? – разговор начал интриговать Кевина, и где-то там, в колодце его мыслей зарождалась идея, до которой он еще до конца не дотянулся.

            - Для меня жизнь – Христос, смерть приобретение.

            - Христианство построено на основе страха и подчинения, - с ухмылкой посмотрел на него Кевин. – впрочем как и все религии.

            - Наоборот. Христианство вера бесстрашных.

            - Почему ты не понимаешь что все эти знаки, идолы, религии – все плод человеческого воображения? Да человек самое опасное существо из всех живущих в природе. Только человек, вполне осознанно лишает жизни себе подобного!

            - Не только.

            - Не только?

            - Богомол.

            - Ах да, - рассмеялся Кевин. И полностью расставив в голове все кусочки пазла по местам, достав ту идею из колодца мыслей, хитро улыбнулся: – Ну если ты такой бесстрашный, и уверен в своей вере, сможешь так же?

            Барыш вопросительно посмотрел на него.

            - Остаться на ночь с мертвецом.

            - Конечно смогу, - без сомнения в голосе прозвучал ответ.

            - Я достану труп. Если проведешь ночь, дам тебе три тысячи долларов.

            Барыш слегка насторожился.

            - Ты с ума сошел? Три тысячи?! Да я это с легкостью сделаю. А ты вот, уверен, что готов потерять три тысячи?

            - Ты знаешь мое слово. Сделаешь – наутро же три тысячи твои.

            - Я только рад получить возможность доказать Господу моему силу своей веры.

            - Ну так договорились. Завтра ночью.

            Последние слова Барыш услышал как сильный звук в своей голове, как …

            … Крик.

            - Ты можешь отказаться. Я даже думаю, не передумать ли мне.

            - Атеизм трещит по швам? Начал признавать Христа?

            - Наоборот. Я все сильнее перестаю верить в твою веру.

            - Где ты откопал труп? – они сидели за рулем фургона, и у обоих была некая неловкость, так как каждый чувствовал за спиной холодное тело мертвеца. Казалось труп дышал им в затылок, и как бы они не отгоняли эту мысль, некий трепет, волнение наполняло сердце. Однако отступать было поздно.

            - В морге, - избегающе ответил Кевин, и открыв дверь с водительской стороны, спустился с фургона. Барыш последовал за ним.

            Они пару минут молча смотрели на холодный труп, и Барыш, собравшись, первым дотронулся до него, пытаясь поднять. Кевин моментально схватил труп за ноги и помог другу.

            Спустившись в подвал, Барыш и Кевин уложили мертвое тело прямо посреди комнаты.

            - Ты все еще можешь передумать, - сказал Кевин, поставив руку на плечо друга.

            - А ты сразу же признать мою победу и отдать мне деньги, - прервал его Барыш.

            - Уже трусишь?

            - Встретимся утром.

            Барыш сел прямо перед оболочкой, чья душа уже находился вдали от мира живых, и слышал, как медленно туфли Кевина стучат по лестнице. Шаг за шагом стук отдалялся. Звук распространялся по всему чулану. Кевин, не дойдя до конца, остановился и подумал…

            - Ты согласна? – спросил он, смотря ей прямо в глаза. Он уже знал что она полностью в его руках, и даже если сомневается, ее сомнения преодолеет то, что он собирается предложить. Блондинка, с синими глазами, смотрела на него кокетливо, но пристально. На его лице отражалась триумфальная улыбка, а не ее – простая радость. – Ты сможешь сделать это?

            - А то!

            - Тебе просто надо будет изображать мертвую. Как только услышишь, что я покинул помещение – жди. Пусть он начнет сомневаться, бояться. Расслабься, ты все равно знаешь, что в комнате трупа нет. А он не должен это понять. Когда почувствуешь что достаточно времени прошло, просто встань.

            - А это его не сильно напугает?

            - Испугается, а потом сразу же поймет, что шутим. Тут тысяча долларов. – Кевин протянул ей конверт. – мало кто за ночь столько зарабатывает.

            - Справлюсь, - услышал он в ответ и начал предвкушать победу над Богом.

            … он поднялся до конца, и вышел из чулана.

            Время для Барыша замерло. Холодно? Нет. Он сам себя пугает. Тихо. Не волнуйся. Все-таки тут прохладно. Он постоянно оглядывался на тело. А ведь когда-то остановившаяся кровь кипела в этом теле, но сегодня оно просто объект в споре двух сумасшедших. Сколько прошло? Всего лишь пара минут! Нет, тут что-то с часами. Надо двигаться, чтобы холод не преодолел. Он бешено метался с одной стороны комнаты в другую. Телефон! Конечно же! Можно покопаться в телефоне! Он вытащил мобильник. «Черт! Нашел время разрядиться!»  Холодно. Откуда такой холод? Некие мысли начали его пугать. Что там он говорил? Вера! Точно! Его спасет его вера. Библия. Он вытащил книжку, открыл ее, и начал повторять.

            «Отче наш…» «Отче наш…» нет нет! Мысли бегают! «…Сущий на небесах…». Он боится? Нет. Впусти Христа в себя! Страх естественен, но Господь всегда на твоей стороне! А вдруг? Перестань! Такого не может быть! «Да святится имя Твое!». Как можно страшиться мертвого тела?! Живых надо бояться. Мертвец не в силе тебе причинять вреда. Успокойся. Тебе нужен покой, а покой найдешь только в вере! «Да пребудет царство твое! Отче наш!». Что за глупости! Это же труп! Это же просто труп…

            Кевин распахнул дверь чулана. Он спускался таким же медленным шагом каким поднимался 6 часов назад. Было темно, и едва замечались разные предметы от солнечного света, попадавшего от открытой двери. Он несколько раз моргнул и заметил труп, лежащий в комнаты, но...это был не тот, который они притащили! И вдруг он услышал сумасшедший женский…

            … Крик!!!

            Тот, кто боится темноты, оказывается в ее объятиях; тот, кто боится высоты, всегда падает в своих скрытых снах. Те, кто боятся признать свои ошибки, скрывая их за ложью, умирают, повторяя в устах правду и только правду. Наши страхи покоряют нас  в любом случае, в любом виде. Они следуют за нами до тех пор, пока мы не смотрим им в лицо. Но ничто не может сравниться со страхом перед собственными ошибками. Они, те самые ключевые точки в нашей жизни, подобные небольшому предложению, где могли бы быть запятыми. Но сколько бы не зачеркивал их, стереть не сможешь. И тогда, такие как я, ищут свой покой там, где шепчут себе свои ошибки, и грустно улыбаются.

            Крест в моих руках тяжелее, чем кажется. И каждый день, стоя тут, я слышу тот ужасающий женский крик, человека проходящего испытание не предназначенное ему.  Вера ее спасла от тяжести жизненной ноши, отняв разум, ибо как говорил Барыш, только истинная вера способна дать силу, провести ночь с бездушным. Каждый раз, когда я захожу молиться, на меня смотрит сын Божий. Он смотрит на нас с жалостью, и просит Отца нашего простить грехи наши. Но хотим ли мы этого? Прощаем ли мы друг друга, а самое важное, умеем ли мы прощать самих себя? Если нет, то зачем мы здесь? Зачем наши грехи не отпускают нас? А может это мы не можем отпустить их? Ведь без них, я бы не обрел Христа.            Если совесть стоит тридцать серебряников, то я свою продал свою за три тысячи. И только впустив в душу Христа, я смог удержать последнее, что осталось во мне от Человека.

            А море бьющееся о скалы, солнце покидающее нас, звук ветра режущий слух, ничто не заглушает тот крик в ушах. Даже святая вода не смывает кровь с моих рук. Но я верю. Верю, что в один день Отец посмотрит на меня, и я буду прощен, ведь Человек … ведь Человек все-таки не единственное живое, убивающее себе подобное.

Очень плохоПлохоУдовлетворительноХорошоОтлично (13 голосов, средний бал: 4,31 из 5)
Загрузка...