Людмила Козлова

Людмила КозловаЧлен Союза писателей России с 1994 года. Создатель, издатель и главный редактор журнала Бийского отделения СП России "Огни над Бией" (издаётся с 2004 г), поэт и прозаик.


Рассказ "В Бухенвальде"

синопсис

В рассказе описано  своеобразное сообщество людей, вынужденных выживать в  кварталах, где расположены  одноэтажные неблагоустроенные общежития. Народ дал имя  этой стране бараков  – Бухенвальд.   Барак – неблагоустроенное одноэтажное общежитие, где есть центральное отопление, но нет водопровода и  канализации. Многие кварталы бараков были построены ещё в довоенное или послевоенное  время  (40-50-е годы).

Одной из главных достопримечательностей  Бухенвальда является  кагатное поле – место хранения  буртов мороженной сахарной свёклы на территории сахарного завода. Каждый  в Бухенвальде  знает,  что  любой  кагат  разбит  на  "деляны".  Деляна –  это  личная  собственность  конкретного  живого  бухарика. На  чужую  личную  собственность  здесь  никто и не  пытается  посягать. Это чревато…

В сумерках,  сгустившихся до  нужного  предела, начинается полезная разумная  деятельность  бухарика. Она целиком  посвящена  освоению его личной собственности. За ночь  несколько  рейсов  с  рюкзаком,  сумкой,  санками  – и  семья  обеспечена  на  сутки-двое  и  выпивкой, и  едой..

Свёкла  пареная,  жареная, высушенная  в  цукаты,  пироги  со  сладкой  начинкой – чем  не еда. Барда, сваренная  из  свёклы  и  заправленная  дрожжами – будущий  самогон.

 Самогонный  аппарат  более  или  менее  совершенный смонтирован и успешно  используется  каждой  семьёй  Бухенвальда. Самогон –  валютный  фонд  бухариков. Самогон  обменивается  на  всё – на  еду,  одежду, услуги. Кагатное  поле  и  его  продукт – самогон – это  вечная  гарантия  свободы  в  Бухенвальде.

 Курить и пить жители Бухенвальда  начинают  одновременно с  освоением  родного  языка. Чтобы  убедиться  в этом,  стоит  лишь  оглянуться  вокруг.

Вот важно  шествует независимой  походкой  взрослого  мужчины,  засунув  руки  в карманы  брюк, обтянув  мускулистую  попку,  любимец  Бухенвальда  Артём. В  зубах  его  дымится  вечная  сигарета. Ему всего  четыре  года, но  ни  в походке,  ни в  лице  нет  ничего  детского. Глаза с прищуром смотрят  на  мир. Ноги  уверенно  несут  его  по  знакомой  улице.

 Вдруг  откуда-то  из  другого  мира  выезжает  ничего не подозревающий  велосипедист  лет семи-восьми. Одной  секунды  достаточно  Артёму,  чтобы  оседлать  багажник. Словно  дикая  ловкая  обезьяна,  не знающая  промаха в прыжках, он оказывается за спиной  велосипедиста и  тычками  в спину,  дополняя их  возгласами  на «родном»  языке,  пытается "пришпорить  коня". Прокатиться  на  дармовщинку  –  это  любимое  занятие  Артёма. Своего  велосипеда  или  хотя  бы  самоката  ему  не  видать никогда – он обитатель Бухенвальда,  восьмой  ребёнок  в семье,  четверо  из  которых  уже  сидят  в  тюрьме.

  А вон идёт ещё один  любимец  Бухенвальда – Боб  Сергеич.  Это  уже  совершенно  взрослый,  если  не  сказать  более,  член  общества. Вчера  ему  исполнилось  пятьдесят  два  года,  поэтому  он  несколько не в себе. Это  заметно  даже  издалека – по  траектории,  которая  выписывается  при  его  целенаправленном  движении.

Но оригинальная траектория – это не  главное.

Солнце  теряется  на  небе,  изморозь  падает  с  проводов,  рассеивается  туман  и  грохочут  громы  небесные,  когда  появляется  Боб  Сергеич,  потому что без него нет  Бухенвальда. Договориться  о ремонте  квартиры, самовара,  утюга, подбить  каблуки, выточить  нужную  деталь, запаять, заварить  дырку, найти прокладку на кран, отремонтировать  дореволюционный  телевизор и многое, многое  другое – всё это  можно  всего лишь  за  "пузырь" самогона. Вечный  двигатель, перепетуум-мобиле,  работающий  на  смеси  спиртов,  полученных  благословенным  и  древним  методом,  он  –  душа  и  сердце  Бухенвальда.

Что они,  эти  плоские  бараки,  эти  помойки  и  все  свободные  бухарики  без  Боба  Сергеича?  Просто пошлое собрание неодушевлённых  предметов.

Всмотритесь  вперёд  с  зоркостью  капитана   дальнего  плаванья, и  ваши усилия будут  вознаграждены. Прямо на вас  движется  колоритная  личность – Дуван. Его  шкиперская  чёрная  бородка,  красивая резная трубка, весёлый взгляд,  отмеченный  природной  хитростью,  его  странное  одеяние,  похожее  на  морской  китель – всё  выдаёт    в  нём "морского  волка".

 Вы  не  ошиблись – этот  человек  пережил  и  штормы,  и землетрясения, и минуты, когда  костлявая  заглядывала  ему  прямо  в   зрачки – семнадцать  лет  тюрем  и  исправительных  лагерей. Эти  испытания  породили   в  нём  жгучее  желание  воровать  как  все – то есть  на  месте  работы,  за  что  в  отличие  от  вульгарных  краж  личного  имущества, никто  не  страдает, если  нет на  то  специального  указания  высшего  начальства,  что  бывает   весьма  редко.

Выразительная  краткая  кличка  говорит  о нём  больше,  чем  длинный  рассказ  о его  достоинствах  – Дуван.   Иного  имени  он  не  имел, а это – единственное  и  ёмкое – вынес  из  тесного  пространства  тюремной  камеры.

Портрет местечка  дополняется историей главной сплетницы Бухенвальда Бабы Дуни и трагической историей  семьи  Матрёны, которую она пыталась создать без мужа.

Сколько  их,  таких  Бухенвальдов,  ещё  существует  в  больших  и  малых  городах,  пригородах  и  весях  огромной  нашей  страны. Самое  печальное  то,  что  Бухенвальд  вечен,  так  как  обречён  воспроизводить  и  повторять  себя  в своём  потомстве.

Бухенвальд  не  укладывается  в  Историю  Ветхого  Завета,  ибо  здесь  Артём  родит  Артёма, Боб  Сергеич  родит  Боба  Сергеича, Дуська  родит  Дуську,  а  Матрёна  – Кольку,  Зойку  и Руслана,  которые  в совокупности  и есть  сама  Матрёна.

Очень плохоПлохоУдовлетворительноХорошоОтлично (8 голосов, средний бал: 5,00 из 5)
Загрузка...