Коллегорский Виктор

Viktor KollegorskiyУвлекаюсь восточной культурой и поэзией. Переводил классическую и современную поэзию Востока, в том числе азербайджанскую, узбекскую, туркменскую, таджикскую и казахскую. Переводил Низами (всю лирику, кроме касыд), Хафиза, Руми, Омара Хайяма, Алишера Навои, Сеида Азима Ширвани, Сабира и др.


Сборник стихотворений "Восточные мотивы"

  *** Как блистательный зодчий возводит дворец, Зданье разума стройно возводит мудрец. Но труды его тщетны: по воле Творца – Миг – и рушатся стены любого дворца.   *** О рифма путеводная ааба, Ты – как для правоверного Кааба, Венчаешь ты и мой безвестный стих И стих бессмертный перса иль араба.   *** Как мотылёк, что над свечой кружит, Летит на свет и знает, что сгорит, – Так, зная всё, и ты, душа моя, Летишь на свет из тьмы небытия.   *** Вглядись в себя – ты нищ, и гол, и бос. Во рту зубов, на темени волос Давно уж нет. Ты времени подвластен – Из семени его твой дух пророс.   *** Пел о любви Абдуррахман Джами. Пел о любви Джалалиддин Руми. Пел о любви великий Низами. Спой наконец и ты нам о любви.   *** Пел о любви индиец Дехлеви. Пел о любви создатель «Месневи». Пел о любви великий Гянджеви. Спой наконец и ты нам о любви.     *** Из глины сотворил меня Господь И душу вдунул в глиняную плоть – Душа в темнице глиняной томится, Но свой кувшин боится расколоть.     *** Когда умру по милости Аллаха, Надеюсь, мне поведает Аллах, Зачем он вызвал жизнь мою из праха, Зачем её опять рассыпал в прах.       ПОДРАЖАНИЕ  ХАФИЗУ   Ты блещешь красотою, как луна, И, как луна, всегда ты холодна. Открой Хафизу дверь – на небосклоне Души его сияешь ты одна.       *** Сквозь пальцы жизнь моя текла, пока Касалась глаз моих твоя рука. Судьба моя сквозит в твоей ладони, А ты – как прежде, так же далека.     СЛОВО   Серп времени нас жнёт по одному. Блеснёт он – и во прахе всё коснеет. А слово неподвластно и ему. Оно – как дух: где хочет, там и веет.     ПОДРАЖАНИЕ АБАЮ   Как некогда учил один мудрец, Бесценных тайн отверзший нам ларец:   – Чем жемчуг слов бессмысленно ронять Пред тем, кто не способен их понять,   Чем душу расточать пред ним свою, Не лучше ли откармливать свинью.   В ответ на попечение твоё – Хоть жиру прибывает у неё.     ИЗ СЕИДА АЗИМА ШИРВАНИ   Ни вина, ни любимой в саду – ничего уже нет у меня. Что здесь делать? Чего же я жду? Ничего уже нет у меня.   Я в разлуке извелся вконец – утешение где я найду? К виночерпию с горя пойду – ничего уже нет у меня.   Виночерпий, вино ее уст – вот лекарство одно для меня. Без него я совсем пропаду – ничего уже нет у меня.   Что, Сеиду, мне делать в мечети – мечеть навевает тоску. Я в вине утешенье найду – ничего уже нет у меня.       ИЗ БАХТИЯРА ВАГАБЗАДЕ Рустаму Алиеву   Что мы – и разве только нам на речь даны права? Томится мыслью и трава – и ей нужны слова. Томятся звёзды в небесах, и на земле – цветы, И даже бабочки на них томятся, как и ты.   Взгляни, какой-то давний спор ведут вершины гор, Деревья, камни и кусты вступают в разговор. Всё, всё, что некогда на свет из мрака рождено, – В одну таинственную мысль с тех пор погружено.       ВЕРБЛЮД   И царство своё, и свободу, И свой бесприютный ночлег Отдаст он за ржавую воду И жёсткий, колючий побег. Да будут в избытке отныне И пища ему, и питьё: И сладкие воды пустыни, И горькие всходы её.     ЯЗЫК ПТИЦ                           Свою поэму так назвал Фаридуддин,                         И Алишер лишь с ним сравниться мог один.                         Но ни Аттар не скажет нам, ни Навои,                         О чём в саду сегодня пели соловьи.   -1- Я сперва все слова ощеглю, оскворечу. Заучу, улечу. И подарит при встрече Мне щегол свой глагол, чтоб я выступил с речью На пернатом, щебечущем, свищущем вече.     -2- Я высвистывал, выщёлкивал. Ощеглён и оскворечен, Я – щегол сегодня в Щелкове И скворец в Замоскворечье.   И под вечер из скворешника Полечу на вечеринку За скворешников Столешников На щеглиную Неглинку.   -3-   И швец, и жнец, и на дуде игрец, Всё так же нищ и гол я, как щегол. Так кто же я – творец или скворец, И где же он – божественный глагол?   -4-   Когда б я был скворцом лесным – Не скверным, не бульварным, Я мог бы стать совсем ручным И людям благодарным. Не дай же Бог мне быть иным – Неверным и коварным.     -5-   Я и скворец, я и сквалыга, Я и щегол и прощелыга, И певчий дрозд я и прохвост, И зяблик я и забулдыга, И жизнь моя короче мига Под звон и свист до самых звезд.       ОБЛАКА НАД ДЫЛЫМОМ   Какое утро! Тихо, как во сне. Скрижали гор яснеют в вышине.   И вьется невесомый белый дым Над дремлющим селением Дылым.   И солнце здесь восходит не спеша, И светом умывается душа.   И все свои обиды и печали Я запишу на длинные скрижали   И тут же их забуду навсегда – Как дым, они исчезнут без следа.   И станет жизнь моя воздушна и легка, Как эти, над Дылымом, облака.         ШКОЛЬНЫЙ ПРАЗДНИК   В степях семипалатинских, В садах Семирамиды К шатрам князей Барятинских Младые льнут Армиды, И нежатся в объятьицах На Сене и на Каме Венеры в бальных платьицах, Болтая башмачками. И, сдвинув губки бантиком, От Польши до Аляски Смущённым юным франтикам Анюты строят глазки.       НАБЕГ   Вздрогну даже и сейчас – Половецкий свистопляс   Режет уши. Это Гза Налетает, как гроза.   Рак ли свистнет, конь взбрыкнёт – Ветер деву умыкнёт, Словно леди Гамильтон, Из Путивля на Эльтон.   Грозно подал бас Кончак И умчал за Баскунчак   Деву, яко тать в нощи. … А теперь – ищи-свищи!     *** У врат земного рая – Тибетского Синая Блаженная страна И блещет золотая Шумерского Китая Имперская стена.   В египетской пустыне Не райской ли латыни – Небесный брат Вэньянь, В надмирной Палестине В эфирном Аомыне Им горний жив Тайвань.   Там, у ворот Тайбэя, Ацтекского Бомбея Разноголос санскрит, И Шампольон, робея Взяв в руки скарабея, По-скифски говорит.   * * * Майскою розою, райской мимозою Вспыхнул небесный Грааль, Чайным Тайванем, эфирной Формозою Блещет, как горний хрусталь. Вот и открылся в блаженной беспечности Обетованный Китай — Чаша чудес, дароносица вечности, Перелилась через край. И, сумасбродкой душой не заслужена, Вложена вышней рукой, Влажного счастья речная жемчужина Сердцу дарует покой.         ЛИМЕРИКИ *** Шейх Сабир после чаю с морошкой Ел пломбир с шоколадною крошкой. Крошка чай не пила, Но была с ним мила И трясла шоколадною ножкой.   *** Переводчик Рахмат из Герата Заключил договор на Сократа И теперь страшно рад: Не писал ведь Сократ, А Рахмату – полистная плата.   *** Забияка поэт из Баксана Жил с красоткой по имени Ксана, Но с тех пор, как в кино Посмотрел «Сирано», Называл её только Роксана.   *** Дан приказ эскадронам из Кушки Всем стрелять по воронам из пушки, Тушки сдать в Пищепром, А вороньим пером Набивать тюфяки и подушки.   *** Чудо-мышка из Майдаадыра Зачитала до дыр «Мойдодыра», Но, едва «Мойдодыр» Был проеден до дыр, Вновь польстилась на дырки от сыра.   *** Здоровяк новобранец из Кушки Так храпел – не разбудишь из пушки, Но на запах халвы Не замедлил, увы,   Очень плохоПлохоУдовлетворительноХорошоОтлично (2 голосов, средний бал: 4,00 из 5)
Загрузка...