Иван Волков

Фотография

Родился и вырос в Таллине. Учился в Санкт-Петербурге. Полтора года провел в Заполярье. Сейчас проживаю в Москве. Работаю журналистом.


Повесть “Стеклянный город”

Синопсис

Эта история о безработном и порою запойном типе, который мечтает о больших деньгах и комфортной разнузданной жизни. Он едет работать на Русский Север обычным корреспондентом, чтобы как-то «примазаться» к нефтяным воротилам и политикам. Среди них можно узнать и деятелей, по сей день вхожих в российский истеблишмент. Однако из-за отсутствия потенциала к подлости, лизоблюдничесту и лжи старания героя оборачиваются против него самого.

отрывок

Перспектив я не видел. Нефтяные воротилы в буржуинство не звали. Властные персоны тем более. Я соображал, что пора сваливать. Хватит, устроюсь на ликероводочный, где работает Лева. В Петербурге хотя бы теплее.  

Мои настроения учуял Хиникин и решил полакомить пряником. В начале рабочего дня Андрей Витальевич вызвал к себе.

– Ну, господин интеллихэнт, как ты, пообвыкся? – спросил он меня.

– Пытаюсь, Андрей Витальевич.

– Пора тебе развеяться.

– Что, опять в Нельмин Нос?

Хиникин заискивающе улыбнулся.

– Нет, дорогой, нет. Поедешь в Петербург. Билеты уже есть, получишь у Тани.

– Спасибо.

– Позже я к вам поднимусь, объясню детали. А сейчас иди работать.

Хиникин зашел ближе к вечеру.

– Вот тебе кое-какие копейки, – барственно сказал он и развеял над моей частью стола двадцать тысяч рублей. – Вдруг ты захочешь пригласить в ресторан девушку, удивить ее, так сказать, северным размахом. Созвонись с Васей, он отвезет тебя в аэропорт.

Затем Андрей Витальевич подошел к Роме и нежно потрогал его за плечо.

– А вы, господин Сусленко, – посмеивался главный редактор, – готовьте валенки, шубу, спальник и все остальное. А то отморозите ваш объектив, и конец фотосексиям с молоденькой корреспонденткой телеканала «Самобред», то бишь «Самоед».

– Вы на что намекаете? – не понял Роман.

– Мой юный друг, я намекаю на потрясающее турне по маршруту Нарьян-Мар — Харута — Хорей-Вер — Нарьян-Мар. Ежели ты не в курсе, Харута и Хорей-Вер — это одни из наиболее отдаленных поселков нашего любимого округа. Путешествие продлится шесть дней, так что советую основательно подготовиться. Вы только не волнуйтесь, господин Сусленко. Поедете в весьма достойной компании. Чиновники из администрации Заполярного района — почти светские львы.

Я вновь обратил внимание на себя:

– Андрей Витальевич, забыл вас спросить.

– Да.

– А что будет в Петербурге? Что мне там делать два дня?

– Тебе не все ли равно, дурында?

– По большому счету, да, но хотелось бы знать.

– Наш губернатор, да продлит Аллах его годы, – иронизировал Хиникин, – собрался поучаствовать в большом форуме «Единой России». Мероприятие, как положено в таких случаях, называется громко – «Защитим экологию Русского Севера», во как… Возьмешь у Игоря Геннадьевича коротенькое интервью и отдыхай. Обязательно займись шопингом. В этом Нарьян-Маре приличных тряпок не достать.

– Понял.

– Вот и славненько, – выдохнул Хиникин.

Уходить Андрей Витальевич не торопился. Прошелся по кабинету. Зачем-то заглянул в шкаф, в котором висел детский карнавальный костюм Спайдермэна (не понятно, откуда он взялся).

– Чьи это порноштаны? Твои Сусленко? – спросил Андрей Витальевич.

– Не знаю, – говорил Рома, – наверное, тех, кто сидел в этом кабинете до нас.

– Да, припоминаю, была тут одна Инга. Посидела несколько месяцев и ушла в декрет. За то и не люблю брать этих баб на работу.

Хиникин снял для меня прекрасный номер. Широкая двуспальная кровать, окна выходили на Невский проспект. Я лег на мягкие подушки, заказал по гостиничному телефону двойной мартини. Атмосфера взлета, пусть даже и временного. Естественно, позвонил Лёве.

– Алло…, – послышался знакомый голос, осипший и похмельный.

– Это я.

– Старик, ты где?

– В Питере.

– Ты приехал? Надо срочно увидеться. Мне опохмелиться во как необходимо, а не с кем! Да и средств нет!

– Я свободен, приезжай в центр.

Мы встретились, обнялись.

– Пойдем, тут есть местечко, – сказал радостный Лева.

Зашли в бар. Я заказывал выпивку, короче, удивлял северным размахом. Впервые в жизни я чувствовал, что деньги – не проблема. Хиникин дал двадцать тысяч, плюс моих двадцать. На пару дней хватит с избытком.

Мы налакались. Лева спал в моем номере, всю ночь храпел и брыкался. Утром я проснулся с болью в суставах. Через двадцать минут начинался форум. Я стал будить Леву:

– Вставай, скотина!

Последовал хороший удар в бок.

– Я спать хочу и опохмелиться, – капризничал Лев.

– Некогда, мне на форум пора!

– Закажи хотя бы кофе.

– Я тебе говорю, некогда!

– Боря, ты мудак. Даже шлюх без чашки кофе из номера не выпроваживают, а я тебе друг.

– После, мне пора!

Мы дошли до отеля «Коринфия».

– Я буду в «Маяке», дай только денег, – буркнул Лева.

Я достал пятьсот рублей, и Лева отправился в «Маяк», рюмочную для деклассированных типов, вроде нас.

В роскошных залах отеля собрались успешные люди России. Губернаторы, немножко депутатов. В общем, начальники — все, кто поймал за хвост мечту нашего дрянного времени. Эти низкорослые дяди сверкали дорогой обувью, костюмами, шелковыми галстуками от именитых модельеров и, естественно, запонками. Перед входом в отель их ждали персональные водители, сидя в просторных «Мерседесах».

Официантки разливали бесплатный кофе, подавали канапе и небольшие бутерброды с малосоленой семгой. Среди присутствующих журналистов оказалось немало знакомых, для кого не так давно приходилось строчить тестовые задания.

После короткого завтрака пригласили в конференц-зал. Пошли всевозможные речи. Докладчики претворялись, что говорят умные вещи. Другие присутствующие делали вид, будто их понимают. Мероприятие строилось на взаимном лицемерии, которое, как водится, рождает бездонную скуку. Я не выдержал и вышел в бар.

– Вы заезжей прессе наливаете? – спросил я у парня за стойкой.

Тот отвечал с безучастным видом:

– Пейте.

– Дайте сто водки.

Через полтора часа в фойе вышел Игорь Геннадьевич Федоров, губернатор НАО. На форуме приходилось за него краснеть. Знакомые журналисты то и дело спрашивали: «Это ты, значит, приехал с этим дебилом?»  

Я подошел к нему.

– Доброго дня, Игорь Геннадьевич!

– А, Борис, доброго-доброго.

– Вы меня знаете?

– Видел в Нарьян-Маре, вы высокий, вас трудно не заметить. Да и город наш, сами знаете…

– Игорь Геннадьевич, короткий вопрос…

– Задавайте. Только быстро, меня ждет машина.

– Игорь Геннадьевич, всем известно, что наша ненецкая Амдерма — скопление мусора. Как вы собираетесь с этим бороться?

Глупый вопрос… Ответ оказался еще глупее, хотя и более интересным.

– Собираемся… Надеюсь, дух оленя поможет нам в этом.

– В каком смысле?

– У нас ведь как в Ненецком округе? Олень думает, что он главный, пастух думает, что главный он, губернатор думает, что он всему глава. Но, на самом деле, все мы не правы. Главный — дух оленя.

– Понятно…

Федоров накинул пальто и укатил в «Мерседесе». Интервью, можно сказать, состоялось.

На улице ждал хмельной Лева.

– Старик, я пытался пробиться к вам.

– Так что не пробился?

– Тут двойное кольцо охраны. Я чуть дюлей не отхватил.

– Извини.

– Вам хоть наливали?

– Еще бы.

– Мать их, и почему меня не пустили… Ладно, пойдем выпьем.

Мы пили, еще и еще… На третий день я вернулся.

На планерке Андрей Витальевич похвалил мой материал.

– Живо, легко читается, – поддельно радовался Хиникин. – А Игорь Геннадьевич, так он вообще получился прекрасно. Таким человечным… Истинный борец за будущее округа.

О том, что Федоров хочет заручиться помощью духа оленя, я, разумеется, умолчал.

Следом вернулся Сусленко.

– Как съездил?  – спросил я.

– Потом.

Рома закрылся у себя в комнате. А утром, в редакции, он затянул печальный рассказ:

– Это труба… Мы выехали от здания администрации Заполярного района на камазе-бытовке. Трясло, как хер знает где. Сначала Харута, потом Хорей-Вер. Утром совещания, вечером скучные концерты. А после вся делегация отправлялась по бабам.

– А ты?

– Ты бы видел тех баб… Водитель зажимал толстых поварих школьных столовых, Безмудов Валентин Александрович, глава Заполярного района и, кстати, свекр нашей Безмудовой, уединялся с женщинами из поселковой власти, кому далеко за… Не такой уж он и Безмудов, как выяснилось. Чиновники помельче разбредались по амбулаторным медсестрам и учительницам. А один хрен, пожилой чинуша, возил с собой полный пакет конфет. В каждом селе он угощал детвору, приговаривая: «Кто знает, может и мои тут бегают…»

– Ну и? Ты-то из-за чего вернулся подавленным?

– Понимаешь, я уже спал в Хорей-Вере на диване в администрации. Во сне вдруг чувствую на своих щеках и губах что-то влажное, будто лошадь тычет мордой в лицо. Открыл глаза, а это уборщица в синем халате лезет с поцелуями. Я захотел вскрикнуть, но она приложила указательный палец руки, которой только что держала половую тряпку, к моим губам и так, нежным шепотом: «Тщщщщщ, мой сладкий». Еле ее отпихнул! Остаток ночи, разумеется, не спал. А по возвращению отрубился. Поэтому и не выходил до утра.

– Напиши об этом в газете. Отметь до неприличия низкий статус окружных   бумагомарателей. Депутатам и чинушам дают училки да медички, а тебе – задерганная уборщица. Нужно менять этот скотский порядок.

И Рома написал. Правда, не статью с элементами эротики, а по собственному желанию.

Очень плохоПлохоУдовлетворительноХорошоОтлично (18 голосов, средний бал: 3,83 из 5)

Загрузка...