Давудшах Сулейманшах

Меня зовут Довут. Мне 51 год. По специальности я агроном. Почти 25 лет работал по профессии. Не смотря на специфику выбранного профиля, я с ранних лет увлекался творчеством. Свой первый рассказ я опубликовал в газете "Бадахшони Совети" в 1989 году. И с тех пор, периодически, литературные журналы Таджикистана и России публикуют мои произведения. Пишу как и на русском так и на таджикском языке. В 2014 году в Москве была издана моя авторская книга "Письмо Богу". My name is Dovut. I am 51 years old . I am an agronomist . Almost 25 years I worked by profession . Despite the specificity of the selected profile , from an early age , I was fond of creativity . My first story was published in the newspaper " Badakhshon Sovety" in 1989 . And since then , periodically , literary magazines Tajikistan and Russia publish my works . I am writing as in Russian and Tajik language. In 2014, "Letter to God " my author's book was published in Moscow.

Литературное произведение(рассказ) "Сельские учительницы"

Отрывок

Синопсис    Если  все  профессии  пишутся  с маленькой буквой, то профессия учителя всегда с большой буквы – Учитель. (Русский писатель и исследователь Востока  Николай Рерих)       Хусноро и Гулоро вышли из дома Садафмох, учительницы математики кишлака Воиздашт, с тяжелым сердцем и мокрыми глазами. Они чувствовали себя полностью разбитыми - такой тяжелый след оставили в них причитания и плач Садафмох по безвременно умершему сыну. Она плакала кровавыми слезами, словно обрезанная весной виноградная лоза, беспрерывно истекающая соком. Как пылающая свеча, как раненная лань, охрипшая от криков, она рыдала так, что каждый ее душераздирающий возглас заставлял красавицу Гулоро плакать вместе с ней. Слезы градом текли по щекам Гулоро, и она, не успевая утереть их платочком, продолжала безудержно рыдать. Недалеко от дома, где был траур, несколько молодых людей в черных и зеленых тюбетейках топтались около китайских маршрутных машин со странным названием «Тангем» и вели душевный разговор, присущий всем водителям. Ждать им пришлось недолго. Мужчины и женщины, пришедшие выразить соболезнование Садафмох, толпою выходили из двора и спешили к маршруткам. Хусноро и Гулноро со знакомой женщиной из Хуфа и ее дочерьми, с болью в сердце и тяжелыми головами, сели в «Тангеме» на заднее трехместное сиденье, прижавшись друг к другу. Передние сиденья заняли мужчины. Внутри машины было  холодно и воздух был тяжелым. Снаружи летали редкие снежинки. Первый месяц зимы был почти без осадок. В горах бытует поговорка «Чиллаву чил пархак» (Выпавший в декабре снег не устойчивый»). Снег шел в Рушане всю ночь, посыпал все вокруг и теперь лежал тонким слоем, словно просеянная мука, но был недолговечен. В горах же его выпадало больше, и он залеживался,  превращаясь в ледник. Машина шла в сторону Хуфа и Пастева. Вокруг все было бело от снега,  приграничная река Пяндж была маловодной, и берега то тут, то там покрыты льдом. Хусноро, глядя в окно машины, за которым взору открывалась панорама зимних гор, задумалась, мысли увели ее во времена ее молодости... Была зима. Она была единственной студенткой четвертого курса русской филологии из Ишкашима. В студенческом общежитии она жила вместе с тремя девушками из Бадахшана. Аввалмох и Мохджон были из Рушана, а Сафарбегим - из шугнанского Спинзора. Двадцатого декабря у Хусноро был день рождения. Ее подружки спозаранку начали приготовления на общей кухне общежития. Мохджон готовила праздничный торт, а Аввалмох - плов. Сафарбегим все время хотела ей что-то сказать, но каждый раз начинала смущенно смеяться и проходила мимо Хусноро, бросив на нее многозначительный взгляд. Во время трапезы в комнату вошел брат Сафарбегим - Дидорбек. Он был один, серьезен как никогда и держал в руках букет благоухающих роз. Когда Дилдорбек вручал свой букет имениннице, девушки еле сдерживали свой смех. Хусноро побледнев от волнения,  дрожащими руками взяла розы и, по-девичьи смутившись, даже не поблагодарила  Дилдорбека за подарок. Дилдорбек иногда приходил в их общежитие навестить сестру. По словам Сафарбегим, ее брат был лучшим студентом института. По ночам он работал охранником в каком-то научно-исследовательском институте. Его сестра Сафарбегим всегда была обеспечена деньгами и продуктами, а одевалась по последней моде, не хуже дочерей министров. Подруги после каждого визита Дилдорбека в общежитие хвалили его перед Хусноро. - Мои однокурсницы говорят только о Дилдорбеке. Для большинства из них он - рыцарь на белом коне, - говорила Аввалмох. - Мужчина, настоящий мужчина. Говорят, что в институте никто не получает такую стипендию, как он, - подтверждала слова Аввалмох  Мохджон. Хусноро, подняв голову, посмотрела на Аввалмох. Ее охватило удивление: «Какой смысл имеет этот неожиданный подарок Дилдорбека?», - думала она про себя. «Все понятно. Дилдорбек отдал тебе свое сердце. Не отвергай такого смелого и решительного влюбленного». Загадочные взгляды Аввалмох и Мохджон делали бедную Хусноро еще более смущенной и взволнованной. Рассмеявшись, Дилдорбек коротко и приветливо сказал: - Хусноро, с днем рождения. Дай Бог, чтобы ты всегда была такой же счастливой, как в этот день. - И такой смущенной тоже? – вклинилась в его монолог  Аввалмох. - Ладно, пусть будет смущена, лишь бы счастливая была. - Брат Дилдорбек, вы не сказали вместе с кем! - О том, что и так видно, необязательно говорить. Или я не права, подруги? - бросила реплику Мохджон. Летом того же года Дилдорбек послал сватов в дом Хусноро. Свадьбу сыграли в кишлаке. Дилдорбек и его молодая жена вернулись в город, чтобы закончить учебу. Администрация политехнического института в срочном порядке выделила новой семье смежную, двухкомнатную, обставленную квартиру. Через год молодая чета с успехом окончила институт и вернулась в родные места. Хусноро стала преподавать русский язык в школе, а ее муж работал в городе, инженером в строительной фирме. Хуфские пассажиры высадились в кишлаке Пастхуфе. В машине теперь ехали только Хусноро и Гулоро. Молодой водитель, голубоглазый и сладкоречивый, часто оборачиваясь к ним, спросил: - Уважаемые учительницы  вам не холодно? Я давно включил обогреватель. - Нет, сынок. Не холодно. Спасибо за заботу. Дай Бог тебе долгих лет жизни! - Муаллима (учительница) Хусноро! Сестра Гулоро! Сейчас проедем через лавиноопасную дорогу Пастева, дальше дорога безопасна. - Сынок эти лавины Пастева спускаются в феврале и марте, а не в декабре. - Вы правы, муаллима. Но иногда эти беспощадные «убийцы» могут спуститься и в декабре. - Знаю, сынок. В любом случае веди свою машину осторожно. Говорят же: «Береженного Бог бережет». Не  доезжая до Пастева, машина издала громкий звук и остановилась как вкопанная. Водитель вышел из машины и ударил ногой по шинам, будто пытаясь таким образом хотя бы приблизительно узнать об их состоянии. Потом, надев грязный, промасленный комбинезон, с боку влез под машину. Через некоторое время он, весь в снегу и с почерневшими от масла руками, заглянул в салон «Тангема» и грустно сказал: - Дела плохи. Сломался рессор машины. - Сынок, нет возможности исправить? - Нет, муаллима. Придется поехать в Спинзор и купить у автомеханика, брата Афзалбека, новый рессор. - Сынок послушай меня. Мы почти приехали. До Спинзора осталось не больше трех километров. Мы с Гулоро пойдем пешком до кишлака. Скажу о твоих проблемах моему двоюродному брату Афзалбеку. Если у него есть рессор, то я пришлю тебе его со своим внуком и двумя учениками. На этой разбитой дороге не оставляй свою машину без присмотра. - Хорошо, муаллима. Вы идите. Я буду ждать ребят внутри «Тангема». Здесь теплее. Хусноро и Гулноро вышли на дорогу. С трудом прошли полкилометра пути. - Смотри, какое невезение, Гулоро. Ни одной попутной машины со стороны Рушана, чтобы мы могли доехать до кишлака. - Да муаллима. Зимой в нашем горном районе машины на весь золото… - Хусноро не договорила до конца - неожиданно громкий сигнал машины, испугав учительниц, заставил их разбежаться в разные стороны дороги. Коричневая «Тойота» с затемненными окнами остановилась около них. Бледнолицый, с узкими глазами, коренастый водитель и его пассажир - молодой человек с черными очками на голове,  - смеясь, пригласили их сесть к ним в машину…   Очень плохоПлохоУдовлетворительноХорошоОтлично (55 голосов, средний бал: 4,85 из 5)
Загрузка...