Василькова Вера

Василькова ВераМне 35 лет. По образованию я – инженер по городскому кадастру, окончила московский институт геодезии и картографии.Мои увлечения разносторонни – я танцую сальсу, занимаюсь контактным жонглированием и вяжу, интересуюсь психологией. Сочинять истории – волшебные и не очень – люблю с детства, иногда пишу стихи. В прозе пробую себя в разных жанрах.

My hobbies is rather different, i dance salsa, engage in contact juggling and like knitting. I like make up histories (magical and not much) since my childhood, sometimes write poems.

______________________________________________________________________________________________

Мастер и Марта

отрывок

Звонка на заборе не было. Марта толкнула кривоватую деревянную калитку, которая одинаково хорошо открывалась в обе стороны, и направилась по дорожке к дому. Вдоль дорожки покачивались на ветру растения, самые необычные из всех, какие Марте доводилось видеть: зеленые цветки в окружении пестрых листьев – сиреневых, розовых, синих. За полосами диковинных цветов по обе стороны дорожки располагался огород. Внезапно несколько кустов картошки выскочили из земли и полетели в окно, стряхивая с себя на лету комья сырой земли.

На доме звонка тоже не было, Марта постучала.

– Входи, – ответил знакомый низкий голос.

Миновав небольшие сени, заваленные и обвешанные какими-то душистыми травами, Марта попала в помещение, половину коего занимал сложный механизм, состоящий из множества разнообразных труб, трубок и трубочек, по которым текло, переливалось, пузырилось нечто разноцветное. Тетка Флорана, похожая на распустившую перья птицу, увлеченно командовала этим парадом и отвлеклась лишь на мгновение, чтобы бросить на Марту быстрый взгляд.

– Здравствуйте, – сказала Марта.

– Здравствуй-здравствуй, – отозвалась ведьма.

– Меня зовут Марта.

– Садись.

Марта огляделась, нашла кресло и села.

– Мне нужна ваша помощь.

– Ясно. Хочешь сливу, Марфа?

К Марте подскочил низкий столик на кривых ножках. Столик был покрыт вязаной салфеткой, потрясающе несимметричной и странной – опытным глазом Марта определила, что салфетка связана очень умелыми руками. Поверх салфетки стояла миска с грушами. Марта взяла одну, с сомнением на нее посмотрела и откусила. Груша имела вкус сливы.

– Я полюбила человека, которого нельзя любить, – сказала Марта.

– Я же тебе говорила, Марфа, мужчина – это солнце, а женщина – луна… – напомнила колдунья. – Значит, соковыжималку я сегодня не доделаю, – она махнула рукой на свой чудовищный агрегат и повернулась к Марте.

В трубках сердито забулькало, одна трубка взорвалась и лопнула, из нее потекло. Тетка Флорана с неожиданным проворством подбежала и подставила под мутную струю стакан, вдруг оказавшийся у нее в руке. Наполнив его, она предложила густым басом:

– Будешь картофельный сок?

– Нет, спасибо.

– Как хочешь.

Ведьма уселась в кресло напротив Марты, залпом осушила стакан и громко причмокнула.

– Что значит – нельзя любить?

– У него есть невеста, – Марта грустно вздохнула.

– Тебе нужно приворотное зелье.

– Не поможет. Я уже пробовала.

– Ты, Марфа, не путай, некоторые умельцы так варят, что потом весь городок на ушах стоит. А у меня отличное проверенное приворотное зелье первого и второго вида…

Марта покачала головой.

– Не хочешь? Ну тогда давай, я тебе дам эликсир красоты. Действует очень постепенно: твоя внешность будет изменяться плавно и естественно. Ты превратишься в такую красавицу, что он упадет к твоим ногам.

Марта вспомнила откровения Аннабель.

– Спасибо, не надо мне.

– О, а хочешь какое-нибудь снадобье для развития таланта? Станешь знаменитой певицей или актрисой. Или, может, хочешь стать профессором?

– Нет, не хочу.

– Но тогда чего же ты хочешь, Марфа?

– Меня зовут Марта.

– Я вижу.

– Я хочу перестать его любить.

– Вон оно что… – пророкотала колдунья.

– Хочу разлюбить и никогда не любить его больше.

Теперь ведьма покачала головой.

– Вот что я тебе скажу, Марфуша. Сделать это можно, но это не так просто, как ты думаешь. Когда люди любят, между ними протягивается ниточка – от сердца к сердцу. Чтобы ты навсегда его разлюбила, эту ниточку надо перерезать. Сие почти хирургическая операция, и есть еще один момент. Может случиться так, что ты никого потом полюбить не сможешь.

– Почему?

Тетка Флорана пожала плечами:

– Так уж оно действует на сердце.

– Все равно. Я согласна, – сказала Марта.

– Какая ты решительная… Мой тебе совет, Марфа: уезжай от него подальше. Начни все с начала, с чистого листа на новом месте.

– Не могу. У меня здесь… у меня здесь дела. Да и не поможет это. Мне совсем плохо.

– Да он, наверное, не стоит тебя. Зачем он тебе?

– Зачем? – подбородок Марты предательски задрожал, глаза заблестели. Она развела руками. – Я без него не могу.

– Думается, я знаю, что это за тип: он, небось, гордится тем, что сделал несчастными многих девушек, вместо того, чтобы сделать счастливой одну единственную, – пробасила ведьма.

– Нет. Нет, он не гордится.

– Да, да, я знаю, что это за тип: он способен крови выпить море, а радости подарить каплю.

– Нет. Нет, он совсем не такой. Рядом с ним так хорошо, так светло и радостно, – лицо Марты на мгновение озарилось, словно в ней зажглась какая-то лампочка. – А когда его нет рядом, становится невыносимо пусто и вообще – бессмысленно, – лампочка погасла, Марта зябко поежилась. – Вот, в этом все дело: без него все теряет смысл.

– Но должны же у него быть какие-нибудь недостатки? В этом мире существует только один идеальный мужчина – мой племянник.

Марта грустно усмехнулась.

– О да, у него есть недостатки! Но я почему-то все равно люблю его.

– Бедная ты моя девочка, – медленно произнесла колдунья. – Что же мне с тобой делать?.. Слушай, а эта его невеста – она хорошая? Может, мы ее немножко?..

Марта покачала головой.

– Лучше помогите мне его разлюбить.

– Так ты все решила?

– Да.

Ведьма поднялась с кресла.

– Может, все-таки передумаешь?

– Нет.

– Ну тогда ты обратилась по адресу – в наших краях никому, кроме меня с этим не справиться. – Тетка Флорана вытерла руки о свою несуразную юбку. – Разве что мой племянник мог бы, но он нипочем не возьмется за такое.

Колдунья пошарила рукой в воздухе, словно на полках, и пробормотала:

– Куда я ее дела? Давно ею не пользовалась…

В ответ на эти действия откуда-то из глубин дома выплыла скрипка и подлетела к ведьме. Жестом заправского скрипача тетка Флорана положила инструмент на плечо и осторожно провела смычком по струнам.

– Ну что же, давай поищем любовь в твоем сердце.

Она еще поводила смычком, подобно музыканту, который готовится начать играть, но Марта чувствовала, что это не просто подготовка к игре – ведьма настраивалась на ее, Мартину, волну, готовилась услышать музыку ее сердца.

И вот зазвучала мелодия – минорно, тихо, медленно и робко, чуть тревожно, с маленькими паузами – а Марта вдруг вспомнила свою первую встречу с Флораном, как она ужасно растерялась и не могла произнести ни слова; ему тогда, вероятно, было очень забавно.

Потом ей вспомнился ужин вдвоем при свечах, его мягкий завораживающий голос и загадочная улыбка.

Первый урок, когда она не могла им налюбоваться и по этой причине пропустила мимо ушей, что он ей говорил.

Музыка стала чуть громче, чуть смелее и радостней.

Урок, когда она, пытаясь сотворить тарелку каши, разнесла всю кухню вдребезги, а он даже не рассердился.

Мелодия набирала обороты, паузы исчезли.

Та ночь, когда она лечила его раны.

В музыке прозвучала нежность.

Тот день, когда она, похитив браслет, удирала от него в поднебесье – вот это была гонка!

Мелодия заструилась быстро и радостно, изобилуя виртуозными виражами.

А он потом не сказал ей ни одного грубого слова.

Снова нежные ноты, в том же быстром темпе.

День Середины Лета, встреча у статуи Жениха с Невестой и неожиданный поцелуй.

Музыка прозвучала мощно, сильно и громко, затем стала плавней, немного тише.

Купание в море в облике дельфинов.

Музыка безоблачного счастья.

Их попытки объясниться.

Мелодия надежды и чуть-чуть тревожных нот.

– Нашла, – тихо сказала ведьма, и в голосе ее Марта заметила скрываемое благоговение.

Девушка вынырнула из своих воспоминаний и посмотрела на колдунью. Та водила смычком по струнам с таким трепетным видом, как будто держала в руках нечто бесценное и очень хрупкое; музыка лилась светлая, чистая.

– Что будем делать? – спросила тетка Флорана, продолжая играть.

На какой-то миг у Марты закружилась голова, девушка вдруг перестала понимать, где она находится и зачем. Потом сознание вернулось к ней, Марта сглотнула ком в горле и произнесла, стараясь, чтобы получилось как можно тверже:

– Режьте.

Кресло, в котором она сидела, вдруг развернулось, так что колдунья оказалась у Марты за спиной.

– Тебе лучше этого не видеть, – пояснила ведьма.

Музыка разительно изменилась: теперь в ней слышны были лишь тревога и боль, накал этих страстей становился все выше. Перед мысленным взором Марты возникло лицо Флорана, она зажмурилась, изо всех сил вцепившись в подлокотники, но никак не могла отогнать видение. Все, что она чувствовала сейчас – это безумный страх потерять его.

А ведьма пилила и пилила, Марта не могла бы сказать, сколько времени это продолжалось, ей показалось, что нестерпимо долго.

– Крепко сидит, зараза, – прохрипела колдунья. – Может, передумаешь?

– Режьте уже! – взмолилась Марта.

Тетка Флорана ударила по струнам, скрипка взвизгнула совсем невыносимо, Марта услышала, как что-то рвется, и все стихло.

Марта обмякла в кресле.

– Дыши, – еле выговорила колдунья заплетающимся от усталости языком и развернула ее кресло к себе.

Марта глубоко вдохнула. Только теперь она заметила, что ее лицо все мокрое от слез. Она открыла глаза. Лицо тетки Флорана блестело от пота, даже волосы намокли. Колдунья в изнеможении рухнула в кресло напротив и, отдуваясь, отбросила в сторону скрипку, на которой не осталось ни одной целой струны. Так они сидели молча, приходя в себя.

Дыхание Марты постепенно выравнивалось, в голове не было ни одной мысли. Потом она стала различать звук капающей жидкости, и несколько времени слушала его. Затем девушка обернулась на звук и обнаружила, что капает из лопнувшей трубки гигантской ведьминой соковыжималки.

– Сок течет, – сказала Марта.

Колдунья улыбнулась, наблюдая за девушкой.

– Хочешь картофельного сока?

– Нет, спасибо. Сколько я Вам должна?

Ведьма вяло замахала руками:

– Нет-нет, нисколько. Я за такое денег не беру.

– Спасибо. Тогда я, пожалуй, пойду.

Марта медленно встала на ноги.

– До свидания.

– До свиданья, Марфа. Будь счастлива.

Все так же медленно Марта вышла на крыльцо и остановилась.

– Посиди, отдохни на воздухе, – услыхала она из дома рокочущий бас и села на крыльцо.

Ветерок приятно обдувал ее, играл с волосами. Марта чувствовала себя, как после тяжелой болезни, когда все плохое уже позади. Она сидела и смотрела, как колышутся зеленые лепестки и разноцветные листья, вдыхала пряные ароматы незнакомых трав и тихо улыбалась. Три редиски выскочили из земли, полетели к дому и скрылись в окне.

«Пора идти», – подумала Марта. Возможно, она нужна дома, и Флоран уже ее ищет. При мысли о Флоране в сердце внезапно кольнуло, и Марта тихонько ойкнула.

– Это ничего, – прогудела ведьма, высовываясь в окно. – Это может быть первое время, иногда, потом пройдет… Кстати, Марфа, отличное платье, надо будет племяннице подарить такое.

Очень плохоПлохоУдовлетворительноХорошоОтлично (10 голосов, средний бал: 4,10 из 5)

Загрузка...