Валерий Ременюк

Рем в красномСправка об авторе Родился в 1956 г. в Украине. Живет в Выборге Ленинградской области, является автором сборников стихов «Черный шар» (2005), «Фонари рисуют ветер» (2006), «Плюс-минус зима» (2008), «Ворчалкин-Бурчалкин» (2010), «Запятая» (2011). Автор-исполнитель песен. Выпустил диски песен и стихов «Шире шаг!» (2005), «Не робей, Робинзон!» (2006), «Затеряный мир» (2007), “Черная роза любви” (2015). Лауреат поэтических конкурсов «Провинция у моря» (г. Ильичевск – Одесса, Приз зрительских симпатий, 2013, Лауреат 2015), «Союзники» (Новокузнецк, 2011), «Музыка слова» (Саратов, 2011), «Славянские традиции» (Москва – Крым, 2011), «Пламенеющая лилия» (Калуга, 2012). Дипломант поэтических конкурсов «Зов Нимфея» (Крым, 2011), «Север – страна без границ» (Санкт-Петербург, 2011). Лауреат конкурсов авторской песни «Встречи на Елагином острове» (Санкт-Петербург, 2006, 2011), «Второй канал АП» (Москва – Серпухов, 2004), «Весенняя капель» (Санкт-Петербург, 2002, 2004). Инженер-гидролог (к.т.н.), юрист, управленец, специалист по бизнес-консалтингу. Увлекается альпинизмом (к.м.с., инструктор), беговыми лыжами, волейболом, рыбалкой, охотой, аргентинским танго. Женат, имеет дочь и двух внуков. В 2008 г. награжден медалью Ордена «За заслуги перед Отечеством», второй степени.

The author by profession is an engineer-hydrologist, lawyer, industrial manager, business consultant. Hobbies: mountaineering (sub-master, mount guide, member of Russian Mount Rescue Squad), volleyball, cross-country skiing, hunting, fishing, chess, Argentina tango dancing, poetry writing (published five books of poems), bard songs writing (released five CD of own songs, laureate of several bard song & poetry festivals). Family state: Married, have a daughter since 1979, and two grand-children (born in 2003 and 2005). State award: Medal of the Order “For merits to Fatherland”, the Second Grade (by Order of President of Russia, № 502 оf 16.04.2008).


Роман “Проект “Оазис”

отрывок

Удивительно, но жизнь порою допускает редчайшее дурновкусие, которое не позволил бы себе ни один, даже посредственный, писатель. Жизни дела нет до нашего вкуса, поэтому она позволяет себе просто невероятные события, круче любого хитроумно закрученного сюжета литературы или сценария блокбастера! В подтверждение этому наблюдению, двери кафе резко распахнулись, как от пинка ногой, и на пороге возникли два молодых человека, чья внешность не оставила равнодушными никого из полутора десятков посетителей кафе, включая бармена и официантку:  лица у вошедших были до глаз завязаны снизу арабскими платками-куфией, а из-под легких курток парни  выхватили автомат Калашникова и автомат «Узи»:

– Все оставаться на свои места! Это теракт во славу Аллаха! Вы есть наш заложник! Все положил руки на стол и не двигать, не разговаривай! – крикнул высоким голосом первый из вошедших на ломаном французском, и дал из «Узи» короткую звонкую очередь в потолок. На головы посетителей кафе посыпались ошметки облицовки и мелкая пыль. Взвизгнули женщины. По керамической плитке пола звонко зацокали латунные гильзы, как первые крупные  капли будущего ливня.

Виталий взглянул на Юлю – она побледнела и сжала на столе кулаки до побелевших костяшек. Хасан продолжал сидеть боком ко входу и внешне не проявил беспокойства, он даже головы не повернул в сторону террористов. Но внимательно их рассматривал в отражении зеркала за спиной бармена. Его губы лишь сжались в ниточку и уголки дрогнули в подобии ироничной улыбки, типа: «А что я вам говорил?»

Один из террористов вытолкнул толстячка-бармена и афро-официантку из-за стойки в центр зала, приказал сесть за пустой столик, а сам встал у двери  служебного хода и взял ее под контроль. На кухню он заглядывать не стал. Удивительно, но полицейские машины подъехали к кафе буквально через пять минут – наверное, две видеокамеры, висевшие под потолком кафе, давали картинку «куда надо». К двери кафе подошел полицейский офицер с белым платком в поднятой руке и остановился, тревожно глядя сквозь дверное стекло на парня с автоматом:

– Что вы хотите? Ваши требования? – крикнул он.

Террорист у двери приоткрыл щелку и выкрикнул в ответ:

– Мы требуем извинения от президент Олланд за карикатур на пророк Мохаммед! Если извинения нет, мы каждый час будем убивать один заложник!

– Сколько у вас заложников? – уточнил офицер.

– Семнадцать-двадцать, где-то так! Но скоро будет меньше! – араб засмеялся, захлопнул дверь и встал за косяком так, чтобы не быть легкой мишенью для возможных снайперов.

Офицер немного потоптался в задумчивости, потом достал из нагрудного кармана фломастер, написал на дверном стекле номер телефона и показал террористу жестами и на пальцах – мол, позвони мне на этот номер через пятнадцать минут. Затем медленно развернулся и, не опуская руки с белым платком, ушел за полицейский бронеавтомобиль. Посетители кафе, услышав о грозящей им перспективе, отреагировали по-разному. Кто закрыл лицо руками и втянул голову в плечи, кто закачал головой в отчаянье, а большинство, казалось, просто окаменели, как мумии. Высокая рыжеволосая девушка, одиноко сидевшая за соседним столиком со стаканом апельсинового сока, начала подвывать, не в силах сдержать охвативший ее ужас. Виталий скосил на нее глаза – девушка была изрядно беременной, по виду, почти на сносях. Террорист от двери прикрикнул на нее, повел стволом «Калашникова» и та осеклась, зажав трясущимися руками рот.

Виталий встретился глазами с Юлей, постарался мысленно передать ей импульс: «Все будет хорошо, успокойся!» Юля, как показалось Виталию, его поняла. Но обещанию не поверила.  Пока тянулись бесконечные пятнадцать минут, Виталий постарался незаметно рассмотреть и понять диспозицию в кафе. Помещение имело почти правильную квадратную форму с дверьми по центру фасада. По обеим сторонам дверей во всю стену и в полный рост красовались арочные окна. Верхняя, арочная часть окон была открыта как форточки – на улице становилось все теплее. Сквозь открытые фрамуги за ветвями платанов просматривалось розово-серое офисное здание на противоположной стороне улочки, под прямым углом примыкавшей к бульвару Елисейских полей. В кафе стояло с десяток небольших круглых столиков, на два-три человека, около половины из них были заняты утренними посетителями, которых черт дернул заглянуть именно в «Сен-Суси». Посетители сидели тихо, почти не шевелясь и не притрагиваясь к своей посуде. Они напряженно смотрели на террористов и тягостно ожидали дальнейшего развития событий. Детей среди них, слава Богу, не оказалось, заметил Виталий. Было три  пары ошарашенных туристов-пенсионеров из Китая или Японии (кто их разберет!), три пары молодых мужчин и женщин, явно прогулочного типа, да несколько одиноких  женщин и мужчин в деловых костюмах. Диаметрально напротив первого террориста, у служебного выхода кафе стоял второй араб, направив на посетителей короткий «Узи». Дверь выхода он закрыл на ключ, отобрав его у бармена.

Через пятнадцать минут араб у центрального входа достал мобильник и набрал номер, считывая цифры со стекла двери. Ему быстро ответили.

– Ну, что ты решиль? Где Олланд? –  громко крикнул террорист, осторожно выглядывая из-за косяка двери. Пару минут молча слушал информацию от собеседника, затем выругался по-арабски и сказал: – В общем, через тридцать минут мы вам выкинуть первый труп, если не будет президент и извинения! – и выключил телефон. Он обвел зал масляно черными глазами, полными то ли ужаса, то ли бешенства.

«А парнишка-то совсем молоденький!» – подумал Виталий:  «И голос еще юношеский, не окрепший. Похоже, то ли ширнулся чем, то ли обкурился – вон, как его колбасит, на месте не стоит! Сам себя боится…»

Террорист, действительно, все время как будто пританцовывал на месте от напора адреналина, всё в нем двигалось и подергивалось – руки, ноги, голова на тонкой шее. Виталий встретился взглядом с Хасаном, тот медленно и спокойно прикрыл и открыл веки, вроде как сказал: «Не волнуйся, сиди тихо!»

Прошло еще минут двадцать, Виталий почувствовал, как его пульс становится все чаще и чаще, будто на стометровке. Обещанные арабом полчаса до первого трупа стремительно таяли. Виталий незаметно продвинул по столу руку и накрыл ладонью кисть Юли. Ее рука была холодной и спокойной. Она ответила на прикосновение и их пальцы медленно переплелись…

– Тахир! – вдруг резко и гортанно выкрикнул террорист у двери и что-то добавил по-арабски. Его напарник оторвался от своего поста и осторожно пошел вдоль стены вправо. Ближайший от него столик занимала та самая рыжая девушка. Названный Тахиром подошел к ней и движением автомата дал ей знак встать. Она повиновалась, выпрямилась во весь рост, прикрывая руками живот и с немым ужасом глядя на того, кто нес смерть ей и ее будущему ребенку. Дальнейшее произошло очень быстро и внезапно.

Хасан резко встал из-за столика и сделал шаг вперед, заслоняя рыжеволосую от Тахира. Он что-то громко сказал по-арабски и указал рукой не ее живот, потом ударил ладонью себя в грудь.

– Салман! – воскликнул Тахир и добавил фразу тоже по-арабски, видимо, обращаясь к подельнику за советом, что ему делать дальше. Ответ прозвучал предельно кратко: Салман воскликнул что-то шипящее и грозное, из чего Виталий уловил только «шайтан!», и тут же выстрелил короткой очередью от дверей в Хасана. Пули вспороли бок и живот, Хасан переломился пополам и упал к ногам Тахира. И тут же голова Тахира дернулась, середина лба провалилась черной дырой, а на стене алым осьминогом расплылось пятно крови.

Очень плохоПлохоУдовлетворительноХорошоОтлично (3 голосов, средний бал: 3,67 из 5)

Загрузка...