Артем

DSCN1766

Я являюсь одним из авторов литературного проекта АИТА. Всего в проекте двое авторов. Занимаюсь творчеством с 2011 года. В качестве одного из соавторов проекта имею публикацию одного из сборников на Google Play в виде приложения для Android. Регулярно публикуюсь на сайте “Ваша книга”, где пять моих рассказов были удостоены рубрики “Выбора редактора”


Детектив “Урэндо” 

– Понимаешь, Марк, – сказал он мне тогда, – во-первых, если кто-то похитит их отсюда, значит, полицейские зря получают свое жалованье. Как могут защитить от воров и убийц других людей те, кто не в состоянии защитить себя. Если такое произойдет, я просто покину ряды полиции. А, во-вторых, и это гораздо важнее, когда человек делает что-то для себя, то содеянное умирает вместе с ним, но, когда он делает что-то для других, его поступки живут вечно. Это и есть высшая награда. И эту награду у меня никому не отнять.

Этот разговор состоялся два года тому назад, и, как я уже сказал, с тех пор ничего не изменилось. Звук захлопнувшейся за моей спиной двери, заставил Джефа Симонса прервать свои раздумья.

– А, это ты, Марк, – сказал он, – проходи, присаживайся.

Я сел на стул, стоявший напротив его стола, и поймал на себе испытующий взгляд босса.

– Ты наверно уже догадываешься, зачем я тебя позвал?

– Рискну предположить, что речь пойдет о моем новом назначении. – произнес я с едва сдерживаемой надеждой в голосе.

– Верно. – коротко ответил он.

В этот момент я чуть не подпрыгнул на стуле от счастья. Джеф Симонс начал копаться в бумагах, разбросанных на его столе, очевидно, ища среди них ту, что предназначалась мне.

– Вот, –  протянул он мне приказ о моем переводе, – тебя переводят на новое место и в новом звании. Теперь ты старший детектив.

Я читал приказ о своем новом назначении с нескрываемой радостью на лице. Однако две последние строчки заставили улыбку исчезнуть с моих губ.

– Урэндо?! – воскликнул я. – Это город или название болезни?!

– Это город. – коротко подтвердил Симонс.

Я ожидал увидеть на его лице улыбку, ожидал, что сейчас он начнет сотрясать стены кабинета своим громогласным смехом, после чего достанет настоящий приказ о моем переводе со словами: «Видел бы ты свое лицо». Но ничего подобного не произошло. Маленький огонек ненависти начинал прожигать дырочку в моем, казалось, непоколебимом уважении к этому человеку.

– Мистер Симонс… Босс, вы это серьезно? – еле вымолвил я, не узнавая звука собственного голоса.

– Более чем. – ответил он, раскуривая сигару.

В глазах у меня потемнело, и в этой кромешной тьме, словно на экране кинотеатра, я увидел всех сотрудников нашего управления. Они стояли, окружив меня, и дико хохотали. Теперь я отчетливо понимал, что Урэндо – это название болезни. Мучительной и неизлечимой болезни, от которой суждено умереть моей карьере полицейского.

Увидев мое состояние, он с невозмутимым спокойствием древнегреческого философа достал из ящика стола бутылку виски и стакан. Наполнив стакан почти до краев, он, молча, пододвинул его ко мне. Я осушил стакан одним глотком, даже не почувствовав крепости напитка. Через несколько секунд мне все-таки удалось взять себя в руки.

– Мистер Симонс, застрелите меня пожалуйста. – произнес я, поднимая на него глаза, исполненные мольбы и разочарования. – Вас не посадят, вы ведь герой нации. К тому же, я могу написать предсмертную записку: «В моей смерти прошу никого не винить».

– Марк, Марк, – задумчиво протянул он, – ты хороший полицейский. Ты очень амбициозен, педантичен и ответственен. Но проблема в том, что в этом управлении работает еще полсотни таких же, как ты. Ты молод, и, глядя на тебя, я словно смотрюсь в зеркало. Клянусь тебе, что, когда мне было тридцать пять, я был таким же. Но послушай-ка совет человека, который вдвое старше тебя. Я помню это полицейское управление еще в те времена, когда работал здесь рядовым патрульным. И должен тебе сказать, что с тех пор здесь многое изменилось. Лет двадцать тому назад тут присваивали звание старшего детектива тому, кто побеждал беззаконие на улицах, а сейчас его присваивают тому, чьи родственники выигрывают дебаты в сенате.

– О чем вы? – спросил я, окончательно придя в себя.

– На прошлой неделе у меня появилась возможность повысить тебя в звании. Я хотел дать тебе старшего детектива, но мне позвонили «сверху» и недвусмысленно дали понять, что новым старшим детективом должен стать Джон Холланд.

– Джон Холланд? – переспросил я. – Этот высокомерный выскочка? Да он же ничего из себя не представляет.

– Полностью с тобой согласен. Но он племянник сенатора. – вздохнул Симонс, и я впервые увидел, как суровость в его взгляде сменилась грустью. – Тебе не повторить моей судьбы в этом управлении. В мою бытность полицейских ценили за их дела, а не за телефонные звонки их родственников. Ты, наверное, слышал расхожее выражение: «лучше править в аду, чем быть рабом на небе». Так вот, в этом управлении ты обречен. Тебе будет отдавать приказы тот, кто и мизинца твоего не стоит. Я знаю тебя слишком хорошо. Гораздо лучше, чем ты думаешь. В один прекрасный день твоя натура восстанет, воспротивится такой несправедливости. Я даже допускаю, что ты поколотишь этого сукина сына. И что в итоге? Тебя выгонят из полиции и лишат пенсии. Всего лишь на всего из-за того, что ты поступил так, как поступил бы на твоем месте любой коп, работающий здесь. Я знаю, что ты сейчас на меня злишься. Возможно, даже ненавидишь.

Он прервал свою речь, забрал у меня стакан и снова налил в него виски. На этот раз он наполнил его наполовину и употребил сам.

– Поначалу злился, – воспользовался я его молчанием, – но сейчас начинаю понимать. Не могу только понять, почему Урэндо? Это же почти в Мексике.

– В трехстах милях от границы. – уточнил Симонс. – Позавчера мне позвонил Альфредо Эстебан – очень хороший человек и отличный коп. Мы с ним вместе работали на заре моей карьеры. Альфредо уходит на пенсию и ему нужен кто-то, кто сможет занять его место. Его сын Хорхе тоже работает в полиции, но у него совсем мало опыта, поэтому Альфредо попросил меня помочь ему с решением этой задачи. Урэндо – небольшой городок, но в нем ты будешь главным, а здесь – на подхвате у Холланда. Конечно, я не могу тебя заставить, да и не стал бы этого делать, даже если б мог. Просто я прошу тебя прислушаться к голосу того, кто смыслит в нашей службе больше тебя.

Последующие несколько минут Симонс курил, а я обдумывал все сказанное им, перечитывая при этом приказ о своем новом назначении.

– Я согласен, мистер Симонс. – уверенно ответил я.

– Прекрасно. – воскликнул Симонс, хлопнув ладонями обеих рук по столу. – Даю тебе неделю на то, чтобы ты передал свои дела этому придурку Холланду, а я тем временем позвоню Альфредо Эстебану и обрадую его, что с первого июня старшим детективом в его управлении будет сеньор Марк Джейсон.

– Сеньор? – переспросил я, подняв брови от удивления.

– Si*. – радостно ответил Симонс по-испански.

Он протянул мне руку, которую я пожал с большим удовольствием. Мое уважение к этому человеку было восстановлено. За те несколько минут, что я обдумывал сказанное им, я понял, что Симонс этим новым назначением проявил свою заботу обо мне. Пускай даже в такой извращенной манере. По крайней мере, теперь я буду старшим детективом, пускай и в Богом забытом месте.

Уже на выходе из кабинета Джеф Симонс остановил меня.

– И запомни вот еще что, Марк. Хороший коп – это не тот, у кого больше всего раскрытых преступлений, а тот, у кого меньше всего совершенных.

___________

*Да (испан.)

Неделя, которую босс дал мне на сворачивание своей деятельности в его управлении, пролетела как один день. В результате в три часа дня я поставил на стол Джона Холланда три коробки с документами, содержавшими в себе подробный отчет обо всем, что было у меня в работе. Волокиты с описанием и оформлением было, конечно, много, но, как говорится, чем больше бумаги, тем чище твоя задница. Вечером того же дня ребята из управления закатили грандиозную вечеринку по поводу моего перевода, на которую Джон Холланд, слава Богу, не был приглашен. Никто даже не отпустил ни одной злой шутки по поводу той дыры, в которую меня переводили. Все лишь поздравляли меня с повышением и обращались исключительно «старший детектив Джейсон». Не без улыбки, конечно. А Дженнифер из центра приема звонков была так рада моему повышению, что даже переспала со мной от радости.

В общем, уезжал я со светлыми воспоминаниями и легкой грустью. Все-таки пять лет жизни провел я бок о бок с этими людьми.

Очень плохоПлохоУдовлетворительноХорошоОтлично (4 голосов, средний бал: 3,50 из 5)

Загрузка...