Арай

С детства люблю читать и писать рассказы. В 2003 году в закрытом литературном конкурсе Союза Писателей Казахстана, (организованный в честь 100 летнего юбилея классика казахской литературы Г.Мустафина) с моим рассказом «Жалғыз шыбынды пәтердегі қырық шырақты әйел» - я заняла 1 место. В том же году в закрытом конкурсе Соросовского Центра современного искусства за рассказ «Аквариум – алтын балық - айдын» получила призовое место. В 2005 году в ХІІІ форуме ОБСЕ за серию публистических статьи выграла путевку в Варшаву (Польша). В 2010 году в литературном проекте «Алтын қалам» была лауреатом. В 2014 году в литературном конкурсе организованной корпорацией «Казахмыс» мои рассказы посвященные детям занимали 3-место. В данное время работаю зав.отделом республиканском литературном журнале «Жұлдыз». Являюсь членом союза писателей Казахстана и автором следующих книг: "Екіге бөлінбейтін келіншек", "Түнгі оттар", "Сіз іздеген әлем".

Since childhood, I like to read and write stories. In 2003, I was the winner in the closed literary competition of Writers' Union of Kazakhstan (Organized in honor of the 100th anniversary of the Kazakh literature classic G.Mustafin) with my story “Zhalgyz shybyndy paterdegi kyryk shyrakty ayel” which allowed to take 1st place. In the same year, I received a prize for the story "The Aquarium – Altyn balyk – Aydin" in the closed competition of Soros Center for Contemporary Art. In 2005, I won a trip to Warsaw for a series of journalistic articles in the 13rd OSCE Forum. In 2010, I was laureate in literary project “Altyn kalam”. In 2014, I took 3rd place with my stories for children in the literary competition organized by the corporation "Kazakhmys". I am working as the Head of the Department of national literary magazine “Zhuldyz”. I am member of the Union of Writers of Kazakhstan, and the author of the following books: "Ekige bolinbeitin kelinshek", "Tungі Ottar", "Sіz іzdegen Alem".


Рассказ "Здравствуй, мой волшебный мир"

отрывок

Хотя были последние дни сентября, все еще стояла жара. В наших краях не растет саксаул. Не привычной к этой работе, мне трудно рубить его. Под жгучими лучами солнца я возилась с заготовкой щепок для самовара и не заметила, как, привязав к ограде своего ишачка, к дому подходил отец Сагынтая.

Поправив на голове сползающий с волос тонкий шелковый белый платок, низко поклонилась ему. Я заметила, что так здесь приветствуют старших невестки.

Он приостановился, не скрывая своего удивления. Видимо он не ожидал такого от выросшей среди русских невестки. В прищуренных глазах из под густых и мохнатых бровей блеснула благодарность, и он произнес с теплотой в голосе:

«Будь счастлива!». Вмиг поднялось настроение и будто крылья выросли за плечами. Затем, уже заходя в дом, сказал: «А Сагынтай где? Почему он не нарубит тебе щепок?». Затем, неодобрительно глянул на читавшего в это время в тени газету сына. С тех пор как женился, Сагынтай ни разу не подходил на людях ко мне и ни в чем не оказывал помощи. Может, стесняется. Когда я пару раз шутливо спрашивала, почему так держится со мной, он краснел и отвечал, чтобы я попросила о помощи братишек. Долго проучившись, он женился позднее своих друзей и стеснялся, что ровесники назовут его «женолюбом»... Он отложил свои газеты и журналы, вскочил с места и снял с себя рубашку и в мгновение ока раздробил толстую ветку саксаула. Я залюбовалась игрой мышц на его литой фигуре и как завороженная не сводила глаз с капелек пота, струившихся по его груди.

«Там столько людей ждут чая, а ты все будешь пялить глаза на мужа, будто впервые увидела его?!» - произнес он, рассмеявшись до слез. Мои щеки вспыхнули огнем…

Переступая порог с тяжелым насвистывавшим самоваром, я услышала краешек уединенного разговора старших: «Ты не мешай детям ехать по направлению государства, пусть отрабатывают свое… Пока есть силы будешь навещать их, а ослабнешь, не бойся, они тебя не оставят. Ведь не без опоры сейчас, с тобой мой старший сын со снохой. Вот их и используй по хозяйству», - завершил свою речь коке, как отрубил. Чаепитие продолжалось молча и долго. Бурно кипевший на угольках саксаула самовар уже лишь тихо посапывал. Над дастарханом не слышно никакого звука кроме жужжания летающих над рассыпанными по скатерти изюмом и урюком ос. Хотя я выгоняла их перед едой, они снова налетели на запахи пищи. И пока все молчали, я была при своих мыслях. Иногда я вспоминала, как во время тоя один из моих родственников говорил озабоченно: «Ты едешь в настоящую казахскую глубинку. Не пропадает ли там даром твой университетский диплом?».

Раньше мне и во сне не могло присниться, что специальность, о которой мечтала с детства, променяю на что-то другое. Так на кого же, кроме себя обижаться и кого винить, что лишилась права определять свои шаги и распоряжаться собой. Не сделала до того, как выйти замуж, холодного расчета своего поступка. Думала, будет так, как предписано судьбой. Да и не малый я ребенок, чтобы не понять положение. Сагынтая, который так искренне заботится и преданно ловит каждый взгляд своей одинокой тетки.

Недавно он ездил в райцентр, где обивал пороги многих организаций, чтобы найти нам обоим работу. Но кто освободит в наше время свое теплое место. Так что вернулся он ни с чем. В отличии от нас, воспитанных на книгах, а перенесшая многочисленные удары судьбы и на многие вещи смотревшая иначе его тетя была решительной и смелой женщиной.

- Э-эй, все еще детство в голове! – сказала она, увидев угнетенный вид Сагынтая. – Разве не знаете, что пустыми руками в наше время не сдвинуть никакого дела? Вот освобожусь от потоков гостей, сама буду искать тебе место в полиции, найду через кого решить. Когда мы услышали об этом, волосы встали дыбом. На учебу поступали без всяких посредников. До сей поры не имели и не искали ни у кого поддержки…

Немногословный коке, если принимал решение, то взвешивал все. Поэтому оно было окончательным и непререкаемым. Мы с Сагынтаем через несколько дней должны были отправиться в Сары-Арку! Тотчас развеялись охватившие меня переживания и сомнения, а маленькое сердечко мое переполняла радость…Коке с наслаждением пил густой чай из серебряного кумгана, пока совсем не обесцветилась заварка. Затем снял с головы затертую черную тюбетейку и стал вытирать пот с шеи и висков большим белым платком. Сидевшая рядом с ним сестра была похожа на него и лицом, и телосложением.

- Вчера ночью скончался наш племянник, который лишь недавно был на нашем тое, - поделился он с сестрой новостью – Еще тогда мне не понравилась его худоба. Потеряв надежду на врачей, он стал ходить к целителю.

- То-то мне вчера приснился странный сон. Коренной зуб – к потере близкого родича. Упокой Бог его душу. Дети у бедняги остались со слезами…

- Может все это последствия взлетающих с Байконура ракет, которые каждый раз сотрясают углы нашего дома и обжигают огнем небосвод?! – печально произнес коке и замолчал. А я подумала про себя, чего стоит космодрому, который день изо дня осушает Арал, погубить лишь одного человека.

- Кто-то умирает, а живые должны продолжать жить. Нужно пока стоит ясная погода завести все накошенное за лето сено. Посылайте сегодня детей к нам. Сагынтая запрягу на сено, Шынар будет готовить нам еду. А вы вдвоем с женге съездите завтра на похороны. Я поеду позднее, на сорок дней, - с этими словами коке дал благословение дастархану и поднялся с места.

Очень плохоПлохоУдовлетворительноХорошоОтлично (4 голосов, средний бал: 2,00 из 5)

Загрузка...