Андрей Макарченко

Andriy_MakarchenkoПо образованию кинорежиссёр. Занимаюсь изучением различия между театральным и кино языками. Снял пять короткометражных фильмов, которые не раз принимали участие в международных кинофестивалях.


рассказ “Ива и каштаны”

отрывок

Этот город неотступно преследует меня. Я бегу от него, а он меня догоняет. И чем дальше я от него, тем чаще он напоминает о себе, в моих мыслях, в моих чувствах, в моих снах. Бывали моменты, когда я беспощадно пытался вычеркнуть его из своих воспоминаний, уничтожить его, стереть его, но тщетно.

Мой город всегда казался однообразным, унылым, серым. Район, где я родился и вырос, это район типовых примитивных пятиэтажек. Такое впечатление, что все эти дома были вылеплены в детской песочнице. Их вылепил какой-то ленивый великан-архитектор, лепил он при помощи одной и той же формы, не особенно заботясь об эстетическом восприятии. Он шлёпал небрежно, одной и той же формочкой свои пасочки и нашлёпал их так много, что решил больше к этому занятию не возвращаться. Пятиэтажные пасочки теперь взирают уныло своими чёрными дырами-окнами друг на друга, образуя тем самым районы, улицы, дворы. На стенах этих блочных домов заметно выделялись и хоть как-то отличались друг от друга швы блоков, и эти швы то немногое, что вносило ну хоть какое-то разнообразие. А потом кому-то в голову пришла идея закрасить швы чёрной смолой. И теперь детские пасочки превратились в угнетающие однообразные клеточки. Целые районы, улицы и дворы огромных чёрных клеток.

В одной из этих детских пасочек, на пятом этаже клетки, жила моя семья. И была одна особенность, которая бросала вызов и швам, и пасочкам, и клеткам. Ведь нам все завидовали! Да! Вот именно! Завидовали! И родственники, которые часто приезжали к нам погостить, приятели и друзья, приходившие в гости, да и просто обычные прохожие.

Напротив, рядом с окнами, у нас был настоящий сад. Когда мы выходили на балкон мы попадали в цветущий, благоухающий, сказочный сад. Два красивых, стройных каштана подарили нам свою крону, эта крона прятала окна, укрывала от солнечного зноя, служила временным пристанищем насекомым и птицам. А какое было великолепие, когда начиналось цветение! Вся крона покрывалась белым цветом и тогда мы подолгу задерживались на балконе, и не было той силы, которая могла бы прервать нашу радость.

А после цветения, появлялись зелёные колючие круглые ёжики. С каждым днём они становились всё крупнее и крупнее, а потом наступал момент, когда зелёная колючая кожица лопалась, и в трещине появлялся отшлифованный до блеска каштан. Он смотрел на нас в щель и улыбался своим карим взглядом, он не спешил, ему было приятно оставаться в этой мягкой, белой кожице. И достаточно было всего-навсего немножко, совсем легонечко дёрнуть за ветку и тёмно коричневые каштаны градом сыпались на землю.

Мне всегда казалось, что один из каштанов – Он, а второй Она. Это молодая семья, у которой тоже какая-то своя жизнь, нам конечно не понятная и неведомая, но что она существует, я в этом не сомневался. Мне казалось, что они любят друг друга, что они очень друг к другу привязаны. Когда приходила осень, они одновременно покрывались жёлтыми листьями и так же одновременно прощались со своей густой листвой. Ну, а потом приходила зима, и каштаны спали глубоким сном под снежным одеялом. А весною они просыпались. Весеннее тепло вдыхало жизнь в упругие ветви, они наливались жизненными соками, потом появлялись маленькие нежные зелёные листочки и, наверное, не было ничего прекраснее этого. А потом эти маленькие зелёные листочки превращались в большие зелёные листья-лапы. Эти лапы переплетались и, казалось, что так было всегда и, что так всегда и будет.

Совсем недалеко, на углу дома росла большая старая ива. Она была огромна, её длинные зелёные ветви спускались до самой земли. Мне она всегда казалась какой-то родственницей этой влюблённой пары, ну может быть пожилой тётей или, скорее всего, бабушкой. И как всякая бабушка она неустанно следила за соблюдением этого правильного порядка, за тем, чтобы никто не позволил себе его нарушить.

И вот он я, в коротеньких бордовых шортиках. Под этими каштанами. Собрал вокруг себя целую ватагу детворы. Я подкидываю каштаны, учусь ими жонглировать. Делаю это как всегда азартно, самозабвенно и самое главное громко. Мой голос всегда беспрепятственно долетал до пятого этажа и убеждал моих родителей в том, что я здесь во дворе, что беспокоиться не о чем, и в окно выглядывать для того, что бы в этом удостовериться совсем необязательно. У меня ничего не получается. Гладкие каштаны постоянно выскальзывают. Детвора покачивается со смеху, а я тем временем вхожу в ещё больший азарт. И тут как всегда, не вовремя, так неудачно и так неправильно: «Андрей, домой!» Отец с балкона пытается мне втолковать, мол, что пора уже, что я заигрался. Детский смех конечно смолкает. Но надо признаться, – крик с балкона меня-то ничуть не трогает, я смотрю на отца, делаю паузу и продолжаю. Отец не сдаётся. «Андрей, домой!» с точностью повторяется. Я снова устремляю свой взгляд на балкон. Но я не могу вот так вот, развернуться и уйти! Двумя каштанами получается, а тремя ну никак! И я продолжаю подбрасывать и поднимать, подбрасывать и поднимать. Под несмолкаемый детский смех у меня возникает мысль, – почему это он меня не зовёт, неужели забыл? А тем временем, детская ватага, обращённая ко мне, видит то, чего не вижу я. Мой отец уже давно спустился. Он тихо, подобрался к старой иве, очень аккуратно оторвал самую длинную ветвь, аккуратно отделил от неё листья, сделав тем самым «лозину». Мне не понятна реакция публики! Почему она затихла, словно выжидает что-то? Я ещё больше распаляюсь, но тут какая-то оса или даже какая-то змея впивается мне в бёдра и жалит так сильно, что я не могу удержаться и вскрикиваю от боли и от неожиданности. «Лозина» в несколько оборотов вонзается в ноги, она, разворачивает меня. Я вижу отца. Он в пижаме и в тапочках, и я понимаю, что моё непослушание оторвало его от дивана, оторвало от просмотра какой-то важной телепередачи. Благодаря моему непослушанию отец сделал невероятное усилие, он спустился с пятого этажа и теперь намерен все свои моральные и физические затраты компенсировать умением обращаться «лозиной»…..

Очень плохоПлохоУдовлетворительноХорошоОтлично (10 голосов, средний бал: 4,00 из 5)

Загрузка...