Александра Таан

Родилась в Ленинграде. Училась в музыкальной школе, занималась в изостудии, посещала киношколу при Ленфильме. В 2007 году ходила на курсы актёрского мастерства, играла в народно-драматическом театре в Пушкине. Закончила МЭФИ (моск.фин.эконом.институт) по специальности менеджер предприятия.
В 23 года открыла для себя союз писателей на Большой Конюшенной, с тех пор посещаю различные литературные студии. Печаталась в альманахах: «Невском альманахе», «Царскосельских тетрадях», «Молодом Петербурге», «Рок Борее», «Сфинксе», «Золотой строфе», журнале «Создай своё искусство». При открытии союза писателей на Звенигородской ул. награждена за поэзию книгами Даниила Гранина. Участвовала в XXVII конференции писателей Северо-запада на отделении прозы. С 2008 года – член НППЛ «Родные просторы». Лауреат фестиваля «Елагин остров – цветок в петлице Петербурга», а также фестиваля «Пою тебя, мой старый парк», (четвертое место). Награждена грамотами за организацию фестивалей на Елагином острове. В 2010 г. Получила диплом за активное участие в программе слёта-семинара актива молодёжных и детских объединений, заказанного Комитетом по молодёжной политике и взаимодействию с общественными организациями, где представляла альманах «Аврора». В июле 2010 представляла поэтов и музыкантов из Петербурга на фестивале, посвященном 250-ю парка «Монрепо». 29 декабря 2011 – лауреат «Молодого Петербурга», диплом первой степени за книгу прозы «Гранатовые зёрна», апрель 2012 – диплом за участие в конкурсе «Эко-Спб: сохраним планету в безопасности».
Закончила литературные курсы – институт культурных программ, (вёл Михаил Сергеевич Ахманов и Дмитрий Вересов). Выступала на фестивалях: на Елагином острове, Киришах, Мге, Комарово, Выборге, Сольцах, Стрельне…В Петербурге – в книжной лавке писателей, «Бродячей собаке», в союзе художников, в географическом обществе, на радио Мария и радио Петербург и т.д. Участвовала в XXIV Собиновском музыкальном фестивале, публиковалась в их сборнике. Вела группу «Поэтическая молодёжь 21 века». Организовывала и проводила творческие встречи в Комарово, посвящённые Анне Андреевне Ахматовой; также была ведущей на «Десятилетии арт-зала» в светско-культурном салоне у Адама и Свободы Павловны; в «Zice»; в «Камчатке». В 2013 г. – презентации поэтической книги «В белом свете» – в книжном клубе на Австрийской площади и в «Старой книге». Единогласно была представлена по трём рекомендациям и поэтическим книгам на вступление в Ленинградское областное отделение Союза писателей России (глава – Сергей Юрьевич Порохов). С 2016 г. – состою в редколлегии альманаха «Царскосельские тетради». На мои стихи написаны песни и сделаны клипы, которые есть «В контакте».


Поэзия “Тени снов о прошлом и будущем королевы Венеции”

« И глухо заперты ворота,

А на стене, а на стене

Недвижный кто-то, чёрный кто-то

Людей считает в тишине» – А.А. Блок

 

Тени снов

 

Пахнет сном фиолетовость комнаты,

Сны летят лепестками фиалки.

На диване, в иное изогнутом,

Уплываешь сквозь белые рамки.

 

Где он вынырнет, в детстве ли, в юности,

В глубине позабывшихся глаз,

В льдах молочной запёкшейся лунности,

На коралловых лезвиях фраз?

 

Просыпаться, как-будто, не хочется,

Чьё-то имя ты шепчешь во сне,

Задыхаясь от собственной копоти,

Дьявол тени плетёт на стене.

 

Сон о будущем…

Навеяно как собственными размышлениями, так и дневниковыми задумками о «живущих во льдах» Марка Твена, и романом «Среда обитания» – о людях значительно уменьшившихся в размерах, живших в пещерах,  нашего учителя по лит. Курсам Михаила Сергеевича Ахманова)

 

Хрупкие ветки. Синяя мгла,

А в голове засела игла.

Тонкие струны ранит смычок,

Дверь открывает коготь-крючок.

 

Шаг. Позади растают века.

Розы с желтком – крема-облака.

Земли пурпура маков горьки,

Пунш яда жадно втянут пески

 

Сирин яйца ирисовых снов,

Выше воды былых ледников.

Атом – в пещерах ужаса крик,

Помнит легенду Кафка-старик.

 

Нет огоньков, алый маяк –

Грелка сердец в сфинксовый мрак.

Чипа сигнал в сусляный мозг,

Падает вниз перистый лоск

 

Боже! А где..? Ереси сон?

Здесь, за окном буйствует гром.

 

Ленинград-Ершалаим

 

Город из сна открывает летопись зимних витрин,

В омуте каменном тает призрачный Ершалаим.

Мастер сквозь меркнущий космос с тенью ведёт диалог,

Чертит он в вечное топос – Дьявол, Га-Ноцри и Бог.

В запахе лета иль Ада Иегемона мольба:

– Иешуа, ну не надо, жаль мне себя…И тебя…

Стонут оливы и небо, молится Левий Матвей:

– Дай нам духовного хлеба, чащу распятья испей!

Почва от засухи в ранах, гвозди предчувствуют кровь,

Мечется стадо баранов, блеют: «Его приготовь!»

Кровью окрасилось солнце, и умирала Земля,

А в воскресенье в дворовом колодце Господа встретила я!

 

Королева Венеции.

 

«На весло, гондольеро, здесь я королева!

А не та дама в красном, которая слева!

В отраженьях канала старинные лица

Продолжают смеяться и всласть веселиться,

И, дробясь, исчезают на дне карнавала,

А закат озарился пурпурно-алым.

Тёмной улочкой лодка плывёт вдоль домов,

Нас они караулят развалиной ртов.

У дворца задержись, черноокий красавец,

Я тебя приглашаю на медленный танец…

Обжигающей страстью колотится сердце,

В млечной-розовой неге тает Венеция,

И на небе её загорелась звезда!

Не смотри на закрытую дверь никогда…» –

Из алькова ушла, но слова, как вода…

«Посмотрю что такое там самую малость», –

Подошел к дверце ветхой, она не давалась,

Любопытству поверил он, дверца сломалась.

Вдалеке он увидел красивый портрет,

Паутиной накрыло в нём пять сотен лет,

Но до боли знакомо принцессы лицо…

И на пальце такое же точно кольцо…

Побледнев, повернулся – стояла старуха,

И, рыдая, тянула к желанному руки…

Но истлела мгновенно, послышался звон,

И часы побежали к началу времён.

На полу загорелся кровавый рубин.

Из дворца гондольеро вышел с перстнем один…

Он не помнил имён, в волосах седина,

Из рубина ему улыбалась она…

 

 

На Марсовой фабрике «РИГЛИ»

 

Ванильно-вишнёво коричнево-винное небо,

Корицы оттенок глинтвейное чувствует нёбо…

Так сахарен воздух на Марсовой фабрике Ригле,

Конвейер жевачек и я в их крутящемся сингле.

 

Безликая масса, тела одинаковой формы,

Личинки пустые, вне времени, Господа, нормы.

Над тайной рожденья господствуют злобно машины

И, клонов штампуя, свои потирают пружины.

 

Очнуться нет силы – сомнамбулой в страшное чрево.

«Нет, нет, не хочу!» – во мне плачет полынная Ева.

Увы, не сойти, не спастись, не проснуться в поту,

Чтоб криком «очнитесь» сберечь нам родную планету.

 

 

 

Черепный вождь

 

В нас герб запечатан Романовский,

А вензель, дырявый от пуль,

Ведёт, вместе с плачем, в цыгановский

Разгул, где в кипении бурь

Рождается красное варево

И брызжет им черепный вождь:

«Топите же всё государево

И Русь – его главную ложь»!

И хлебом немецким прикормленный,

В ошмётках кровавых монет,

Он что, большевик? Дьявол форменный

Из тысячи каменных лет

Восставший во имя проклятия,

Задумавший лютое зло –

Порвёт он Российское платье

И в белое плюнет чело.

 

 

Души бенгальских огней

 

Души священных бенгальских огней

Вспыхнули в городе сумрачном

Искры декабрьских праздничных дней –

Звёзды, летящие в будущем

 

Небо светящихся радостью глаз

Яркой, одной откровенностью

Белое, белое, белое в нас,

Снежные слёзы над вечностью

 

Очень плохоПлохоУдовлетворительноХорошоОтлично (1 052 голосов, средний бал: 5,00 из 5)

Загрузка...